Школа странников - Пашнина Ольга Олеговна

— Ладно, давай посидим, — мне ничего не оставалось, как согласиться.

Совершенно неожиданно из тумана показался дом. Даже, я бы сказала, особняк. Двухэтажный, с небольшими круглыми окнами. Дом был выкрашен в светло-коричневую краску и почти весь увит не то виноградом, не то чем-то очень похожим на него. Джилл ловко проскользнула через проем в изгороди, и я последовала ее примеру.

— Сюда! — шепнула мне девочка.

Садик был маленький и заросший. Никаких рядов грядок, клумб. Несколько невысоких деревьев, много кустарника, хаотично протоптанные дорожки. Мы прокрались в самую его гущу и залезли в небольшой шалашик, разрисованный в яркие цвета. Внутри шалашика все было по-девичьи мило. Лежали подушки, на которых было не холодно сидеть, были прибиты несколько полочек, на которых стояли книжки и шкатулки. Валялись мягкие игрушки.

— Тебе холодно? — спросила Джилл. — Я могу нагреть воздух!

Я покачала головой. Нет, здесь совсем не холодно, хоть и не так жарко, как дома.

— Тогда вот. — Девчонка открыла какой-то тайник в стене, извлекла бумажный сверток, протянула его мне, а затем достала следом красивый стеклянный кувшин с прозрачной жидкостью.

Сверток в моих руках вдруг стал горячий.

— Прости, — улыбнулась Джилл, — забыла сказать, что погрею. Разворачивай, это пирог. Вчера вечером принесла тетушка Дарла. Вкусный, с мясом. Угощайся!

Дважды повторять не пришлось. Все эти волнения порядком меня измотали, да и дома я не так уж хорошо питалась, чтобы отказываться от пирога. Тем более его было много! Нежнейшее тесто таяло во рту, мясо легко жевалось и обладало приятным пряным вкусом. А еще не было ненавистного мне лука. Почти блаженство.

Вода в кувшине была чистой и вкусной, так что мы как следует утолили жажду после перекуса и просто стали ждать. Отдельные клубы тумана иногда проникали через неплотно сцепленные меж собой бревна, и Джилл разгоняла их руками.

— Осталось минут двадцать, и все успокоится. Потом посидим немного, а как часы пробьют, войдем. Джер подумает, я выходила выпустить Лоффи.

— Лоффи?

— Наш пес, на ночь мы его загоняем в дом, чтобы не убежал и не попался алионам.

— Кто такие эти алионы, и почему ты перепутала меня с ними? И что это за туман? — Вопросов было больше, но я пока остановилась на двух самых волнующих.

— Спроси дядю Ноэля, ладно? — последовал все тот же загадочный ответ. — Он об этом рассказывает лучше меня.

— Ладно, а почему твой брат убьет тебя за вылазку в туман? Он опасен?

— Конечно. Помимо прочего, ты ничего не видишь под ногами и запросто можешь упасть. Ну и некоторые наверняка пользуются туманом, как прикрытием темных делишек. А я всегда убегаю на ночь, когда Джер напивается.

Я присвистнула, но ничего не стала говорить. Разберутся сами, у меня собственных проблем полный рот. Таинственный дядя Ноэль обещает прояснить ситуацию, но как же мне вернуться-то? А если здесь время идет по-другому? Если в моем мире уже прошло лет сто? Я что-то подобное как-то раз читала, весьма неприятная перспектива.

— А про странниц мне тоже дядя Ноэль расскажет? — сделала я вялую и неубедительную попытку выведать хоть что-то.

— Ага, — невозмутимо отозвалась моя новая знакомая. — Я только запутаю. Сейчас познакомлю тебя с Джером, а там и дядя Ноэль придет. Не волнуйся, с голоду и холоду ты не умрешь! У нас целый дом пустует. Кстати, он называется Ореховый дом.

Она потеребила кисточки на ушах.

— Из-за меня. Когда я родилась, все вокруг говорили, что в доме живет настоящая белочка, и отец выкрасил дом в ореховый цвет. С тех пор его иначе не зовут.

Мне неловко было спрашивать, почему Джилл говорит об отце, если раньше из разговора с ней было ясно, что живет она с братом. Но спрашивать и не требовалось: девочка все рассказывала сама, словно бесконечно мне доверяла. Ну, нельзя же так! Да, я не причиню ей зла, но если бы хотела?

