Ловушка для Максимуса Клайда. Дилогия (СИ) - Вячеслав Владимирович Головнин

Отлично, девочки, а у меня Вольво, - сказала Майя. Запишите адрес дачи.

И ещё, - добавила она после того, как продиктовала адрес, - мне нужен помощник на сегодня, из тех, кто к экзамену уже готов. Нужно съездить за продуктами на рынок и отвезти всё в дом.

Тут Майя в упор посмотрела на меня, и я понял, что выбора мне не оставили. Пришлось поднять руку:

- Лучше меня никто не справится, я и к экзамену уже подготовился и мне как повару виднее, что нужно покупать.

- Тогда, всё, - подвела черту Регина, - встречаемся завтра после экзамена в три часа пополудни. Кто опоздает – будет добираться на электричке. Не забудьте взять с собой зубные щётки и прочие небольшие и лёгкие, но полезные в быту предметы.

Все засмеялись.

- Я вообще-то деньги имела в виду, а не то, над чем вы ржёте, - довольно ухмыляясь объявила Регина. – Я думаю, что пятидесяти долларов с носа, нам хватит. Кто хочет упиться в драбадан, пусть спиртное покупает на свои.

Девчата, посмеиваясь над заключительными словами Регины, разошлись, и мы с Майей остались вдвоём.

- Сначала заедем ко мне домой, - сказала она, - возьмём ключи от дачи. Заодно, я тебя познакомлю с мамой. Папа должен быть на работе, а мама сегодня работает дома. Папа архитектор, возглавляет какой-то отдел в городской администрации, а мама у меня искусствовед, работает в Эрмитаже. Дома я возьму свою машину, и мы поедем за продуктами на рынок и потом на дачу. Как тебе мой план?

- Если ты меня завтра к 8-ми утра на экзамен доставить обязуешься, то в остальном твой план меня устраивает.

- Тогда пошли, у нас мало времени и много работы, - скомандовала Майя, увлекая меня за собой.

***

Майя жила с родителями на Крестовском острове в одном из новых элитных жилых комплексов. Квартира была двухуровневая с большим числом комнат, отдельным санузлом для гостей, огромной прихожей с парой темных комнат, одна из которых служила в качестве гардеробной и не менее огромной кухней. Везде по стенам были развешены картины, на специальных подставках стояли небольшие скульптуры. Не квартира – музей.

Майя открыла дверь своим ключом, но, когда мы зашли в прихожую, она сразу, не раздеваясь, куда-то прошла и через пару минут вышла вместе с моложавой красивой женщиной лет сорока пяти, если навскидку, оказавшейся её мамой.

Мне стало интересно, и я сразу отправил к ней свой диагност. Пока мы раздевались в прихожей и Майя знакомила меня со своей мамой, диагност сообщил, что её биологический возраст составляет 43 года. Заодно, диагност ознакомил меня со всеми её проблемами со здоровьем.

Майину маму звали Евгения Тимофеевна и она мне сразу понравилась, поэтому я, особо не раздумывая, сходу направил ей ОЗЛК-1, что должно было решить все её проблемы со здоровьем на добрый десяток лет.

Евгения Тимофеевна, после того, как Майя посвятила её в наши планы, предложила:

- А давайте я вам помогу.

- Как? – спросила Майя.

- Я могу пирогов напечь.

- Нет, мама, спасибо, мы сами справимся. Ты же знаешь, что людей объединяют совместные дела. Так что сами будем готовить.

Затем, не слушая наших возражений, Евгения Тимофеевна затащила нас на кухню и накормила обедом, говоря:

- Когда вы ещё покушаете горячей пищи? Пока до дачи доберётесь, дом прогреете, воды наберёте, ужин приготовите. Давайте наедайтесь досыта прямо сейчас.

После обеда, захватив с собой ключи от дачи мы с Майей поехали на её машине на рынок.

- На работу я машину не беру, - сказала Майя. – До работы мне одна остановка на метро и никаких проблем с парковкой. А около дома у меня для машины постоянное место есть.

Все закупки на рынке я взял на себя, попытки всучить мне деньги решительно пресёк:

- Я же говорил, что недавно продал квартиру и деньги у меня есть.

- И ты проедаешь эти деньги? – удивилась Майя.

- А что мне любоваться ими что ли?

- Эти деньги могут послужить вступительным взносом в ипотеку.

Я беспечно махнул рукой:

- Ещё неизвестно, где я пущу корни, а уж на квартиру, когда я соберусь её покупать, я всегда заработаю.

В ответ на мои слова Майя только головой покачала. Закупившись на рынке всем необходимым, поехали на дачу. Увидев мои закупки спиртного, Майя спросила:

- Ты нацелился всех вусмерть напоить, чтобы никто даже пальцем не смог пошевелить, да?

- Майя, я просто не знаю ваших предпочтений, поэтому беру разные сорта.

- Ты просто мот! Куда ты денешь остальное?

- А что ему сделается? Я надеюсь, мы часто будем собираться. Мы же только начали учиться, впереди ещё годы учёбы. Потихоньку все выпьем, не волнуйся, ничего не пропадёт.

- Максим, ты сумасшедший, - покачала Майя головой. Это она ещё не видела, сколько я в стазис-карман отправил.

***

Загородный дом у Соколовых был деревянным большим, двухэтажным с просторной мансардой. Четыре спальные комнаты на втором этаже, внизу кухня, столовая и гостиная. Поднявшись на мансарду, я понял, что вся наша компания спокойно там разместится на ночь, если посередине её набросать маты и подушки с одеялами. «Как-нибудь при случае надо будет озаботиться закупкой этих постельных принадлежностей», подумал я, спускаясь обратно на первый этаж.

Дом стоял холодный, поэтому первое, что мы с Майей сделали – это включили отопление и пока дом прогревался решили прогуляться по посёлку. Майя взяла меня под руку, и мы медленно пошли по улице. Майю здесь знали, поскольку она раскланивалась с редкими прохожими, попадавшими нам навстречу. День клонился к вечеру и начинало темнеть.

Вдруг Майя вздрогнула и ещё сильнее прижалась ко мне. Навстречу нам из переулка вышла группа парней. Минута и они поравнялись с нами. Майя заслонилась мною от них низко наклонив голову.

- Ой, кого это мы тут видим, - глумливым голосом произнёс один из парней. Он вышел вперёд и остановился прямо перед нами. Мы тоже остановились. Майя подняла голову и вышла вперёд:

- Ты чего дорогу загородил, Шнырев? Немедленно пропусти нас.

- Ой, какие мы грозные. Ты, Соколова, забыла, что за тобой должок числится? Сколь уж лет прошло, когда возвращать собираешься? Или решила не отдавать?

- Какой должок? Ты, Шнырев, обкурился что ли? Или это во сне тебе приснилось?

Тем временем парни окружили нас, и мы оказались на краю дороги. За