Вампиры тут беспризорные - Тони Марс

и начала медленно закипать. Дракон широко улыбнулся — все же артефакты значительно упрощали очистку вод. Твари начали всплывать одна за другой, бездумно барахтаться и массово покидать реку.

— Они ползут… на нас? — сражаться более чем с двумя сотнями речных монстров Степану хотелось в последнюю очередь.

— И как ты догадался? — едко усмехнулся герцог Ибенир. Больше чем вампиров и переселенцев вместе взятых, он ненавидел глупые вопросы на поле боя, — Просто сожжем тут всё.

Рейд закончился лишь к утру — Степан едва доволок ноги до кровати. Оторванная дверь его вообще больше не волновала — он мимоходом накинул на дверной проем иллюзию и поставил магический щит.

Вампир без сил упал лицом в постель и облегченно простонал. Все тело ломило, но раны он обработает позже, сейчас он уже ни за что не встанет с кровати.

Увы, после пробуждения лучше не стало — глаза слипались и сонное, невыспанное лицо вампира выглядело так, будто он собирался убивать. А ведь сегодня Веце приведет знакомиться свою невесту.

Степан спустился на кухню и заварил себе горячий травяной чай, чтоб немного отогнать сон. Его ждал очередной мучительно долгий вечер.

Глава 33

Для тех, кого ждет прибавление

Аламия неуверенно вышла из портала вслед за Веце и сбивчиво поправила волосы, осторожно оглядываясь.

— Веце, а твой господин сильно против? — тихо спросила девушка, не скрывая волнения в голосе. Аламии не хотелось выслушивать от чужого господина оскорбления и в итоге оказаться выброшенной на улицу, а то и вовсе убитой.

Нынче времена тяжелые, голодные, никто лишнему рту не обрадуется, особенно обедневший аристократ, живущий в дикой глуши.

— Не волнуйся, если ты ему понравишься, то он не будет нам мешать. — подбодрил ее полукровка. Аламия сглотнула вязкую слюну.

Если понравишься…

Слабая улыбка дрогнула. Все было настолько очевидно, что она считала бессмысленным заводить этот разговор снова. Что ж, в любом случае другого ожидать не приходилось.

— Вот наш дом. — махнул рукой Веце, — Он небольшой, но всем места хватит. А там деревня, мой хозяин маг, так что местные часто приходят к нему за помощью и у нас всегда есть еда. — девушка сдержанно кивнула.

Дом был куда меньше, чем она представляла. Ей почему-то всегда думалось, что даже обедневшие аристократы живут в огромных доминах, просто питаются скромнее и слуг держат меньше.

Она глубже вдохнула морозный вечерний воздух, скоро начнет смеркаться. За домом виднелось поле, а после непроглядно-черный голый лес. Где-то вдали завыл волк и Аламия поежилась.

— Лес так близко. — хотя до ближайших деревьев было не меньше километра, само наличие леса пугало Аламию. Дом Веце и так стоит на отшибе, очевидно, что твари и дикие звери в первую очередь нападут на него.

— Монстры здесь почти не водятся, а если и живут какие, то совсем мелкие, не бойся. — он приобнял ее за плечи, успокаивая, — Тебе не о чем переживать, мой господин одно время состоял в отряде зачистки герцога Ибенира, так что с монстрами справиться в случае чего.

— А что будешь делать ты, пока твой хозяин сражается с монстрами? — невольно фыркнула она. То, что у Веце хозяин в каждой бочке затычка, уже порядком достало. Господин то, господин сё, накормит, обует, защитит… А Веце что, сам ничего не может? Она свататься к хозяину его пришла или к Веце?

— Прикрывать тылы, разумеется. — пожал плечами парень, — Я же его единственный слуга, это моя прямая обязанность. — девушка поджала губы. Какого-то там хозяина было не жаль, но что если Веце пострадает?

Если зима затянется, то ее жених и господин непременно несколько раз выйдут на охоту за монстрами, чтоб подзаработать. Вряд ли Веце откажется идти только из-за того, что она переживает о нем. Да и ослушаться приказа не посмеет — все же он привел в дом лишний рот в преддверии голодных времен.

— А твой хозяин… он правда вампир? — прошелестела она, когда они уже подошли к крыльцу.

Веце потер шею, торопливо оглянулся и незаметно выдохнул. Пока его не было, господин починил дверь, повезло.

Только вот вопрос Аламии все ещё висел и оставить такое без ответа — крайне странно, если они собираются пожениться.

— … не совсем. — замялся Веце. Если скажет как есть, то Аламии ничего не стоит сложить дважды два и догадаться, что ее ждет встреча с тем самым Кифеном Вальдернеским. Поэтому кособокая ложь была единственным, что могло его спасти от пощечины Аламии и нагоняя от господина, — Он наполовину вампир. — с самым честным лицом заверил Веце.

Ну а что, господин ведь иномирец, значит не совсем вампир, а только частично. Это же вполне считается, правда?

— Вот как. — выдохнула она. Стало немного спокойнее.

Степан активировал артефакт, подаренный герцогом Ибениром и неторопливо пил чай. Они с Веце единогласно сошлись на том, что Аламии не стоит знать их настоящие личности, пока вся суета вокруг Вальдернеских и темных магов не утихнет.

И потому представиться вампир должен был Эринаром Шэбтав.

Шаги из коридора стали чуть громче, попаданец вздохнул и громко опустил чашку на стол, поднимая глаза на дверной проем. Веце широко улыбнулся и подтолкнул Аламию вперед, чтоб она зашла на кухню.

И Степан, увидев Аламию, немного растерялся. Вот значит какой у Веце вкус. Неожиданно.

Девушка выглядела далеко не так сногсшибательно, как вампир представлял. Нет, Аламия оказалась той самой серой мышью, молью, которая так естественно сливается с толпой и остается незамеченной, даже если находиться в самом центре под светом прожектора.

Тусклые, грязно-серые глаза, блеклые коричневые волосы, никакой фигуры и вообще ничего, что обычно находят привлекательным.

— … Веце? — обратился Степан к пацану, глазами спрашивая, а не ошибка ли это. Мало ли, парня избили в подворотне и тот потерял зрение или рассудок.

Вампир ничего не имел против скромной внешности Аламии, но в то, что такая девушка могла понравиться Веце — не верил.

Да кто б вообще в здравом уме поверил? Степан не первый день знал пацана и, будем откровенны, даже в клане Сэндриад не каждая мордашка могла понравиться привередливому Веце.

И вампиру стало малость интересно. Что же такого Веце нашел в этой девушке, раз потерял голову. Если б Аламия оказалась безумно богата, то там все ясно — пацан бы влюбился в ее очаровательно богатую сторону. Но ни