Последний алмаз - Александр Беркут

- Они сами побегут за нами, - ответил Храп. – Не так быстро, конечно, но и отстанут не на много. Потом их подберём. – И с этими словами старик достал из своей сумки что-то похожее на длинный, свёрнутый петлями хлыст. – Этим я буду отбивать быка, а вы заходите с боков и постарайтесь направить его в сторону от стада.

Ничего себе задание! У нас-то хлыстов нет. Но глянув на Серёгу, и увидев в его глазах огонёк азарта, стало понятно, что он руками будет толкать быка в нужную сторону.

Мы разъехались полукругом и сначала потихоньку, а потом всё быстрее устремились за стриком, который вырвавшись вперёд, понёсся к выбранному нами животному.

Подъезжая к стаду, Храп звонко щёлкнул хлыстом, и животные рассыпалось от него в разные стороны. Он тут же сместился к выбранному нами «бизону» и стегнул его. Бык рванул в сторону, и побежал набирая скорость. За Храпом сначала увязался здоровенный бычара, наверное, вожак, но по мере удаления от стада, он бежал всё тише, и в конце концов развернулся и неторопливо направился назад.

Мы догнали отбитое животное и пристроились с двух сторон, держась на небольшом расстоянии. Вперёд вырвался Стиг, в руке у него поблёскивал клинок.

Вдруг бык резко затормозил и задрав в верх хвост, крутанулся, норовя зацепить кого-нибудь хоть и не большими, но опасными рогами. Если бы кто-то попался ему на пути, то участь его была незавидной. «Бизон» просто втоптал бы человека в землю, и никто не сумел бы помочь несчастному. А бык, сделав круг, попытался направится к стаду, но Храп опять стегнул его, разворачивая в другую сторону. Старику пришлось резко дёрнуть повод своей зебры, чтобы увернуться от рогов, которыми бык попытался достать хлестнувшего его всадника. В это время Стиг вновь приблизился и уже примерился, как бы ловчее ударить клинком животное, но бык крутнул башкой в его сторону и теперь парню пришлось уворачиваться. Он сделал это легко, и даже красиво и тут же вновь приблизился к животному. В это время Храп вновь хлестнул быка, и как только тот мотнул головой в его сторону, Стиг молниеносно рубанул быка клинком по горлу, и тут же отскочил в сторону. Бык попытался зареветь, но из рассечённого горла запузырившись хлынула кровь. Он по инерции пробежал несколько метров и зашатавшись стал заваливаться на бок.

Победный крик парнишки огласил степной простор. И одновременно с этим, моя зебра, провалившись ногой в нору местного «сурка», резко рухнула на землю, но я, ловко выдернув ноги из стремян, пробежал несколько метров вперёд, и всё-таки не удержавшись кувыркнулся через голову, но тут же вскочил. Сразу же возле меня оказалась Игла.

- Добей бедное животное, - решительно проговорила она, - и переложи свой кулон на грузовую зебру. Этот кровавый алмаз совсем переслал мне нравиться.

Удар меча прервал мучения моей зебры, и сумку с кулоном пришлось пристроить на другого, запасного скакуна.

Тор только покачал головой видя мои действия.

- Этак мы всех скакунов потеряем, - буркнул он.

- Уж пусть лучше так, - ответила на его бурчание Игла.

- Друзья, по-моему, у вас просто какая-то мания, - пожимая плечами проговорил я, - почему-то по дороге от журов до пирамид никаких происшествий со мной не случалось, а теперь вы пытаетесь цепь нелепых случайностей объединить в роковое проклятие. Мне это надоело! – И решительно подойдя к зебре я раскрыл сумку и вынув кулон повесил его себе на шею. – На этом мы заканчиваем мистические страсти, и возвращаемся к реалиям нормальной жизни. – И перейдя на интерсленг я продолжил, - Лично мне не хотелось бы упоминать в докладе объединённому совету про всю эту ерунду. Ну а вы, как хотите.

Тем временем Храп и Стиг, резали тушу быка.

- Надо вырезать сердце и печень, - говорил старик, ловко орудуя своим клинком, - вечером мы их зажарим и съедим. Это обычай! – серьёзно добавил он.

На лице Иглы читалось – «ну хорошо хоть пожарим, а не станем есть прямо здесь сырыми».

И тут меня осенило! Я подошёл к быку, и макнув палец в кровь, мазнул им себе по лбу и глухим голосом проговорил:

- О дух алмаза, этого быка мы посвящаем тебе, в надежде на твою дальнейшую благосклонность к тому, кто носит камень у себя на груди, – и чуть не сказав «Аминь», закончил, - да будет наша стыковка штатной.

Игла что-то фыркнула, а Тор с серьёзным лицом добавил:

- Да будут наши шлюзы чисты и непорочны.

Теперь уже мне пришлось прятать улыбку.

Санчуры тем временем вырезали сердце и печень и обложив их травой, убрали в сумки.

Видя, что с первым быком молодого Стига, закончено, мы двинулись дальше, оставив тушу быка степным хищникам.

До самого вечера мы довольно быстро двигались по равнине. Несколько раз старик менял направление, и когда я спросил его, зачем он это делает, он ответил, что здесь можно встретить крупных хищников, с которыми нам лучше не встречаться. Нам оставалось только положиться на его слова, и старик не подвёл. На ночь мы остановились на небольшом кургане со следами старого кострища.

- Здесь иногда останавливаются торговые караваны, или просто путники, - поведал нам Храп.

Разведя костёр, они со Стигом стали жарить печёнку и сердце быка. И, хотя не скажу, что мы были сильно голодны, но запах жаркого, отозвался урчанием у нас в желудках.

- А не явится ли кто-нибудь на огонь и запах мяса? – спросил Тор, вонзая зубы во вкусную и довольно мягкую печень.

- Люди уже бы появились, - поблёскивая в сумерках глазами, ответил старик, - а хищники скорее всего сбегутся к быку.

И действительно, ни люди, ни степные животные нас ночью не побеспокоили, но мы всё равно дежурили, как было и положено.

Утром мы поднялись, когда только начали гаснуть первые звёзды. Было решено попытаться добраться до города уже сегодня. В принципе это было возможно, если по дороге ничего не произойдёт. У нас было ещё пять свободных зебр, на которых мы пересаживались каждые два часа, чтобы сохранить темп движения. К обеду Храп нас вывел к небольшому ручью, где мы немного отдохнули, быстро перекусили, напоили зебр и напились сами.

- Я думаю, мы до вечера успеем добраться до города, - обрадовал нас старик, - только, если вы не будете против, мы не хотели бы появляться