Молот Люцифера - Нивен Ларри

— Мерзость, — сказал Гарви Рэнделл. — Разве и без того, чтобы сжигать посевы и запасы пищи, недостаточно людей умирает голодной смертью?! Господи! По всему миру одно и то же: то, что не довершил Молот, мы заканчиваем своими собственными руками! Здесь это тоже должно произойти, да?

— Дик, мы не сможем прокормить всех ваших людей, всю зиму, — сказал Эл Харди. — Простите меня, но я это точно знаю. Наши запасы слишком скудны. Мы не можем пойти на это.

— У нас пока еще слишком мало информации, — заговорил сенатор Джеллисон. — Может быть с этим Новым братством можно прийти к соглашению.

— Ерунда, — сказал Джордж Кристофер.

— Нет, не ерунда, — ответил ему Гарви Рэнделл. — Я знал Монтроза, и, черт побери, он не сумасшедший, он не людоед, и он не злодей — даже если он приходил к вам на ферму, пытаясь помочь рабочим организовать профсоюз…

— Сделаем так, — сказал Джеллисон. И сказал он это очень твердо. — Джордж, я предлагаю подождать возвращения Гарри. Нам необходимо узнать побольше о том, какая складывается обстановка. Я пришел к выводу, что помимо того, что нам рассказал Дик, он ничего не знает. Гарви, вы еще располагаете свободным временем, или у вас есть иные неотложные дела? — тон Джеллисона не оставлял сомнений, что присутствие Гарви Рэнделла в библиотеке не является обязательным.

— Если вы отпускаете меня, то есть кое-что, что мне надо бы доделать… — Гарви встал и пошел к выходу. И едва не рассмеялся, услышав, как вслед за ним пошел Джордж Кристофер.

— Я посмотрю карты, когда они будут готовы, — сказал Кристофер. — Меня тоже ждут кое-какие дела. Рад был встретиться с вами, генерал Бейкер, — и вслед за Гарви вышел из библиотеки. — Подождите минутку.

Гарви шел медленным шагом, гадая, что сейчас должно произойти. Сенатору явно не понравилась вспышка, которую позволил себе Гарви. Он здорово разозлился, думал Гарви. Он пытался развести нас в разные стороны, но это не удалось…

— Так что мы будем делать? — сказал Кристофер.

Гарви пожал плечами.

— Мы просто знаем пока слишком мало. Кроме того, у нас есть еще несколько дней. Может быть, если бы мы решились на совместную вылазку вместе с людьми Дика, удалось бы добыть достаточно удобрений и материала для теплиц, чтобы все люди Дика могли, переселившись к нам, пережить эту зиму…

— Я хотел поговорить не об этом, — сказал Кристофер. — Нам нужно вступить в бой с этими проклятыми людоедами, и следует это сделать не откладывая — до того, как они станут еще сильнее. Взять на вооружение каждое ружье, каждого мужчину, достаточно взрослого, чтобы поднять это ружье. Выйти и задать им жару. Я не намерен провести всю зиму в оглядку. Когда кто-то внушает тебе страх, есть лишь один путь: сбить его с ног и топтать, пока не убедишься, что он уже не сможет причинить тебе вреда. Не сможет никогда.

Или удирать сломя голову. Или завести долгие переговоры, подумал Гарви, но вслух ничего не сказал.

— Мне не по душе то, что происходит между вами и Маурин, — сказал Джордж.

— А мне Маурин тоже нравится, — заявил Гарви. Он стоял у закрытой двери на кухню и глядел прямо в лицо Кристоферу, оставшемуся в узком коридоре. — Если вы собьете меня с ног и будете топтать, это вызовет немалые затруднения. Действуйте.

— Пока не буду. Когда вы вконец разозлите меня — вас попросту выгонят отсюда. А сейчас перед нами одна и та же проблема.

— Да-а, мне так тоже кажется, — ответил Гарви. — Вы намерены выгнать его?

— Не говорите глупостей. Он герой. Выйдем отсюда, — Кристофер первый вышел через кухню из дома. На улице никого не было. Лишь Гарви и Кристофер шли в полутьме сумерек.

— Послушайте, Рэнделл, — сказал Кристофер. — Вы не очень мне нравитесь.

— Не очень. Мне кажется это взаимно.

Кристофер пожал плечами:

— Я ничего против вас не имею. Я не думаю, что вы выстрелите мне в спину, что нанесете мне удар сзади, стоит лишь мне перестать следить за вами…

— Благодарю.

— А пока вы этого не сделаете, одержать надо мной верх вам не удастся. Вопрос в следующем: предположим она решит выйти замуж за генерала Бейкера. Что вы будете делать?

