Верой и правдой. Битвы фельдъегеря (сборник) - Корчевский Юрий Григорьевич

Конь половецкий не убежал – он стоял рядом с хозяином.

Половца положили поперёк седла. Алексей взял повод его коня в руку, и они спустились в долину. Тут пленного можно было допросить, не опасаясь внезапного нападения половцев.

Спрыгнув с коней, они стащили пленного с седла и посадили на землю. Он уже пришёл в себя после падения и злобно сверкал глазами, бормоча сквозь зубы какие-то ругательства на своём языке. «Вот язычник проклятый!» – усмехнулся про себя Алексей.

Попытка с ним поговорить ни к чему не привела. То ли он языка не понимал, то ли упорствовал, только не произнёс ни слова.

Конрад разозлился:

– Сейчас я его заставлю говорить, даже если он немой.

Он стянул с пленного сапожки, нашёл палку поувесистей.

– Держите его!

И стал лупить пленного по пяткам так, что палка трещала.

Пленный заорал, стал дёргаться. Однако боль была нестерпимой, и он сдался:

– Хватит, я всё скажу.

К этой минуте стопы у него распухли от ударов.

Не иначе как у мусульман подсмотрел Конрад такую пытку.

– Говори!

– Что? – Пленный говорил довольно чисто. Ну да, половцы не дураки и наверняка в разведку посылают людей, знающих местные языки.

– Где ваша орда, какие планы у ваших князей – говори всё, что знаешь. Будешь упорствовать – не только бить продолжу, я тебе пятки на костре поджарю.

Вид у Конрада при этих словах был свирепый, и пленный поверил.

– За горами орда, на мадьярских землях. Мы бы в свои степи ушли, да князь Боняк на вашего императора очень обижен. Мы с вами союзниками были, помогли вам печенегов разбить, а ушли без трофеев. Нехорошо!

– Так вас же никто не гнал, вы сами ушли.

– А зачем печенегов пленных резали? Это тоже трофеи, их как товар продать можно было.

Алексей и Конрад переглянулись. Что правда, то правда. Но император такого приказа не отдавал, это советник его, Синесил, переусердствовал. А теперь гнусный его поступок империи боком выходит. Сюда бы этого царедворца, пусть послушает, что половец говорит.

Пленный продолжил:

– После победы, которую вы без нас не одержали бы, мы не нужны стали вашему императору. Наши шаманы сказали – греки хитрозадые пленных печенегов убили, следующей ночью нас резать будут. Надо уходить. Шаманы, однако, не врут. Князья послушались.

– Тогда зачем вернуться хотите?

– Своё забрать. Все трофеи вам достались, а так нечестно – ведь уговор был.

Слова половца были правдой – договор нарушать не следовало. И теперь трофеи лучше бы добром отдать, иначе снова кровопролитие будет. А учитывая, что половцев много, резня могла бы длиться бесконечно долго.

– Когда князья выступать думают?

– Я не князь, у него свои советники да шаманы есть. Думаю, даже сотники и тысячники о том не знают. Но скоро. Когда воевать, если не летом? Все перевалы проходимы, и травы для лошадей полно.

Алексей и Конрад отошли в сторонку.

– Что с пленным делать будем?

– Надо его в столицу доставить. Пусть тупоумные и хитрозадые начальники послушают, что половцы замышляют. Как по мне, посольство к князьям слать надо, трофеи возвращать. Иначе быть беде, большой крови.

– Кого отправим с пленным?

– Александра из твоей кентархии. Он парень разумный и осторожный.

– Решено.

Пленного посадили в седло, связав ему руки и примотав ноги к стременам – чтобы не спрыгнул и не сбежал. Хотя беглец из него получился бы никакой – он просто не мог наступать на ноги. А когда к нему приближался Конрад, смотрел на него со страхом и потел.

Уздечку половецкой лошади крепко привязали к задней луке седла катафракта. Громко, чтобы пленный слышал, Конрад сказал:

– При малейшей попытке к бегству или неповиновении руби его не жалея!

– Понял, кентарх!

Катафракт тяжело поднялся в седло и тронул коня с места.

