Книжные черви 3 - Фаусто Грин

щелкнул пальцами и прошептал «не верю». Сигарета пропала из её рук. Марго сначала не поняла, куда та девалась, затем сообразила и равнодушно вытащила из почти полной пачки ещё одну.

– Брось эти фокусы, – с лёгким раздражением в голосе велела она.

– А может быть, я научился возвращать всё к исходному состоянию, – улыбнулся Базаров. – Я не дам тебе сделать то, что ты задумала, Марго.

– Значит, я буду драться с тобой, – огрызнулась Ведьма и сделала затяжку, но Базаров вновь повторил трюк. – Мне всё это надоело!

Маргарита бросила в Дока сигаретную упаковку и вышла.

***

Григорий мчал по улицам Москвы в центр. Нужно было придумать, как предупредить Маргариту о завтрашнем нападении. Сомнений в том, что Барыне нужны были именно смерти героев, не оставалось. Он знал, что драка с Ленским может закончиться плачевно. К тому же неясно, что подразумевалось под фразой «напитать кровью». В кого обращался Владимир? Печорин остановился на стоянке «Макавто», заказал ужин и откинулся в кресле.

***

Посёлок Лесной погружался в тишину. Редкие машины приезжали в него в зимнее время. Поодаль от всех дачных коттеджей стояла старинная усадьба с колоннами.

Книжные Черви приближались к поместью медленно. Туман, явно магического происхождения, поглотил всю округу, и лишь нечастые огни пробивались сквозь голые ветви деревьев. Барыня стояла на балконе и пила чай, словно ожидая гостей. Рядом с ней находился Чёрный Человек. Вдруг ожерелье в его руках засияло.

– У нас гости, – задумчиво протянул господин Тень.

– Тащи всех сюда! – приказала Варвара Петровна и протянула руку за украшением. – Пошёл!

Чёрный Человек поклонился, неохотно передал женщине драгоценность и растворился в воздухе.

К входным дверям вышли Герасим и Павел Петрович, который вовремя не уехал из поместья, как это сделали Ленский и Печорин. К усадьбе направлялись Тёркин, Базаров и Чичиков.

Тёркин вышел вперёд.

– Варвара Петровна, всё кончено. Давайте разойдёмся мирно. Отдайте ожерелье. Мы можем все остаться в этом мире. Если хотите. А если не хотите, вы вернётесь в свой. Бежать некуда.

– Вы похитили моего внука, убили моих людей и ещё смеете ставить мне условия? – прошипела обезумевшая Барыня.

– Мы никого не похищали, – мирно ответил Тёркин. – Спускайтесь, и поговорим спокойно!

Василий пытался тянуть время, чтобы Марго проникла в дом, но ответа Барыни он не дождался. Вместо этого деревья, окружавшие частную территорию, зашатались, и их корни стали вырываться из земли.

– Некромант, подсоби! – крикнул Базаров.

Чичиков бросил на лужайку горсть земли, из которой тут же вырвалась толпа светящихся духов: они должны были не только стать подмогой, но и разогнать туман.

***

Онегин выстрелил – Герасим покачнулся и коснулся рукой лба, из которого стекала струйкой кровь; Кирсанов, заметив это, мгновенно телепортировался прямиком к Тёркину. Огромный мужчина же отступил в дом. Ему нужно было срочно защитить свою госпожу. Он бросился вверх по лестнице.

– Стоять! – приказал Чацкий, который уже находился в холле.

Но Герасим перемахнул через перила второго этажа и прыгнул вниз, надеясь раздавить парня своим телом. Невидимая Марго, ожидающая, когда двери кабинета Барыни откроются, среагировала молниеносно: она вскинула руку, и пространство вокруг Герасима начало приобретать красный оттенок. Вместо падения на Сашу, он провалился в красное пространство Марго. Следом из этой реальности пропали и Малыш с Муму.

***

Онегин подбежал ближе к поместью, как вдруг из земли вырвался похожий на руку корень и схватил его за ногу. Стрелок упал, однако не выронил револьвер и сделал несколько точных выстрелов в корневище. Освободившись, он перекатился и только сейчас в рассеявшемся тумане увидел на траве кровавые ошмётки. А затем он понял, что многочисленные деревья, растущие вокруг усадьбы, надвигаются на них наподобие некоего чудовищного воинства. Онегин пригляделся и ужаснулся: сквозь кору деревьев проступала гноящаяся разлагающаяся плоть, ветки перемешивались с человеческими конечностями, и кожа свисала с них, как осенняя листва. В нос ему ударил резкий трупный запах.

***

Туман рассеялся, и взору Базарова и Чичикова предстала ужасающая картина, от которой на долю секунды они потеряли дар речи: из стволов, напоминающих какой-то чудовищный барельеф, выступали остатки человеческих тел: половина детского тельца, голова мужчины, старик, который словно пытался вырваться из ствола дерева, руки, ноги… И человеческие головы, как камни в жуткой короне, украшали ветви, что росли из макушки Вия.

Телепортировавшись в очередной раз и готовясь нанести очередной удар по Тёркину, Кирсанов краем глаза тоже заметил кошмарное древо и замер в отвращении и ужасе.

– Вы что тут, ублюдки, делали?! – закричал Тёркин, также разглядевший, наконец, Вия.

И у Павла Петровича не нашлось ответа. Но то, что он лицезрел, было поистине жутко. Мужчина пропустил удар под дых и рухнул на землю. Всё поплыло, но Кирсанов успел откатиться в сторону.

***

Руки Чичикова засветились. Он попробовал обратиться к мертвецам, торчащим из древесных стволов:

– Отриньте зло! Вас тут ничего не держит! Уходите!

На несколько секунд гигантские деревья остановились, но затем вновь потянули свои ветви, руки и корни к героям. Некромант понял, что Вий превратился в нечто чудовищное. Он слился со всеми древовидными растениями в округе, и в нём проступали все те, кого он успел поглотить за год. А жертв его было немало.

***

А Герасима тем временем поглощали руки, тянущиеся к нему из красной бездны. Он пробовал отбиваться, но конечностей становилось всё больше. Они пытались его удержать. Он старался идти вперёд, словно хотел пересечь кроваво-алое штормовое море. Широкую грудь его царапали корявые пальцы, а он тянул свои руки к Марго, Чацкому и Муму, которые тоже присутствовали в этом пространстве. Чацкому было тяжело говорить, но сквозь шум он прокричал:

– Герасим, остановись и послушай!

Мужчина сделал ещё один шаг.

– Герасим остановись и послушай! – ещё раз громко повторил Чацкий и понял, что воздуха не хватает.

– Андрей! – гавкнула собака.

– Андрей! Остановись и вспомни, кто ты такой! – вдруг вырвалась последняя команда у Чацкого. Он пошатнулся, и Марго едва успела его поддержать. У обоих текла кровь из носа и ушей.

Огромный мужчина остолбенел.

– Марго, снимай! – гавкнула Муму.

Маргарита сжала кулак, и красное пространство немедленно будто всосалось в её руку. Женщина вытерла нос. Кровь размазалась по её лицу, делая его частично видимым.

– Дальше – сами, – бросила Ведьма и побежала на второй этаж.