Теория Хаоса. Том 3 - Александр Рысев

но меня такой вариант не устраивает. Я пару раз бью его рукоятью меча по затылку, и он оседает на пол, падая на задницу. Перехватив своё оружие за рукоять двумя руками и вскинув его за голову, я начинаю наносить рубящие удары сверху в низ, словно дровосек. Целюсь в одно и тоже место и вкладываю в замах максимум доступной мне энергии. После второго удара его вуаль начинает мерцать, а на четвёртом - лезвие больше не встречает сопротивления. Разрезав плоть и разрубив ключицу, клинок застревает в обломках рёбер. Отлично, первый готов.

Выдернув из трупа меч, резко оборачиваюсь туда, где сейчас дерётся Ханна. Ты ж моя умница! Прямо гордость берёт за неё, так ловко она маневрирует, сдерживая сразу двоих бандитов, один из которых, я напомню, выше её на целый ранг. По ощущениям, она смогла бы продержаться так ещё какое-то время, но не та сейчас ситуация, чтобы проводить эксперименты. Поэтому я быстро выбираю подходящий момент и атакую в спину последнего оставшегося одарённого-двойку. Ханна, быстро сориентировавшись, перепрыгивает через стол и фокусируется на единичке, не позволяя ему отвлечься на приятеля, попавшего в неприятности.

А неприятности у этого парня очень серьёзные. Я повалил бандита на пол и зажал его правую ногу в захвате у себя под мышкой. Всё, что ему остаётся – это беспомощно извиваться и дёргаться, потому что когда он прикрывает руками голову, я просто пинаю его по рёбрам, не жалея сил. Ну а если он не выдерживает и всё же смещает руки к груди – по его голове тут же прилетает мечом. Внезапно раздаётся хруст. Рёбра неудачника не выдерживают, а сам он на миг теряет сознание. Я не упускаю таковой возможности и заканчиваю с ним одним точным уколом меча.

Увидев, что произошло с его товарищем, последний выживший бандит отскакивает от Ханны и разрывает дистанцию. Мы с девушкой синхронно начинаем сближаться с ним, заходя с разных сторон. Мужику некуда бежать, он загнан в угол. В его глазах отражается ужас, он судорожно сглатывает, но всё же находит в себе мужество для последней в своей жизни схватки. Вскидывая руку с кукри, он медленно покачивается, переступая с ноги на ногу.

Мы с Ханной понимаем друг друга без слов. За последние полгода мы уже столько раз вместе сражались, отвоёвывая территории города у конкурентов, что действуем, как львиный прайд во время охоты - один подхватывает инициативу другого. Вот и сейчас, как только я делаю отвлекающий выпад, девушка срывается с места и намертво вцепляется в руку, сжимающую оружие. Дёрнувшись всем телом, она отводит её в сторону и прижимает к стене, в то же время плечом упирается бандиту в грудь, не давая быстро вырваться. Я не медлю. Берусь свободной рукой за незаострённую грань своего клинка и начинаю давить, вжимая лезвие ровно под кисть противника.

Его запястье сейчас зажато между стеной и моим оружием. Энергетические каналы у меня горят от напряжения, настолько щедро я пропускаю по ним силу, выкачивая её из резерва. Пять секунд… десять… Бандит вопит от боли, дёргая своей культёй, только что лишившейся кисти. Ханна отпускает его и отскакивает назад, а я вновь напитываю меч силой, параллельно смещая ртуть внутри клинка. Резко возвратив жидкий металл на место, делаю широкий замах, за ним следует горизонтальный рубящий удар. Сначала на пол падает отсечённая голова, а затем и само тело сползает по стене.

Мы стоим посреди комнаты, в которой валяются три трупа одарённых. Бой длился всего минуту и двадцать секунд. Нас было двое, их трое. Тяжело дыша, Ханна смотрит мне в глаза и оскаливается в хищной улыбке. Её потряхивает от эмоций, сейчас она переживает катарсис. Нет, ей доставляет удовольствие не сам факт убийства, а осознание того, насколько сильнее мы с ней стали всего за несколько месяцев. Я очень хорошо её понимаю, ведь я и сам испытываю похожее чувство, пусть и в меньшем масштабе.

Глава 3

Я подобрал с пола трофейный кукри. Для проформы проверяю его, пропуская через оружие силу. Ожидаемо, лезвие светится совсем чуть-чуть. Значит, этот сплав мне не подходит. Ну и ладно, не особо-то и хотелось, если честно. Тогда эта игрушка пойдёт на продажу, хоть денег с неё немало поднимем. Сняв с трупа ремень с ножнами, убираю в них трофей и надеваю пояс на себя.

- Уходим, Ханн, - говорю я, развернувшись к своей напарнице. – Соберись, ещё ничего не закончилось. Пока что рано расслабляться.

Возбуждённая после боя девушка с энтузиазмом кивает и идёт за мной к двери. На выходе из конференц-зала придерживаю её, напоминая про оставленные мины, которые, кстати, так и не потребовались. Никто из бандитов не пытался сбежать, так же, как и никто не успел прийти им на помощь. Уж слишком быстро мы справились, и это даёт нам возможность уйти, не ввязываясь в ненужные стычки с охранниками.

Аккуратно перешагнув мины, рысцой пробегаемся по коридору с серыми стенами и возвращаемся туда же, откуда пришли. Но на этот раз на лестницу нам не нужно. Нам необходимо попасть в один из трёх кабинетов, расположенных напротив двери, которую я вскрыл буквально три минуты назад. Центральный кабинет оказывается незапертым, и мы свободно заходим туда. Вовремя, потому что по всему зданию уже слышится нездоровое копошение и крики всполошённых бандитов.

- Когда будем прыгать - сразу врубай вуаль, - предупреждаю я, открывая окно. – И выжди пару секунд, пусть турель сфокусируется на мне. Затем сразу соскальзываешь налево. Ждёшь меня там.

- Но это не обязательно, моя вуаль тоже может выдержать… - пробует возражать напарница.

- ХАННА! – рявкнул я, сразу пресекая самодеятельность.

- Поняла, - вздыхает она.

Вспыхнув фиолетовым свечением, выпрыгиваю в окно и делаю перекат, приземлившись на крышу котельной. Не проходит и доли секунды, как слышится высокочастотный писк, а за ним следует характерное стрекотание импульсной пушки. Чёрт! Больно! Под таким огнём я с пол минуты, наверное, выдержу, но как же неприятно-то! Сжимаю зубы и терплю. Упираюсь ногой в бортик крыши, чтобы не упасть под напором турели. Мельком подмечаю, как Ханна выбирается из окна и сразу же спрыгивает вниз. Как я и думал, турель не стала менять цель, а продолжила методично расстреливать меня. Теперь, когда напарница в безопасности, и мне пора сваливать отсюда. Отойдя к краю крыши, повисаю на руках и тоже соскальзываю вниз.