Эми Тинтера - Рибут. Дилогия (ЛП)

– Про тебя и впрямь говорят, что ты повыше, – пробормотал он, не прерывая поцелуя.

Я отступила и вытянулась в струнку как могла.

– Так лучше?

– Нет. – Он чмокнул меня еще раз, распахнул дверь и выставил руку, приглашая войти.

Я сделала глубокий вдох и шагнула внутрь. Родителей Каллума я не видела с тех пор, как они приходили в филиал. Он сам несколько раз навещал их, но я не ходила с ним. Когда он пригласил меня к ним на обед, Адди даже захлопала в ладоши, как будто это было волнующее событие. Мне же было просто не по себе.

Мебели в доме с моего последнего визита не прибавилось, зато из кухни плыл запах чего-то мясного. Возле накрытого стола, задумчиво положив ладонь на плечо, стоял отец Каллума.

Миссис Рейес обернулась с ложкой в руке и улыбнулась мне. Вроде бы даже искренне.

– Привет, Рен. – Она положила ложку, пересекла кухню и протянула руку. – Рада снова встретиться.

– Я тоже.

Рука у нее была теплой, и миссис Рейес становилась похожа на Каллума, когда улыбалась.

В кухню вприпрыжку вбежал Дэвид и повел носом.

– Что это? – Он заглянул через мамино плечо. – Откуда мясо?

– Каллум принес оленины, – ответила миссис Рейес, вернувшись к плите.

Я удивленно посмотрела на Каллума:

– Ты ходил на охоту?

– Ну да, сейчас, – фыркнул он. – Это мне Айзек дал за помощь на строительстве.

Я кивнула. Мы с Каллумом занялись восстановлением Остина, после того как я наотрез отказалась патрулировать улицы или уехать из города в глубинки Техаса, чтобы оценить тамошнее положение. Хотя многие рибуты – и даже некоторые люди – с воодушевлением ухватились за такую работу. Я этим больше не занималась. И никого не тренировала. Когда-то мне это нравилось, но теперь претила сама мысль о боевой подготовке рибутов. Хватит, навоевалась.

Мне даже не захотелось носить пистолет, а потому я отдала все оружие Адди несколько дней назад. После того как я решила не убивать офицера Майера, мир изменился. После убийств я всегда испытывала смутное чувство вины, словно оно подразумевалось, но в действительности отсутствовало. Но когда я не убила его, я вдруг ощутила гордость, как будто это решение было всецело моим.

А когда рассказала Каллуму, он посмотрел на меня как на героиню, и я поклялась никогда не брать в руки оружие.

– А оленина съедобна? – с сомнением спросил Дэвид.

– Понятия не имею, – ответил Каллум, уселся за стол и пригласил меня сесть рядом.

– Да, – сказала я, опустившись на стул. – Мне нравится.

Мама Каллума как будто пришла в восторг, хотя я не поняла от чего.

Дэвид плюхнулся напротив меня, поедая нас взглядом.

– Выбрал, где обосноваться? – спросил он у Каллума.

– Пока живем в филиале – пусть сначала починят высотки. Я снял местечко неподалеку от того, где будут Рен и Адди.

Его отец озабоченно посмотрел на нас:

– Ты уверен? Там не так уж приятно жить.

– Все лучше, чем в филиале КРВЧ, – рассмеялся Каллум. – К тому же в трущобах не так уж плохо. Особенно теперь, когда там не рыщут офицеры.

– Ты ведь знаешь, что вы можете поселиться и здесь, – мягко напомнил мистер Рейес.

Я знала, что он предложил Каллуму вернуться, а тот отказался. Заявил, что это нелепо и у него разовьется клаустрофобия, так как он уже привык жить сам по себе. Я его понимала. Сейчас мы жили отдельно, приспосабливаясь к жизни вне стен корпорации, хотя в дальнейшем, наверно, будем чаще вместе, нежели врозь. У меня все равно была своя комната, первый раз в жизни, и это явилось занятным новшеством.

– Нам и так хорошо, – улыбнулся Каллум отцу. – Но спасибо.

Уже стемнело, когда мы возвращались от его родителей. На улицах почти не было прохожих. Каллум обнял меня за талию и чмокнул в макушку.

– По-моему, я им немножко понравилась, – сказала я, подняв на него глаза.

– Так и есть, – рассмеялся он. – Оно и не удивительно.

Нагнувшись, он поцеловал меня, и мы пошли дальше, держась за руки.

– Сегодня прибыла новая партия рибутов из резервации, – сообщила я.

– Да ну?

– Вот тебе и ну. Пока наш порядок здесь им не очень понятен, но, думаю, он получше, чем у Михея, – рассмеялась я. – Посмотрел бы ты на физиономию Тони, когда он увидел младенца-рибута! Небось до сих пор не оправился.