— Родители бросили нас два года назад. Собрали вещи и уехали. Теперь мы живем с братом. Он вообще-то хороший, но как-то так у него жизнь сложилась, что…

— ДЖИЛЛИАН ЛЕСНАЯ ХЕЙЛ! — донеслось со стороны так громко, что мы синхронно подскочили и ударились головами о потолок.

— Блин! — скривилась Джилл. — Попалась. Ладно, не бойся, он обычно долго не ругается. Пошумит да успокоится.

Не знаю, как насчет долго, но громко этот Джеральд ругаться умел. Я последовала за Джилл к дому. Дверь сама по себе распахнулась, впуская нас, и я вздрогнула. Беличьи уши, самоподогревающиеся пироги и туман — ничего особенного, а вот дверь меня удивила. До чего же я бывала странной! Как будто никогда не видела двери с фотоэлементами. То есть вряд ли дверь здесь обладала фотоэлементами, но хоть какое-то объяснение. Иначе мой мозг точно взорвется.

Я вошла в дом и осмотрелась. Обстановка была очень специфичной. Массивная деревянная мебель занимала много места, в центре гостиной, которая хорошо просматривалась из прихожей, виднелся огромный камин, выложенный камнями. Окна были совсем небольшие, круглые и преимущественно закрытые тяжелыми шторами. На второй этаж уходила лестница из темного дерева с причудливо изгибающимися перилами.

По этой же лестнице быстро спускался мужчина. На вид я дала бы ему лет тридцать, может, чуть больше. Довольно красивый, темноволосый, с пронзительным взглядом карих глаз и прямым носом. Будь я дома, сказала бы, что у него явно есть итальянская кровь. Но я была не дома и пока искала у него какие-нибудь уши-лапы-хвосты, он заговорил.

Голос звучал хрипло и как-то сонно. Что, впрочем, не отменяло суровости:

— Где ты была, Джилл?!

— Ты уже проснулся? — Джилл приняла невинный вид. — А я, представляешь, услышала какой-то шум внизу, спустилась, а там…

И она неопределенно махнула рукой в мою сторону. Получилось не очень убедительно. Наверное, несмотря на свои вылазки, Джилл редко врала. И делала это слишком наигранно. Я чувствовала, что лишняя здесь. Но не убегать же теперь. Таинственный Джер сфокусировал на мне взгляд, и в этот момент я поняла: да у него же похмелье! Вон, руки явно трясутся, взгляд какой-то рассеянный. Хоть он и старательно скрывает этот факт.

— И кто это? — как-то мрачно спросил мужчина.

— Алена, — Джилл четко выговорила мое имя, — странница.

— Ага, а я тогда оперная прима. Хватит врать, Джиллиан, я жду тебя уже час! Немедленно иди в свою комнату!

— Но Алена правда странница, я ведь…

— НЕМЕДЛЕННО! — хрипло рявкнул Джер. — Ты наказана на неделю!

— Час, значит, ждешь? — с яростью в голосе выкрикнула девчонка. — Или уже час как выпивка закончилась?!

Она отпихнула брата и взбежала по лестнице. Потом донесся громкий хлопок — закрылась в комнате. Я резко почувствовала, что пора уносить ноги.

— Куда? — поинтересовался мужчина. — Я с тобой еще не закончил. В кабинет, быстро!

— Я не знаю, где у вас кабинет, — напомнила я.

Мне молча указали на неприметную дверь справа от камина. Со вздохом я подчинилась: неприлично как-то прийти и тут же сбежать. В нос ударил запах алкоголя. Не такой, каким несет от заядлых любителей выпить, но все же не очень приятный. Я едва удержалась, чтобы не поморщиться. Определенно Джилл мне пока нравилась больше, чем ее брат.

Его звали Джеральд Хейл. Это была единственная информация, которую мне предоставили. Джеральду Хейлу не помешало похмелье — о, рифма! — чтобы с насмешливой ухмылочкой меня рассмотреть, усадить в кресло и нависнуть.

— И кто ты такая? — спросил он.

— Меня зовут Алена Селезнева, — вполне вежливо начала я.

— Мне плевать, — последовал ответ.

Отлично, но зачем тогда спрашивать?

— Меня интересует, кто ты такая и какого алиона запудрила мозги моей сестре!

— Я не пудрила ей мозги! Она…

Я прикусила язык, потому что по версии Джилл мы встретились возле ее дома. Но ведь Джеральд и так понял, что его сестра выходила. И вот что мне ему сказать?!

— Что «она»? — потерял терпение мужчина. — Мне стражу вызвать? Полагаю, документов у тебя нет.