С утра – снова в дозор. Но до чего же половцы злопамятны и мстительны! Забраться на чужие земли – это запросто. А как по морде настучали слегка – так сразу мстить.

В этот же день на них напали из засады. Нападение могло закончиться очень плохо из-за неожиданности, но Алексей, посоветовавшись с Конрадом – ведь оба равны по положению, – отправил впереди дозора одного из катафрактов. И на лесной дороге, в предгорьях, половцы приняли его за одиночку. Вот она, желанная и лёгкая добыча! Вы нашего в плен повязали, а мы вашего захватили. Глядишь – обменяемся.

За небольшим изгибом дороги византийского дозора не было видно. И вдруг – звон стали, крики… Вынув из петель копья, катафракты без приказа пустили коней в галоп.

Половцы сделали засаду по своим правилам. Они подрубили дерево, свалили его поперёк дороги и, когда катафракт остановился, кинулись на него из-за деревьев.

Только они нарвались на опытного воина. Он успел вырвать меч и зарубить двоих. Однако одному против нескольких нападавших устоять тяжело, особенно когда нападают с двух сторон сразу. Тем более что половцы – прирождённые воины, они учатся стрелять из лука и бросать аркан ещё с детства – как и сидеть на коне.

Пока катафракт отбивался мечом, на него набросили волосяной аркан и сдёрнули с коня. Половцы уже предвкушали, как они притащат в свой стан пленного – но… из-за поворота на полном скаку появился весь дозор, выстроившись в две шеренги и заняв всю ширину дороги. И сразу – в копья. Только двое из пятерых уцелели, бросились в лес.

Алексей приказал четверым из своей кентархии преследовать их, догнать и убить.

Катафракты на лошадях, воткнув копья наконечниками в землю, ринулись за половцами. А что с копьём в лесу делать? Они там только мешать будут, за деревья цепляться.

Оставшиеся воины соскочили с коней, и по приказу Конрада двое сразу встали с обнажёнными мечами на охрану. Двое же подняли катафракта. После падения с лошади с полным вооружением он сильно ушибся. Кольчуга – она от стрел или сабельных ударов защитит, а при падении с лошади только усугубит ситуацию своим весом.

С воина осторожно стянули кольчугу и начали ощупывать грудную клетку.

Катафракт вскрикнул, побледнел.

– Похоже, рёбра поломаны, – подвёл итог один из воинов.

Алексей выругался от души. Один катафракт пленного конвоировал, второй травмирован, и его надо срочно отправлять к лекарям в любой город, находящийся поблизости. Да и удержится ли он в седле?

С одного из убитых половцев стянули рубаху, разрезали её на полосы и перетянули пострадавшему грудь. Так ему было легче дышать, и не досаждала сильная боль.

– В седле удержаться сможешь?

Катафракт кивнул.

Ему помогли забраться на лошадь.

Конрад ткнул пальцем в одного из своих воинов.

– Сопроводишь до ближайшего города, где лекари есть. Езжай осторожно, рядом, поддержишь, если что. Отдай в хорошие руки и договорись, чтобы за лошадью присмотрели.

Конрад развязал поясную сумку и достал оттуда золотую монету.

– Ему на лечение, питание и уход. Ну и лошади – на конюшню. Езжай! – тяжёлой рукой он хлопнул по крупу лошади.

Катафракты медленно отправились в обратный путь.

Алексей в очередной раз поразился поступку Конрада. После получения жалованья он пожалел денег на выпивку и угощение, а для пострадавшего катафракта отдал золотой, не раздумывая. Как в этом человеке уживаются столь разные качества – скупость и щедрость к раненому собрату? Милосердие это или святое чувство армейского товарищества? А если милосердие, то как оно сочетается с битьём пленного палкой по пяткам? Воистину, каждый человек – загадка.

Из леса выехали катафракты. По их довольным лицам Алексей понял, что половцев они настигли и убили. Он только уточнил:

– Обоих?

– А как же!

– Лошадей половецких нашли?

Катафракты удивились:

– Так приказа не было…

– Сами бы догадались! Не пешком же они сюда пришли! Вы когда-нибудь видели пешего половца? Ищите!

Сконфуженные катафракты развернули коней и направились назад в лес.

– Стоять!

Воины остановили коней.