Непокобелимый (с иллюстрациями) - Миято Кицунэ

— Да нормально ему будет, — чуть смутился Джеймс, поглаживая бок пустого стакана, чувствуя горячее тепло в груди от разлившегося по венам алкоголя. — Ты же его крёстный, значит, всё хорошо…

— Вообще-то, я тоже среди потенциальных «жертв» Гарри, так как у нас с ним есть магическая связь, — скрестил руки на груди Сириус. — Если не умру, то могу сквибом стать, или память потерять, или в тюрьму какую-нибудь запрут… Скажем так, согласно исследованиям и хроникам о подобных ему детях, с Гарри будет достаточно безопасно общаться людям, которые его не любят, чтобы он с них не забирал энергию. Желательно сквибы или вообще магглы. А это значит, что после твоей кончины твой сын будет воспитываться у этого… которого ты назвал «придурошным магглом с усами». Мы на их свадьбе ещё были, помнишь?

Джеймс вздрогнул, вспомнив Вернона Дурсля.

— Чего?..

— А, так тебе и этого не сообщили, верно? — горько усмехнулся Сириус, снова разливая по одной. — Не думаю, что Гарри отдадут мне. Слишком большие планы и политика выстраивается вокруг нашего маленького «героя».

— Так… Подожди, так они не с тобой?.. — вдруг дошло до Джеймса.

— Нет, не знаю, с чего ты это взял… — посмотрел ему в глаза Сириус. — Но я знаю, где они. Не было никакого ритуала «матери-одиночки», Джеймс. Не знаю, существует ли такой вообще. Лили узнала о том, что готовится Гарри и что суждено ей и тебе, и сбежала.

— Сбежала?.. — растерянно повторил Джеймс.

— Ты провёл с ней ритуал без её согласия, ты обрёк её на смерть без её согласия, ты решил судьбу вашего ребёнка, — чеканил Сириус. — Сколько раз ты стирал ей память, чтобы она не догадалась или не спрашивала лишнего? Лили боится тебя, Джеймс. Она узнала, что вовсе не жена тебе, а просто мать твоего ребёнка. Естественно, что она напугана и до одури волнуется за Гарри.

— Да я же и сам не знал про то, что мы как бы не женаты, у нас же была свадьба… — растерялся от такого напора Джеймс.

— Не знал или тебя просто заставили забыть? — хмыкнул Сириус. — У старика-директора огромные планы на магическую Британию и талант создавать себе послушных марионеток. К тому же он настоящий талант в ментальной магии, именно он обучил этой науке того, кого ты называешь Волдемортом. Он его учитель.

— Что? — Джеймс вытаращился на спокойного Сириуса. — Что?..

— Я узнал, что ты стал его марионеткой ещё в школе… — Сириус чуть поморщился. — Возможно, что смерть твоих дяди и тёти была частью плана. Не думаю, что тётя Дорея одобрила бы подобные ритуалы… или смогла бы объяснить тебе, чем это чревато. Ты остался без поддержки, без семьи, банально без библиотеки, в которой можно было бы найти какую-то информацию. Для ритуала нужны сильные маги: чем сильней, тем лучше результат.

— Лили была сильной, пусть и магглорождённая, она особенная, — пробормотал Джеймс.

— Я нашёл способ сохранить ей жизнь… — сказал Сириус. — Ненадолго… Всего несколько лет, но это поможет Гарри. У него может быть детство с матерью… По крайней мере, он сможет её запомнить.

— Правда? — посмотрел в лицо друга Джеймс, но осёкся от напряжения на его лице и криво усмехнулся. — По закону сохранения энергии должен умереть я, верно?

— Верно, Джейми… — выдохнул Сириус. — Она была невольным участником ритуала и не жена тебе по магии, это даёт ей шанс, если поставить магический блок….

— Не объясняй, я всё равно не пойму, — улыбнулся Джеймс, посмотрев на дом, в котором стало слишком пусто и тихо после того, как его покинули Лили и Гарри. — Просто скажи, что надо сделать, и я это сделаю. Я люблю их больше жизни, Сириус. Больше жизни.

Часть 3. Глава 10. Три дня

21 марта 1981 г.

Англия, графство Глостершир, лес Дин

Когда стрелка часов перевалила за полночь, Сергей вместе с Джеймсом с помощью порт-ключа переместился в лес Дин. Расчёты Беллатрикс говорили, что это будет самое удобное место для проведения ритуала.

С Джеймсом Сергей ещё долго и о многом говорил. Откровенно. Поттер оказался не таким уж беспринципным негодяем, каким его можно было посчитать, просто запутавшийся человек. По-своему добрый, но со сбитой системой ценностей… Всё, как в переведённой песне:

Один мой друг, он стоил двух, он ждать не привык:

И выбор шляпы ясен всем был,

Он пробовал на прочность этот мир каждый миг,

И по теченью не плыл,

Но в рот смотрел и делал всё, что скажет кумир,

Который всех дурил, и не раз…

Не стоит прогибаться под изменчивый мир —

Пусть лучше он прогнётся под нас,

Однажды он прогнётся под нас.

Сергею было жаль, что Джеймс не прислушался к его словам тогда, тем более, что о песне вспомнил сам Джеймс. Поттер говорил, что постоянно думал над этими словами, но так и не мог понять их смысла и послания, к тому же себя он причислял к третьему другу, который «в грозный час забрал штурвал» и пожертвовал собой, чтобы всех спасти, несмотря на то, что в песне этот друг характеризовался как «тихоня». Видимо, подобные геройские поступки в глазах Джеймса затмевали всё.

И Сергей чувствовал за собой некоторую вину. Мог ли он спасти Поттера? Что-то исправить? Джеймса было жаль. Очень жаль. Молодой разбалованный парень, которого так и не научили в полной мере отличать плохое от хорошего. Слишком внушаемый, к тому же с внушениями в магическом мире было куда проще, чем в обычном мире людей. Пара взмахов палочкой, несколько капель зелья — и человек будет действовать по твоей указке. Впрочем, такому пауку, как Дамблдор, было достаточно слов. Слова были его оружием. Вовремя сказанные, вылитые на открытые раны, они раздували гордость или убеждали в непогрешимости молодых волшебников и волшебниц, а авторитет и могущество директора придавали этим словам значимость и весомость, абсолютную веру и преданность. «Орден Феникса» состоял из определённого рода людей. В чём-то ущербных или думающих, что они ущербны.