Тринадцатый ученик Дьявола - Алекс Урса

мелко подрагивали, а сам он, казалось, вот-вот был готов втянуть голову в плечи, как черепаха.

– А жить в страхе не надоело? Вам всем не колдовского бояться надо, а вот таких вот Натанов, – проворчал Ноэль.

– Страх, мальчик мой, это реакция правильная и нужная, – повернулся к нему хозяин таверны. – Осторожные, знаете ли, живут дольше. Поэтому я и вам тут не советовал бы задерживаться.

– Это почему еще? – насторожился Фурлих.

Старик боязливо оглянулся, наклонился ниже и понизил голос.

– Неспокойно в деревне в последнее время. Констебли рыщут день и ночь. Все и вся проверяют, а что ищут – не понятно. А еще уводят молодых и крепких парней.

– Зачем? – насторожился Йохан.

– Так ведь они не объясняют, – пожал плечами старик. – Да и раньше констебли поприветливее были. А сейчас как големы какие. Не говорят, не улыбаются. Страшно, хорошие вы мои. Вы бы шли отсюда от греха подальше?

– Йохан, ты не мог этого Натана после ужина проучить?! – застонал Ноэль, поняв, что его сейчас погонят на улицу голодным.

– Дождь как раз закончился, – примирительно продолжал владелец заведения. – Я дам вам с собой еды и теплые плащи и… спасибо вам, хорошие мои.

Старик задержал пальцы на рукаве Йохана, и по морщинистому лицу, словно рябь по воде, прошла слабая, едва заметная улыбка. Видно было, что улыбался трактирщик не часто.

– Людям нужны такие сильные и светлые, как вы, – признал он. – Но таких, как вы, мало…

Йохан задумчиво кивнул и накрыл ладонью руку старика:

– Идти и правда надо. Времени совсем нет.

– И куда мы пойдем? – обреченно поинтересовался Ноэль, поднимаясь с лавки.

– К замку сэра Дидрика, – мрачно усмехнулся Йохан.

Глава Девятнадцатая, в которой Фурлих ревнует, Ноэль строит из себя девицу легкого поведения и один Йохан занимается делом

Шпили замка сэра Дидрика, где Йохан провел все свое детство, терялись в ночном небе, но стены и ворота были хорошо освещены огнями костров, разложенных повсеместно. Парень попытался пересчитать констеблей, разбивших лагерь у стен крепости, но быстро понял, что это невозможно: солдаты расположились повсюду.

– И что теперь? – Ноэль тяжело задышал ему в затылок, но тут же пребольно получил локтем в солнечное сплетение, охнул и на время потерял интерес к беседе.

– Теперь нужно пробраться внутрь, – прошептал Йохан скорее самому себе, потому что его спутник как раз пытался вдохнуть воздух, который упрямо не вдыхался.

– Давай я! – прохрипел тот наконец. – Я могу обернуться невидимым. Только вот мне бы еще понять, что именно мы тут ищем. И тогда, вообще, будет здорово.

На этот вопрос ответа у Йохана не было. Было четкое понимание, что сэр Дидрик тот, кто первым бросится оказывать поддержку сыну Тайфеля, если, разумеется, такой существует.

– Нет, – покачал головой Йохан. – Пойду я. Я знаю замок как свои пять пальцев, поскольку вырос в нем.

– А ведь и правда, твоя фамилия Дидрик, – подозрительно покосился на него Фурлих. Его желтые кошачьи глаза сузились. Он снова принял свой прежний вид фамильяра и теперь только что не шипел от недовольства. Напряжение между зверьком и Йоханом росло даже в условиях вынужденного перемирия, и если бы у Йохана было больше времени, а у Ноэля мозгов, то они бы оба поняли, что бедняга Фурлих попросту ревнует. Однако времени и возможностей разбираться с плохим настроением зверька у них не было.

– Я не родной сын сэра Дидрика, – Йохан презрительно выцедил ненавистное имя. – Эта тварь у меня еще попляшет за кровь на своих руках. Но я вырос в этом месте, и за этими стенами все еще живет моя мать, если, конечно…

– Если что? – насторожился Ноэль.

«Если она до сих пор жива», – закончил про себя Йохан, обдумывая, насколько велик шанс разыскать мать и стоит ли это делать, ведь она уже похоронила его два года назад. Сердце обожгло привычной болью, но вслух он ничего не сказал. Вместо этого вернулся к прежней теме:

– С северной стороны в крепостной стене есть неприметная потайная дверь, через которую можно попасть в замок. Никто давно не пользуется этим входом, в свое время я обнаружил его случайно. Попробую зайти с той стороны.

– А я? – тут же насторожился Ноэль, а Фурлих злобно цыкнул, поправляя:

– Не «я», а «мы»!

– А вы ждите меня здесь, пока я не вернусь, – помедлил с ответом Йохан.

– А если ты не вернешься? – на этот раз Фурлих подал голос первым. Йохан готов был поклясться, что в этом голосе звучала надежда. – Тут целый полк из констеблей!

– Я вернусь, – обрубил он. – Я же не воевать собрался, лишь разведать что к чему. Да и потом…

В этом месте его прервал резкий свист и оглушительные звуки, похожие на щелчки кнута. Все трое как по команде пригнулись к земле и притаились за кустами, хотя шум доносился от дороги, ведущей к воротам замка. Именно оттуда неслась на огромной скорости черная как ночь карета, запряженная четвёркой коней вороной масти. Пламя факелов, закрепленных на углах кареты, трепал ветер, а окна были плотно задернуты темными занавесками, и, хотя воздух продолжал рассекать яростный свист кнута, на козлах странной кареты возница отсутствовал. Карета, не снижая скорости, приближалась к неприступным воротам и, судя по всему, останавливаться не собиралась. Все вокруг неуловимо изменилось и пришло в движение. Ворота незамедлительно распахнулись и адская четвёрка лошадей прогрохотала копытами по булыжникам, скрываясь в темном проеме.

– Это еще что за катафалк? – почесал за ухом Ноэль, а Фурлих затрясся всем телом. Зубы его ритмично клацали.

– Это экипаж господина Мортэ! – промычал он и, хотя Фурлих весь был покрыт густой шерстью, Йохан готов был поручиться головой, что зверек побледнел. – Я на такое не подписывался. Пойдем отсюда!

– Куда?! – поймал его за хвост Ноэль, а Йохан, наблюдая одним глазом за разгорающейся перепалкой, другим за закрывшимися воротами, задумчиво вылавливал из памяти знакомое имя.

– Я его встречал раньше у сэра Дидрика.

– Встречал? – Фурлих вырвал наконец хвост из пальцев юного мага и подскочил к Йохану. – Сомневаюсь, учитывая, что ты живее всех живых.

– Неприятный тип… – продолжал копаться в памяти Йохан и наконец выудил из воспоминаний последний вечер в этом замке перед побегом. – Они с сэром Дидриком заодно.

– Тогда нам конец! – торжественно объявил Фурлих и сел прямо на