Аристократы улиц 2 - Александр Майерс

Потратил много сил. Но экономить сейчас не время.

— Подмогу вызвали⁈ — проорал я.

— Так точно! — ответил кто-то.

Хорошо. До поместья ещё километров двадцать, но помощь всё равно придёт. Главное продержаться.

— За мной! — крикнул я и побежал в лес.

Оставаясь на дороге, мы обречены. Но если столкнёмся с врагами среди деревьев — шанс есть.

Мне навстречу выбежал человек с автоматом в руках. Я выстрелил в него, но пуля разбилась об защиту амулета.

Выстрелить в ответ не дал. Противник едва успел вскинуть автомат. Уже через мгновение он лежал на земле, и дым вытекал из его пустых глазниц.

Заклинанием я смог отогнать врагов чуть глубже в лес, и мы с оставшимися в живых солдатами смогли зайти. Положение чуть улучшилось. Но вот именно, что только чуть.

Мы по-прежнему были зажаты с двух сторон, а у противников было численное преимущество.

— Занять оборону! — приказал я. — Экономить патроны!

Вместе с тремя бойцами я нырнул в неглубокую канаву, по дну которой тёк ручей. Другие солдаты заняли позиции за деревьями или в других углублениях.

Идти в атаку смысла не было. Лучше продержаться до подхода подмоги. Уверен, они придут. Лучезар своё дело знает.

Оправившись от моей магической атаки, враги накинулись на нас с удвоенной силой. Мне пришлось встать в полный рост и снова угостить их огнём. Не меньше двух противников упали замертво, но это стоило мне защитного амулета.

Теперь я был ещё уязвимее, чем гвардейцы. У них хотя бы были бронежилеты, а у меня — только костюм.

В ход пошли гранаты, и одна из них влетела в прямо в наш овраг.

Я схватил снаряд и швырнул его обратно. Взрыв раздался в воздухе. Свистнули осколки, и моё плечо резко обожгло. До хруста стиснув зубы, что не вскрикнуть, я взглянул на рану.

Хреново дело. Судя по всему, осколок вошёл глубоко и застрял в плече. Рука не поднималась, а рукав стремительно заливало кровью.

— Ваше благородие! — один из солдат схватился за аптечку. — Держитесь!

— Всё в порядке, — процедил я, хотя от боли потемнело перед глазами.

Гвардеец залил рану кровоостанавливающим зельем и забинтовал. Быстро, чётко, без лишних движений. В то время как остальные продолжали отстреливаться.

Это меня порадовало. Всё-таки моих бойцов хорошо обучили.

— Дай пистолет, — сказал я. — Магию больше не смогу применять.

— Держите, — гвардеец сунул мне оружие.

Патроны у нас были на исходе, а круг врагов всё сжимался. Но вот, наконец, раздался приближающийся шум моторов.

— Сука, подмога! — проорал кто-то из леса. — Валим!

— Лучезар!!! — срывая глотку, заорал я. — Они уходят! Взять живыми!

— Есть! — раздался ответ со стороны дороги.

Погоня со стрельбой продолжалась ещё несколько минут, а затем всё стихло. Я никуда не побежал — плечо продолжало пульсировать, будто его раз за разом прижигали раскалённым железом. От потери крови шумело в ушах и кружилась голова.

— Где барон? Где господин Терновский? — раздался неподалёку голос Лучезара.

— Мы здесь, — подал я слабый голос и с помощью гвардейца поднялся.

Тут же увидел капитана своей гвардии. За ним шло несколько бойцов, и они вели за собой двух пленников.

— Господин, вы ранены?

— Пустяки, — махнул я. — Докладывай.

— Только этих удалось добыть, — козырнув, развёл руками Зар. — Ещё одного подстрелили, остальные ушли.

— Хорошо, — сказал я и облизнул пересохшие губы. — Забирайте с собой. Сильно не ломайте, они нам ещё пригодятся. Но можете не церемониться.

— Так точно, господин.

В новый дом я въехал не так, как хотел. Вместо радостных улыбок моих женщин меня ждали слёзы и причитания. Подумаешь, что рана всего лишь в плечо. Надо только достать осколок, и целитель мигом всё залечит. Несколько дней отдохну и буду лучше нового.

Но нет — что мама, что сестра распереживались так, будто меня привезли с кишками наружу. Обе успокоились только тогда, когда целитель сделал всё необходимое и заверил, что угрозы для жизни нет.

— Больше не пугай меня так, сынок, — сказала мама.

— Всё хорошо, дорогая. Неужто ты боишься вида крови? — улыбнулся я. — Помню, как отцу на дуэли проткнули шпагой живот. Сколько мне тогда было, лет десять?

— Одиннадцать, — вздохнула мама. — Для меня это тоже был страшный день, не напоминай.

— Я к тому, что целитель даже с такой раной справился. А плечо — подумаешь. Мелочь.

— Мы не хотим терять тебя, Эспер, — вмешалась Белослава. — К тому же если ты погибнешь… Что станет с нашим родом?

— Полагаю, что рода Терновских больше не будет. Ты выйдешь замуж за Петра и станешь частью его рода, а мама… Что же, для такой прекрасной женщины тоже наверняка найдётся достойная пара.

— Что за дурацкие разговоры! — покраснела мать.