Джон Картер – марсианин - Эдгар Райс Берроуз

повторит жестокую правду мне в лицо. Потому я незаметно оставил свой пост и поспешил покинуть комнату вслед за принцессой, тихонько проскользнув в дверь.

Передо мной открывалась масса извилистых коридоров, ветвящихся и перекрещивающихся между собой во всех направлениях. Я побежал по одному из них, потом по другому, третьему – и вскоре совершенно потерялся. Я стоял, задыхаясь, опершись о стену, как вдруг услышал голоса. По-видимому, они исходили из комнаты по другую сторону стены, о которую я облокотился. Я сейчас же узнал голос Деи Торис, хотя слов было не разобрать. Недалеко была и дверь, ведущая в эту комнату. Быстро пройдя вперед, я вошел в маленькую переднюю, в которой несли вахту четыре гвардейца, уже виденные мною. Один из них сейчас же вскочил и спросил, по какому я делу.

– Я от Тзэна Козиса, – ответил я, – должен поговорить наедине с Деей Торис, принцессой Гелиума.

– Ваш приказ? – спросил он.

Я повторил, что я охранник джеддака, и направился к противоположной двери, за которой слышал голос Деи.

Но войти было не так-то легко! Телохранитель встал передо мной:

– Никто не приходит от Тзэна Козиса без письменного приказа! Покажите его немедленно!

– Единственный приказ, который я могу предъявить, всегда со мной, – ответил я, похлопывая по своему мечу. – Дадите вы мне пройти мирно или нет?

Вместо ответа все четверо воинов с обнаженными мечами встали в ряд, загораживая путь.

– Вы лжец! – воскликнул охранник. – Вы не только не войдете к принцессе, но под стражей будете отведены к Тзэну Козису, где объясните свою дерзость. Спрячьте свой меч, вы один не справитесь с нами, – приказал он с угрюмой усмешкой.

Моим ответом был быстрый удар, который оставил мне только трех соперников, но они были достойны моего оружия. Противники отбросили меня к стене, я с трудом пробил себе дорогу в угол комнаты, так что они могли атаковать только поодиночке. Так мы сражались минут двадцать. Звон стали наполнил комнату страшным шумом, который заставил Дею Торис подойти к дверям. Здесь она стояла все время, пока длился бой, а Сола выглядывала из-за плеча. Их лица были спокойны, и я понял, что женщины не узнали меня.

Наконец удачный удар сбил еще одного противника. Я сражался теперь с двумя, поэтому перешел в наступление и обрушился на них приемом, который помог мне одержать много побед. Третий упал через десять секунд после второго, а скоро и последний лежал мертвым на полу. Это были храбрые и хорошие бойцы, но я вынужден был убить их. Сейчас я мог уничтожить население всего Барсума, чтобы только достигнуть своей цели.

Вложив окровавленный клинок в ножны, я подошел к своей марсианской принцессе, которая безмолвно стояла, не узнавая меня.

– Кто вы, зодангец? – спросила она. – Еще один враг, чтобы мучить меня в моем горе?

– Я друг, – отвечал я, – когда-то любимый друг.

– Никто из друзей принцессы Гелиума не носит этого знака… Но ваш голос… Я слышала его раньше… Это… Нет, этого не может быть – ведь он мертв!

– Да, я Джон Картер! Неужели вы под краской и знаками не чувствуете сердца вашего вождя!

Когда я подошел к ней вплотную, она подалась ко мне, но, прежде чем я успел прижать ее к груди, откинулась назад с тихим стоном.

– Слишком поздно, слишком поздно! – рыдала она. – О мой вождь, которого я считала мертвым, если бы вы вернулись часом раньше! Но теперь уже поздно, слишком поздно!

– Что это значит, Дея? – воскликнул я. – Что вы не дали бы обещания принцу Зоданги, если бы знали, что я жив?

– Вы думаете, Джон Картер, что я могу подарить свое сердце другому?! Оно было погребено вместе с вашим прахом в могиле Варгуна. А сегодня я отдала лишь тело, чтобы спасти свой народ от армии Зоданги.

– Но я не умер, моя принцесса! Я пришел за вами, и Зоданга не сможет помешать мне!

– Слишком поздно, Джон Картер! Обещание дано, а в Барсуме это означает все. Брачная церемония лишь пустая формальность. Она ничего не прибавит к самому факту свадьбы, как похоронное шествие не усиливает смерти. Я уже замужем, Джон Картер. Я не ваша принцесса, а вы больше не мой вождь.

– Я мало знаком с вашими обычаями, Дея, но я люблю вас! Когда орды варунов напали на нас, вы назвали себя моей невестой. Вы и теперь так думаете! Скажите мне, что это правда!

– Я думаю так, Джон Картер, – прошептала она. – Но не могу повторить это теперь, потому что отдала себя другому. Ах, если бы вы только знали наши обычаи, Джон, – продолжала она, обращаясь наполовину к самой себе, – ведь уже много месяцев тому назад я дала вам обещание, которым вы не воспользовались… Помните ту ночь, когда я обиделась на вас? Вы назвали меня своей принцессой, не попросив при этом моей руки, да еще хвалились, что боролись за меня. Вы не поняли собственной бестактности и оскорбили меня по неведению, я не должна была обижаться тогда.

– Я не буду просить у вас прощения, Дея! Вина моя лишь в незнании обычаев Барсума. В то время я полагал, что моя просьба будет самонадеянной и нежеланной. Но я сделаю сейчас то, что должен был сделать давно. Я прошу вас быть моей женой, и, клянусь, вы будете ею!

– Нет, Джон, это бесполезно! – безнадежно воскликнула она. – Я не буду вашей женой, пока жив Саб Тзэн!.. Только не это, – оговорилась она, догадавшись о моих мыслях. – Я не выйду замуж за убийцу мужа. Таков обычай! Обычаи правят нами здесь, на Барсуме! Общее у нас теперь только горе. Вы должны уйти, мы не увидимся больше. Прощайте, мой вождь!

Мое сердце было разбито. Но я не мог поверить, что Дея Торис навсегда потеряна для меня.

Я блуждал по коридорам и опять совершенно заблудился в массе скрещивающихся переходов. Охранники убиты, я исчез с поста – подозрения сразу падут на меня, единственная надежда на спасение была в бегстве из Зоданги.

Наконец я обнаружил спиральную лестницу и спустился в большую комнату, где находилось много стражников. Стены комнаты были увешаны драпировками, за которыми я и спрятался.

Разговор телохранителей не вызывал у меня интереса, пока в комнату не вошел офицер и не приказал четверым из них сменить тех, кто охраняет принцессу Гелиума. К этой опасности я был мысленно готов. И действительно, один из охранников ворвался назад с криком, что они нашли четырех гвардейцев убитыми.

В одну секунду весь дворец наполнился народом. Стража, офицеры, придворные, слуги