Сутемень - Олег Лемашов

— То есть как? — удивился Игорь.

— А так, на въезде шлагбаум стоит, прям на лесной дороге. Вот он в этом районе и кружит.

— А как ты понял, что он там именно живёт, может, случайно пролетал?

— Не, место для стоянки туристов, гораздо дальше оборудовано, сам комплекс ещё дальше. Мы там несколько дней пробыли, и я частенько назад к шлагбауму бегал, потому что именно там туалет стоит в виде симпатичного домика из брёвнышек. Так вот, этого ворона постоянно видел именно в этом месте. Идёшь утром по нужде, а он летает в верхушках деревьев, обязательно каркнет тебе, мол, привет.

— Ворон на входе, проводник ваш виртуальный, блогер этот, тоже Ворон. Странные совпадения.

— Ага, мы тоже заметили, всё в этом мире не просто так. Мы, кстати, когда вернулись, пытались связаться с этим Вороном, написали ему, но он не ответил, наверное, опять где-то путешествует.

— И что в этом Чёртовом городище? — вернул к теме Андрей, похоже, ему тоже стало интересно.

— Действительно увидели мы множество огромных валунов, очень много. Раскиданы вроде беспорядочно, но все кучно, на самом холме и немного у подножья. Причём, на многих камнях следы воздействия каких-то инструментов, отверстия идеально круглые, либо выпуклости тоже круглые, последних, правда, не много. Ещё пещеры там когда-то были, но их завалило, или специально завалили, остался только вход в одном месте неглубокий. Светящийся мох растёт, в полумраке очень круто смотрится. Я когда фотографии в интернете смотрел, думал, их в фотошопе подкрасили, чтоб поярче смотрелось. Оказалось, нет, этот мох и вправду так ярко светится. Выглядит впечатляюще.

— Ух ты, круто!

— Да, зрелище потрясающее.

— Надо было себе домой того мха взять на развод, — посоветовал Андрей, — прикольно же, светится в темноте.

— Мы даже не пытались. Во-первых, это запрещено, а во-вторых, в таких местах нужно вести себя очень уважительно… На всякий случай.

Андрей молча кивнул, и не понятно было, то ли он согласился со сказанным, то ли, не забивая себе голову, принял как данность чудаковатые взгляды своих спутников.

— Так вот, — продолжил Женя, — ходим мы по этому городищу, осматриваем, восторгаемся. А кругом красота, благостно, как в сказке. Примерно, как в Старом Дые, только всё ж по-своему. И никого вокруг. Место хоть и оборудовано для посещения — площадка, туалет, все дела: всё одно, никто туда особо не ездит. Не популярны у нас такие места. М-да. В общем, начинает вечереть. И вот, с наступлением сумерек картина начинает кардинально меняться.

Нас как будто подталкивать стали к выходу. Мол, хорош ребятушки, пора и честь знать. Какие-то шорохи, движение в темноте, лес прям оживает. Ну, мы быстрее к лагерю. Хотели ночью ещё раз на городище подняться, а только потом такое твориться начало, что мы как-то передумали.

— А что твориться начало? — Игорь, сам не ожидавший, что его так захватит рассказ Жени, старался говорить, как можно более равнодушным голосом.

— Чертовщина всякая. Мы и раньше слышали про это городище, мол, балует тут силушка неведомая, да только когда в живую столкнулись, как-то не по себе стало.

— И в чём выражалась чертовщина эта?

— Тени, Игорёк. В лесу стали двигаться странные тени. Звуки разные, скрипы и шаги в темноте. От этого доложу я вам, мурашки по коже. Друид на ночь вокруг палатки круг обережный ножом чертил. И хотите — верьте, хотите — нет, а с кругом как-то спокойнее. Реально помогает. Особенно когда на вторую ночь, кто-то вокруг палатки мяукать начал. Это за десять километров от ближайшего жилья. Причём, ни до, ни после, ни днём, ни вечером, никто там никаких кошек не видел. Я ночью от палатки отлить только на два шага отходил. А я много, где побывал, и ночным лесом меня не удивишь, уж поверьте, но там всё по-другому. Сразу чувствуешь, что лес живёт какой-то своей жизнью и ночью там нам не рады.

— Очуметь, — выдохнул Андрей и оглянулся по сторонам на темноту, подступающую к костру со всех сторон.

— Такие дела, малята, да. А утром снова тишь да благодать, солнышко светит, травка зеленеет. Красота. Даже какие-то ребята на двух машинах приехали, но они по своей теме, заливаться коньяком на природе.

— Значит, вы так и не решились ночью прогуляться?

— Я нет, а Друид пошел. На вторую ночь, когда опять вся эта чехарда началась, мы вроде спать легли. А потом, среди ночи, я проснулся — его нет. Оказывается, всё-таки ходил медитировать в центр комплекса, среди всех этих мелькающих теней и шагов в темноте. Пообщаться, так сказать, с высшими силами.

— А на вторую ночь уже не так страшно было? — спросил Игорь.

В том-то и дело, что ещё хуже. Ребятишки, которые компанией приехали и с ящиком коньяка, даже они напугались, хотя уж их-то дурнёхонькие головы были под завязку спиртным залиты. Один из них, кстати, тоже попёрся в полночь посмотреть, как мох в темноте светится, и очень пожалел об этом. Вернулся протрезвевшим, и с трясущимися руками.

Тут затрещали кусты за спиной у Андрея, и на полянку из темноты вышел Друид.

— Ёжкины босоножки! — воскликнул Андрей, — я сейчас тоже руками трястись начну и трезветь, хотя и так трезвый.

— Извини, не хотел пугать. А вы тут чего, байки травите?

— Командор на нас жути нагоняет. А ещё ты — как выскочишь, я, признаюсь, слегка замандражировал, — Андрей рассмеялся. Смех его показался Игорю слегка натянутым.

Помолчав немного, Андрей обратился к Друиду:

— Лёш, можно вопрос?

Друид пожал плечами:

— Давай.

— Я у вас тут случайный пассажир, можно сказать, и хотелось бы понять… ходите вы в походы по странным местам, ты вот, в ночь один отправился по лесу бродить. Зачем? Что это даёт? В этом свой кайф, или вы что-то ищете — просветление какое?

— Тут в двух словах не ответишь.

— Да хоть приблизительно, мы ж всё равно никуда не торопимся.

Друид замолчал, видимо, собираясь с мыслями. На полянке воцарилась тишина, прерываемая негромким потрескиванием веток в костре. Игорь с интересом ждал ответа. Его и самого разбирало любопытство, что за побудительная сила зовёт таких людей в леса, в изнурительные странствия в условиях весьма далёких от комфортных. Друид поднялся, нарвал свежей травы и бросил в костер, чтобы дымом разогнать комаров. Присев на место, заговорил.

— Это не ради адреналина и не ради тусовки на природе. Хотя и это в какой-то мере… Поиск ответов, прежде всего. В какой-то момент начинаешь понимать, что мир вокруг совсем не такой, как нам рассказывали