Странник. Интеграция - Александр Кронос

способностей. А потом проводят некие манипуляции, которые должны привести к их превращению в полноценного Странника.

Внутри, было, оживляется рационалист, но я быстро его затыкаю. Слабые места у версии видны и так. Более того, их очень много.

Для начала — гипотетической организации необходимо как-то выявлять потомков Странников. Учитывая, что тех не так много, это предполагает массовую проверку всех подряд. А такое точно не осталось бы незамеченным.

Во-вторых, мало найти нужного человека. Его требуется ещё и убедить в необходимости работы на данную структуру или сотрудничество. Что-то мне подсказывает — на такое согласятся далеко не все.

И наконец, в-третьих, такая схема предполагает, что сама больница и стоящие за ней люди заинтересованы в экспериментах. То есть это они должны платить своим «пациентам», а не наоборот. Пока же всё указывает, что и маркиз Рант, и скульптор из Басфы добровольно отдавали им свои кровные.

Но в чём тогда дело? Они научились превращать обычных людей в Странников? Звучит сомнительно — в таком случае, никто не мешал им создать целую армию подобных бойцов. Да и пример маркиза Ранта говорит о многом — старик в итоге стал пустотником, прикованным к собственному дому.

Вот за что он выложил им такую сумму денег? Ради чего? Могу поспорить, с его наследником тоже не всё так просто. Если окажется, что это подставное лицо, то выходит, аристократ не просто щедро платил по счетам, но ещё и передал неизвестным почти всё своё имущество. Сомневаюсь, что взамен он рассчитывал получить лишь возможность существовать в качестве пустотника.

Поморщившись, отбиваю барабанную дробь на подлокотнике кресла. Факты не бьются. Как всё не перекручивай, одни улики противоречат другим. А выстроить теорию, в которой они все были бы верны, у меня никак не выходит.

— Ты так и собираешься просидеть весь день, пялясь в стену? Если да, то этим прекрасно можно заняться и в другом месте, — обиженный тон маркизы заставляет перевести на неё взгляд. А через мгновение я сосредотачиваюсь на том, чтобы сдержать усмешку.

Девушку можно понять — она уже и полу халата небрежно уронила, и поясок слегка распустила, и зону декольте увеличила до неприличного максимума. А Странник хмуро сидит на месте и бровью в её стороны не ведёт.

Поднимаюсь на ноги. Киваю на дверь Вэнру, который так и стоит около стены, едва ли не пуская слюни на аристократку.

— Прошу меня извинить. Задумался. Если на этом всё, то мы пойдём. Дела не ждут, маркиза. Скорейшего выздоровления, — стараюсь выдержать максимально официальный тон и судя по лицу девушки, это её здорово бесит.

— Ты не находишь, что это не совсем вежливо? Вломиться к палату в леди, увидеть то, что никто не должен видеть, а потом просто уйти? — интересно, вот эти гневные нотки в её голосе, они наигранные или настоящие?

Притормозив, бросаю взгляд в сторону пациентки, которая уже плотно запахнула халат и теперь теребит его пояс, испепеляя меня взглядом.

— Маркиза, разве я просил вас мне что-то показывать? Мой форинг лишь задал вопрос о ранении, после чего вы сами решили продемонстрировать нам часть своего тела. При всём уважении, ни одного намёка на желание полюбоваться вашим бельём или тем, что за ним скрывается, я не делал, — отвешиваю что-то вроде неглубокого поклона и глянув на застывшее лицо брюнетки, которая скоро однозначно взорвётся фонтанами ярости, стремительно мчусь к двери.

Валья начинает возмущаться, когда мы уже оказываемся в коридоре. Стоит признать — в выражениях она особенно не стесняется. Скорее наоборот — такого использования в одной фразе слов Солнце, Пёс и Кашалот, я даже предположить не мог.

На момент даже останавливаюсь, чтобы дослушать. Потом о дверь с грохотом что-то разбивается, а рядом звучит восхищённый голос Вэнра.

— Ты её специально так? Чтобы когда решишь забраться в постель, она отдалась со всей страстью? — судя по тону, форинг искренне считает нашу короткую перепалку частью стратегии, что не совсем нравится моему разуму.

— Сколько раз я тебе говорил про Нату? И сколько ещё понадобится упоминаний, чтобы до тебя дошло? — отвечаю, уже шагая вперёд по коридору. Слева от меня обиженно сопит поэт.

