Патрик О'Лири - Черное сердце

— Вызовите их, — сказала она. — Скажите им: Руки. Прочь. От. Земли.

Ярость вскипела в нем, когда она забрала портфель из беспомощных рук. Он обратился к ней Голосом Триумфа, однако не только не заполнил все пространство вокруг, как это было в других мирах, заставляя содрогаться чувствующих: слова пузырились с губ бледнеющего человека в черном, едва различимые в грохоте игорных автоматов, звона колеса Фортуны, аплодисментов аудитории Бербенка.

— Я — страж четвертого уровня! Мне 800 лет!

— Такой молодой? — спросила она.

— Ты — пылинка! — Брызги слюны запятнали экран. — Я проглатывал звездные системы! Я порождал пожары! — Человек говорил невнятно. Язык более не повиновался ему.

— Вы захватили все, — тихо сказала она, — и вы ничему не научились.

Она следила, глядя вниз, как человек включает коммуникатор, надавливая пальцем на левое глазное яблоко и прижимая ладонь к мерцающему экрану. Его сообщение было по необходимости кратким. Он совсем ничего не чувствовал ниже пояса.

Когда дело было сделано, он невнятно сказал:

— В месте, куда мы идем после смерти, я буду правителем.

Она с жалостью посмотрела на него:

— После смерти некуда идти. Ваши руководители лгали.

— Обряд, — прошептал он, — ты сказала — обряд…

— На ваших похоронах!

Монахиня-филиппинка подошла с охранником, от которого пахло ржаными сухариками. Маринованными огурцами. Укропом. Из Онтарио. Прошлой весной. После первого дождя.

— Это сердце, — объяснила филиппинка с каким-то смешным акцентом.

— Инсульт, — сказал охранник в свою рацию.

— Инсульт! — захихикал побелевший человек.

Вот так, подумал он.

Они склонились над его телом, повернувшись спинами к ней — ничем не пахнущей маленькой женщине, которая посмотрела на него и шаловливо помахала рукой. Потом вперевалку ушла с его портфелем. Весь его инвентарь. Все артефакты. Уголь из Алледжени. Ил из Миссисипи. Перо гагарки. Палец негра. Сорок семь типов волос. Коробочка цветных мелков. Зуб ребенка. Глаз зяблика. И многое другое, что невосполнимо.

Теперь все уже бесполезно. Как эта неадекватная личина. Как его миссия. Как и запах сожженных миров, оставленных по пути. Пустое лицо на тузе пик. Указывающее на него. Черное пустое сердце с кинжалом в брюхе.