"Жила-была в сказке принцесса Варвара" - В.А. Головачук

Все ожидали, что здесь будет что-то ценное, раз уж сюда никто не проник, но коридор был пустым. Здесь не было даже держателя для факела. Будто тому, кто сюда ходил, даже не нужно было освещать дорогу.

— Бедная Царевна, — всхлипнул чувствительный Истислав.- В таком ужасе поселили. Не удивительно, что не очнулась. Тут даже воздуха нет.

— Не удивлюсь, если умерла, — мрачно сказал Август.

На него шикнули. Не для того они так рисковали, чтоб найти мертвое тело.

— Я знаю, что она ждет меня, — сказал бард. — Я всю жизнь знал, что родился для великой миссии, спасать принцесс. И вот я здесь. А значит, все будет хорошо.

— Надеюсь, — прошептала сквозь платок Варвара. Что-то чем больше они шли, тем больше она склонялась к мысли, которую озвучил Август. Но говорить этого не стала. Не захотела делать барду стресс.

Тот совсем осмелел и даже шел впереди лекаря, и первый юркнул в открытые двери.

В комнате стояла лишь кровать и огромное зеркало.

— И вот ради этого стоило замуровывать дверь? — опешил Август.

Принцесса тоже удивилась. Она ожидала здесь увидеть хоть небольшую библиотеку с запрещенными книгами по волшебству, или немного сокровищ. Но здесь вообще ничего не было.

— Значит они все-таки замуровали Царевну? — в ужасе выдохнула девушка.

— Эй! Чего вы там застряли?! — позвал их Истислав.- Я хочу наконец-то увидеть мою суженую.

— Идем, — ответил Август и осветил лицо Царевны. На кровати лежал мужчина.

— Чего?! — взвизгнул Бард.

Лекарь чуть не уронил на пол факел. Уж такого он не ожидал.

— Но я точно помню, что на портрете была девочка в платье! — сказал он посмотрев на Варвару. Та стояла открыв рот, совершенно позабыв, что так себя вести неприлично.

— Эмм... — Истислав неуверенно отошел от кровати и посмотрел на спутников. — Ну, кто это целовать будет?

— Ты собирался, ты и целуй, — сказал Август, и демонстративно отошел подальше.

— Это за кого ты меня принимаешь? — взвизгнул бард. — Я знаю какие распускают слухи за творческих личностей, но это завистники! На самом деле мы не такие! Я женщин люблю!

— Ну кто-то же его должен разбудить, — ответил лекарь. — Не тянуть же его окоченевшего наверх. Еще что-нибудь сломаем. А если оставим, то когда Север будет выбираться и стены замка рухнут, его просто-напросто раздавит.

— Он мужчина, и поэтому пусть его будит Варвара, — сказал Истислав, ткнув пальцем в ее грудь.

— Еще раз ткнешь — сломаю, — разозлилась девушка. — Я не собираюсь дарить свой первый поцелуй какому-то уроду!

— Она права, — поддержал ее Август.

— И чего это сразу урод? — не согласился бард. — Смотрите. Золотые, длинные волосы. Тонкие черты лица, тонкий нос, маленький рот. Загляденье прямо.

— Вот если загляденье, так сам и целуй, — отрезала Варвара.

— Да чего ты уперлась так?! — разозлился бард.

— Я с женщинами не целуюсь!

— Он не женщина, у него грудей нет, и есть кадык!

— У нашей кухарки тоже есть кадык и нет груди, так вон, родила девятерых. И с грудями многие