– Может быть, кто-нибудь из них поможет нам в Капитолии. На всех заседаниях правительства из рибутов бываю только я да еще один.

– Сам виноват, что запросто сходишься с людьми, – усмехнулась я.

Он скорчил недовольную мину, но я-то знала, что ему нравилось заниматься формированием правительства, куда войдут и рибуты, и люди.

Мы подошли к школе. Перед входом прохаживалось несколько рибутов и людей. Вообще, в Остине стало меньше народу, после того как многие решили вернуться в родные города. Кое-кто из людей подался в Нью-Даллас, где рибутов почти не было. Тони сказал, что желающих нашлось немало. Я не удивилась. Глупо рассчитывать на то, что все люди будут прыгать от радости оттого, что им представилась возможность жить бок о бок с толпой рибутов.

На пустой площадке перед зданием КРВЧ горел костер, который разводили каждый вечер с тех пор, как мы вернулись из Розы. Рибуты собирались там почти всегда, а иногда приходили и люди. Сегодня у костра была Адди, Гейб стоял рядом, обнимая ее за плечи.

При виде нас она улыбнулась, вскочила и потянула Гейба за собой.

– Как прошел обед?

– Нормально. Олениной кормили.

– Я не об этом.

Я с улыбкой закатила глаза:

– Все было хорошо. Я вела себя прилично.

Каллум сделал жест: мол, так себе, и я шутливо толкнула его в плечо. Он захохотал.

Уловив какое-то движение, я глянула в сторону и увидела Хьюго, который направлялся в филиал с каким-то рибутом. Оба были мрачны.

– Я сейчас вернусь, ладно? Пойду проверю, как там новички.

Каллум кивнул и чуть поморщился, взглянув на здание за моей спиной. Вчера челнок из Нью-Далласа высадил у границы Остина кучу больных детей, и у нас уже появилось три новоиспеченных рибута.

– Хочешь, пойду с тобой? – спросил он.

– Нет, сама справлюсь.

Я понимала, что он просто хочет сделать мне приятное. Накануне Каллум уже присутствовал при Перезагрузке ребенка, и это зрелище сильно его расстроило.

– Тогда я попозже зайду к тебе? – Он взял меня за руки и привлек к себе.

Я кивнула, встала на цыпочки, коснулась его губами. Он обнял меня за талию, почти приподняв от земли, и я рассмеялась, как только мы оторвались друг от друга.

С трудом подавив желание поцеловать его снова, я отступила. Потом наверстаю.

Я повернулась и вошла в здание филиала, пересекла темный, безлюдный вестибюль и быстро поднялась на второй этаж. Открыла дверь и окунулась в море света и шума. Мимо прошли на лестницу и улыбнулись мне знакомые рибуты из Розы.

Посреди коридора стоял Хьюго и несколько ребят. Он мотнул головой, показывая назад:

– Только что умерли двое. А одна девчонка из Нью-Далласа умерла, пока тебя не было, но вряд ли перезагрузится. Слишком много времени прошло.

– Сколько?

– Около трех часов.

– Подождем как минимум до четырех. Как знать! – Я окинула взглядом коридор. – Которая дверь?

– Третья слева.

Я дошла до двери и рывком распахнула ее. Раньше весь этот этаж был отведен под опыты и исследования, и помещения здесь напоминали то, в котором меня истязали в Нью-Далласе, хотя мы и постарались сделать их немного поуютнее. Компьютер и прочее оборудование сдвинули к стене, а жесткий стол посреди комнаты накрыли одеялами. На них неподвижно лежала девочка лет пятнадцати, а в кресле рядом сидел юный рибут.

– Можешь идти, – сказала я ему, придерживая дверь. – Я побуду с ней.

– Наверное, уже поздно, – отозвался он, потянулся и встал.

– Знаю.

Он вышел и тихо прикрыл за собой дверь. Я села возле импровизированной постели и посмотрела на лицо девчонки. Она была бледна, темные волосы разметались по подушке. Я уже видела ее вчера, когда больных детей только привезли, но ей было слишком худо, и говорить она не могла. Имени ее никто не знал.

Вздохнув, я потерла лоб. Как же ее вывезли? Может, родные сами позволили нью-далласским властям забрать ее или же город попросту избавлялся от больных вирусом КДХ? Нам явно предстояло долгое и упорное налаживание отношений.

Неожиданно тело девочки дернулось, я замерла, потом быстро вскочила на ноги. Руки держала по швам – лично мне, когда я перезагрузилась, было бы неприятно, если бы ко мне прикоснулся кто-нибудь незнакомый. Но видеть кого-то рядом хотелось наверняка. Это я знала точно.

Тело дернулось еще несколько раз, и вот она распахнула ярко-зеленые глаза. Пальцы вцепились в одеяло. Девочка сделала резкий вдох и завертела головой. Наконец ее испуганный взгляд остановился на мне.