— Горько плакать.

— Послушайте, я пытаюсь быть с вами вежливым! — рявкнул Кристофер.

— Черт возьми, что по вашему мнению я должен сказать? — спросил Гарви. — Если она выйдет замуж за Бейкера, значит она выйдет замуж за Бейкера, вот и все.

— И вы оставите ее в покое? Не будете виться ужом вокруг да около, добиваясь встречи с ней?

— Почему, черт побери, я должен это делать? — спросил Гарви.

— Послушайте, вам кажется, что я что-то вроде дурака-деревенщины? — сказал Кристофер. — Может быть, с вашей точки зрения я и есть дурак-деревенщина. Я жил здесь, когда еще ничто не вынуждало меня жить здесь. Ходил в церковь. Занимался своими делами. У меня не было ни борделей, ни подружек в каждом городе, с которыми я ходил бы по дорогим театрам…

Гарви рассмеялся:

— У меня всего этого тоже не было. Вы слишком много прочли «Плейбоев».

— Вот как? Послушайте, Рэнделл, допускаю, что я деревенщина, но иногда мне в голову приходила мысль, что если человек женат, он должен почаще оставаться дома. Я так никогда и не был женат. Был обручен однажды, но ничего не вышло. А затем я узнал, что Маурин получила развод. Я не то, чтобы наверняка ждал ее здесь — я еще не знал, что ей покажется лучше — снова ли ей поселиться в этой долине или мне переехать в Вашингтон. Но узнав о ее разводе, я более не искал никого. Затем произошло это. И ей, независимо от ее желания, пришлось жить здесь. Может быть получилось бы так, что она жила вместе со мной. Когда-то мы должны были пожениться, только не вышло, мы были еще слишком молоды…

— Зачем вы мне рассказываете обо всем этом?

— Потому что мне нужно что-то говорить. Черт возьми, Рэнделл, если бы мне когда-нибудь пришлось жениться, я бы и вел себя как женатый человек. Вот именно. И своей жене я бы тоже полностью доверял. Может быть, Бейкер вел бы себя так же. А вот к вам, черт побери, это наверняка не относится.

— А теперь, какого черта?..

— Я знаю, как идут дела и как будут идти дела в этой долине, Рэнделл. Я знал это и прежде, до того, как эта проклятая комета столкнулась с Землей, и сейчас я тоже все заранее знаю. Так что вы немедленно оставите Маурин в покое. Вы не тот человек, который ей нужен…

— А почему нет? И кто уполномочил вас встать на страже общественной морали?

— Я сам себя уполномочил. А вы не достаточно хороши для нее. Вы спите со всеми подряд. Прекрасно переспали и с ней. Мне это не понравилось, но я не стал предъявлять свои права на нее. Тогда еще — не стал. Но вы же женатый человек, Рэнделл. Зачем, черт возьми, вам нужна Маурин? Прибавить еще единичку к вашему списку? Послушайте, это начинает меня здорово злить, я не желаю этого. Вы оставите ее в покое, — Кристофер повернулся и и раньше, чем Гарви успел слово сказать, пошел прочь.

Гарви, потрясенный, остался на месте. Он едва удержался от того, чтобы броситься вдогонку за великаном-фермером. Я, должно быть, сошел с ума, думал он. Ведь я должен бы ненавидеть этого ублюдка…

Но ненависти не было. А было дикое желание помчаться следом, догнать и объяснить, что ничего подобного просто не было, и что Гарви Рэнделл мыслит о том, что такое женитьба, точно так же, как Джордж Кристофер, и что все идет как надо, что он и Маурин…

Для чего! — подумал Гарви. Может быть, Кристофер прав. Но Лоретта так ни о чем и не узнала, и ей не пришлось горевать, и Маурин это горя не принесло, и все это нагромождение объяснений, от которых сильно разит извинениями, потому что человек всегда чертовски хорошо знает, что он делает.

И вместо того, чтобы бежать вдогонку Джорджу, Гарви отправился в гостиную побеседовать с остальными астронавтами.

РАССКАЗ ИЗГНАННИКА

Когда солнце потухнет, и звезды попадают с неба,

И когда дикие звери соберутся в единую стаю…

И когда раскроются листы книги

И когда рядом запылает пламя Ада

И рядом же окажутся врата Рая,

Каждый человек узнает, что им было совершено.

И в ночи, когда во тьме померкнет комета

И в рассвете утреннем, когда она вспыхнет ярко…

КУДА ТЫ ТОГДА ПОЙДЕШЬ?