Том 2. Корабль из ада - Фредерик Арнольд Каммер-младший
Мигая в ярком солнечном свете, северянин огляделся и… сердце его упало. Они стояли на уступе, выдвинувшемся из отвесной стены утесов, окружающих Город Страха! Над ними поднималась на сотню футов гладкая, отвесная скала, и такая же уходила вниз, в ужасную пропасть.
С высоты, на которой они находились, Ульф видел Эту, его яркие мраморные строения на фоне зеленой травы и деревьев. Ни звука лютней, ни гула толпы, никаких звуков повседневной жизни не доносилось оттуда. Город лежал, притихший, скованный покорностью и страхом смерти.
Пристальный взгляд Ульфа переметнулся от города на уступ, где они стояли. Он был шагов двадцать в длину и резко обрывался с обеих сторон, предотвращая любую возможность побега. Невдалеке от устья туннеля находилось то, что казалось древней святыней, вырезанной на поверхности утеса. Изъеденная ветрами и дождями, она была всего лишь тремя широкими ступенями, ведущими в большую нишу, напоминающую огромную морскую раковину, вырезанную из черного базальта. Несмотря на то, что в нише могла стоять какая-нибудь статуя или алтарь, она была пуста. Бегло оглядев эту святыню, северянин безнадежно покачал головой.
И тогда ворчливо заговорил старый Мимар.
— Куда мы попали? — спросил он. — Это что — и в самом деле Место Силы?
— Всего лишь уступ в скале, — огрызнулся Ульф. — Нет тут никакой Силы! Древняя надпись солгала, арфист! Мы погибли!
Из туннеля донеслись ликующие крики. Внезапно из недр, с ножом в руке, выскочил жрец Кота с дикими глазами. Блеснуло лезвие меча, и жрец рухнул у входа в туннель. А из него уже лез воин в красной одежде, чтобы тут же пасть от меча северянина.
— Вылезайте из своей дыры, крысы! — засмеялся Ульф. — Черные вороны смерти уже низко кружат над вами!
Из туннеля появились еще воины, выставившие перед собой копья. Теперь они медленно, осторожно наступали на северянина, оттесняя его назад, назад… пока не был свободен выход из туннеля. Ульф был вынужден отступать по уступу прямо к древней святыне, и он отступал, оставляя за собой мертвых и раненых.
Зора, все еще тяжело дыша, глядела на это. Она понимала, что эта схватка может закончиться только не в пользу воина севера. Она взглянула на Мимара, все еще сжимавшего свою любимую арфу, на лице старика была написано мрачное отчаяние.
— Надпись лгала! — бормотал он. — Древние солгали? Значит, Эту так и останется Городом Страха, а его принцесса погибнет от рук Харга! Тардиш обречен! Обречено самое большое из семи королевств Му!
Ульф отступал, сражаясь с неистовой яростью, отступал под численным превосходством противника. Зора увидела появившегося из туннеля Харга, его высокую, мрачную фигуру с боевым топором в руках, подгоняющую своих подданных. Девушка безнадежно вздохнула. Только чудо могло их теперь спасти… Она бросилась к старой, изъеденной непогодой святыне и пала на колени на нижней ступени.
— Боги Му! — вскричала она. — Помогите нам!
И как только девушка заговорила, ее слова, усиленные в тысячи раз, эхом покатились в долину внизу.
— Боги Му! — загремело могучее эхо. — Помогите нам!
Ошеломленная, Зора застыла перед святыней, так и не поднявшись с колен. Мимар с ликующим лицом ощупью нашел ее.
— Место Силы! — закричал он. — Истинными были слова древних! Люди Эту, проснитесь! — И тут же его слова прокатились по долине, многократно отражаясь эхом: — Проснитесь! Проснитесь!
Снизу, из раскинувшегося белого города, раздались изумленные крики. Толпы мужчин и женщин вылились на широкие улицы в поисках источника этого громового голоса.
Высокий и стройный, как в юности, стоял слепой арфист на первой из трех ступеней святыни, ветер развевал его рваную одежду и длинные седые волосы. Пыльцы Мимара пробежали по струнам арфы, и голос его начал выводить первые стеки древней военной песни Эту.
На Ульфа, уже потерявшего счет ранам, эта дикая мелодия подействовала, как пряное вино. Стоя перед ступенями, он сдержал воинов в красных одеждах градом могучих ударов.
— Пой же, Мимар! — вскричал он. — Слава Вотану! — И меч его одним ударом разрубил пополам очередного стражника. — Вот так сражаемся мы на севере!
С яростным воем воины ринулись на него. Ульф был оттеснен на первую из трех широких ступеней, ведущих к святыне. Зоре и Мимару невольно пришлось подняться на вторую ступень.
И если на нижней ступени человеческие голоса разносились, как гром, то теперь они стали просто оглушительными. С удесятеренной силой боевая песнь понеслась по долине, придавая людям храбрости, разгоняя кровь в жилах, укрепляя души мужеством, пока люди не почувствовали себя равными богам. Зора слышала, как в городе ропот отдельных голосов сливается в единый боевой клич! Солнце сверкало на лезвиях мечей и кинжалов, когда пробужденные люди бежали по улицам. Эту больше не был Городом Страха, его народ, разбуженный жестокой боевой песнью Мимара, сбросил хомут рабства и тоски.
В городе началось сражение. Разъяренное население напало на тех, кого оставили охранять Эту. Через несколько минут горожане уже освободили свой город и теперь неудержимым потоком неслись к Месту Силы, неся с собой переносные лестницы и веревки, чтобы штурмовать утесы. Но Зора нервничала. Сможет ли северянин сдерживать Харга со своими воинами до прибытия жителей Эту?
Еще более дикой стала музыка Мимара, заглушив лязг мечей и крики стражников Харга. Ульф шатался от усталости, но все так же стойко оборонял первую из трех ступеней, ведущих к нише.
— Трусы! — выкрикнул Харг своим воинам с глубоким презрением в голосе. — Вы позволите всего лишь одному человеку перебить вас? И это тогда, когда и принцесса Зора, и Место Силы почти что у нас в руках? В сторону!
И, с бледным лицом и сверкающими глазами, подняв свой тяжелый боевой топор, Харг пошел на северянина.
— Вот мы и встретились, варвар, — мрачно усмехнулся он. — Теперь один из нас умрет!
— Значит, ты! — крикнул Ульф и взмахнул мечом.
За несколько часов до этого такой удар был бы смертельным, теперь же, утомленный потерей крови, Ульф лишь процарапал грудь Харга. Обнажив зубы в зверином оскале, темнокожий уроженец Мура взмахнул топором.
Ульф инстинктивно отразил удар, но сила его заставила северянина отступить на шаг, и он упал на вторую ступеньку, чувствуя, что у него уже нет сил подняться. Смутно он видел, как Харг рванулся вперед, поднимая блестящий топор…
В этот момент слепой арфист, стоящий теперь на третьей ступени, в самой нише, с дикой силой ударил по струнам арфы. Грозовые, оглушительные, могучие аккорды эхом отдались от скал. Здесь, в центре святыни, действительно было Место Силы, увеличивающей звуковые волны настолько, что затряслись черные