— Так она тебя сама кинула, разве нет? Разве это мешает немного расслабиться с кем-то ещё? Да и на Домхане… Ты же проснулся в постели жены ярла, — последнюю фразу выпаливает максимально быстро, как будто опасаясь моей реакции. Я же пытаюсь прикинуть, как ему лучше всё объяснить.

— Я не знаю, что на самом деле случилось. Возможно Ната и правда предательница. Но может быть и нет. Чувства… Их не так легко имитировать. Подлог всё равно ощущается. Либо она мастерски умеет играть, либо во всей этой истории что-то нечисто. А что до жены ярла — когда я ложился в кровать, её там не было. Ночи я, конечно, не помню, но проснулся в штанах. Сомневаюсь, что имел место какой-то интимный контакт, — слушая, форинг качает головой, а когда я заканчиваю, тяжело вздыхает.

— Даже не знаю, завидовать тебе или жалеть. Встретить человека, из-за которого спустя пять лет будешь творить такое — это громадная редкость. Но если он вдруг тебя предаст… Собраться назад ты уже не сможешь, — в голове звучат грустные интонации. Я же предпочитаю не комментировать его пассаж.

Возможно, это и правда редкость. А может быть, у меня банально едет крыша. В любом случае, прямо сейчас мой разум не настроен на контакты с другими девушками. Не говоря о том, что в окружающем мире творятся странные вещи, заставляющие подозревать всех подряд.

Спустившись на первый этаж, сворачиваю в боковой проход. Оглянувшись по сторонам, убеждаюсь, что рядом никого нет. И концентрируюсь на жетоне. Время возвращаться в Обитель.

Когда перед глазами появляются знакомые очертания апартаментов, собираюсь сразу отправиться за порцией кофе. Но застываю на месте, как только поворачиваюсь в сторону кухни. Боковым зрением вижу, как Вэнр опускает руку на револьвер. Сам же медленно интересуюсь.

— Разве Устав Синклита разрешает вламываться в чужие жилища, Странник Канц? Что вы тут делаете?

Глава VI

Смотритель, одетый всё в ту же белоснежную мантию, не спешит отвечать. Несколько секунд молча стоит на месте, рассматривая меня — чувствую, как по позвоночнику проносится ощущения холода. Тогда как внутренний параноик во весь голос орёт, что надо срочно использовать жетон. Убраться с его помощью на Ардон, а потом связаться с Рэхтоном.

— Нас прервали, когда я шёл поговорить с тобой. Поэтому я здесь. Ждал твоего возвращения, — Канц наконец решат подать голос, тогда как я пытаюсь запустить работу мозга.

Ждал? Как он мог нас ждать, если я сам не знал, сколько времени займёт визит к маркизе и во что он выльется? Не понимаю.

Смотритель опускается на диван, около которого стоял, и приглашающим жестом указывает на кресла. Мол, не стесняйтесь, присаживайтесь, в ногах правда нет. Ведёт себя так, как будто это его апартаменты.

Впрочем, прямо сейчас разум цепляется за совсем другие факты. Так что медленно усаживаюсь в кресло и сразу задаю вопрос.

— Как ты узнал, что мы прибудем именно сейчас? — на мой взгляд, один из самых важных моментов. В помещение его мог банально пустить Чарг, который, в принципе, может открыть двери при разрешении от руководства. А вот точное время прибытия в Обитель — это уже совсем другое дело.

— У всех свои секреты, Странник Кир. Клан Ройенов давно и преданно служит Синклиту. За это время у нас накопилось немало тайн, о которых знают лишь единицы, — звучит запредельно пафосно. К тому же, по существу он так ничего и не сказал.

— Возможно и так. Но сейчас эти твои тайны касаются меня. Хотелось бы понять, как ты выяснил время нашего возвращения? И кто именно пустил тебя в наши апартаменты? — сразу озвучиваю и второй волнующий меня момент, а Смотритель едва заметно наклоняет голову.

— Как знаешь, Охотник Кир. Но помни, чем больше тебе известно чужих тайн, тем опаснее становится жизнь, — это сейчас была угроза? Или он намекает на опасность со стороны кого-то ещё?

— Я отследил твой маршрут. Это умеют многие, но не всем доступна такая точность, как у нас. Всё, что мне оставалось — переместиться в место поблизости и наблюдать. А потом отправиться обратно в Обитель, опередив вас. Не знаю, зачем ты посещал ту провинциальную аристократку, но я рискнул предположить, что после этого вы с форингом вернётесь назад, — пожалуй Валья