АЮМЭ. Отряд черных плащей. Том 1 - Лин Возовски

Никому! ― На последнем слове он грозно вытянул в воздух указательный палец.

― Как же ты тогда поступил туда на обучение?

Николь грустно вздохнул.

― Мой отец ― учитель в этой академии. Он преподает там ботанику. Он мне всегда твердил, что меня взяли исключительно за мои способности к обучению. Но мне всегда казалось, что к моему поступлению приложил руку именно он.

― Что это за место такое? Чему же там обучают, раз все стремятся туда попасть?

Он слегка наклонился ко мне и перешел на шепот, при этом оглянулся по сторонам, чтобы убедиться, что нас не подслушивают:

― Говорят, что избранных студентов начинают обучать «особенным» предметам. ― Он еще раз возбужденно посмотрел по сторонам. ― Искусство рун, зельеварение, левитация и многое другое, чему не сможет обучить ни одна друга академия или школа в мире. А все потому, что только там обитают Белые жрецы из древней и уже несуществующей империи.

Он откинулся на спинку стула, не отводя своих глаз от моих.

― Большего я, к сожалению, не знаю. Да и магии никакой и не видел. Все эти байки переходят из уст в уста и разносятся по всем землям. Я же проучился там почти два года, и могу заверить, что это всего лишь достойнейшая академия, с жесткой дисциплиной, продуманным учебным планом и вкусной столовой, но никак не школа магии и колдовства.

Да уж… Рассказать бы ему про свою шарагу. Про вечно пьяного информатика, про полтарашку пива в курилке на перерывах, про «стрелки» после пар группа на группу. Но уже начинало темнеть, а значит, и историям конец.

― Ты отличный собеседник, Николь Бланд, но мне уже пора. ― Я встал и похлопал его по плечу. ― Когда в следующий раз будешь в нашем городе, обязательно разыщи меня.

Я ему улыбнулся теплой, дружеской улыбкой, затем развернулся на пятках и двинулся к выходу.

― Как же разыщу вас, если не знаю вашего имени? ― Кричал через весь зал Николь.

― Спроси у гвардейцев про Артура, наемника в черном плаще. Они-то уж меня знают… ― Бросил я через плечо и вышел в улицу.

Глава 5

С наступлением ночи Харилькольд проваливался в глубокое молчание. Тишину время от времени разбавлял лишь едва уловимый шепот полусонных гвардейцев, треск лоскутов огня в настенных факелах и масляных стойках, мелодичный свист гуляющего меж домов ветра.

Жизнь наемника была тесна связана с ночью: наши навыки скрытности и черные плащи делали нас практически незаметными в темное время суток. И я помню свои первые недели обучения в гильдии наемников. Мастер теней Глориус Дайн врывался в наш барак, поднимая всех сонных и еще совсем зеленых учеников на ноги. Он закрывал дверь на ключ, завязывал себе глаза плотной плащевой тканью, вооружался длинной палкой и заставлял выполнять одно нехитрое упражнение. В каждую из такой ночи он говорил, что спрятал второй ключ от двери где-то в комнате, и что наша задача найти этот ключ, не издав ни звука. Честно признаться, я никогда не думал, что человек способен развить такой острый слух, каким обладал мастер Глориус. В свои шестьдесят с хвостиком он реагировал на каждый шорох, на каждый вздох и скрип, затем молниеносно наносил больнейшие удары своей палкой по источнику этих звуков. Мало того, во всеобщей какофонии лежащих и стонущих от боли курсантов мастер Глориус мог и дальше различать крадущихся юнцов, коих вскоре тоже настигала его палка.

― «Вы двигаетесь как люди и воняете так же, ― рычал на нас старый мастер. ― Следите за своей тенью, скользите подобно ей. Пустите ее в свои мысли…» ― Значение его слов мы начали понимать лишь к концу пятого курса. Двенадцать некогда нерадивых, глупых и ненужных этому миру сорванцов в тот момент стали опасными, исполнительными и хладнокровными наемниками…

Перед тем, как встретиться с Юми у западных ворот, я успел заскочить к себе домой, чтобы забрать свой меч. Я подумал, что иметь при себе оружие совсем не будет ошибкой, даже несмотря на то, что Штрус предупреждал, чтобы мы не вступали в драку с тем таинственным шпионом. В таких делах не исключены сюрпризы. Я застал ее уже на самом верху стены. Юми что-то бурно обсуждала с дежурным гвардейцем, при этом размахивала своими руками так яростно, словно на нее налетела стая ворон.

― Ты много о себе мнишь, солдатик! Ишь какой, расфуфырился, стоишь тут весь такой в своих сияющих доспехах и копьем наперевес! ― Нападала Юми.

Я тем временем уже добрался до вершины стены, подошел к ним поближе и узнал гвардейца, на которого злостно срывалась моя подчиненная. Парнишку звали Холтес, и мы состояли с ним в довольно теплых приятельских отношениях.

― Артур, слава богам! ― умоляюще обратился ко мне Холтес.

― Холтес, какая встреча, дружище! — Я протянул гвардейцу руку навстречу его руке.

Юми заткнулась при виде нашего крепкого рукопожатия.

― Убери от меня эту хищницу! ― Отшагнул назад Холтес, схватившись двумя руками за свое копье.

― Можешь сбросить ее с этой стены, я разрешаю, ― с ухмылкой произнес я.

― Ты охренел!? ― Юми надулась и покраснела. Теперь ее лицо было похоже на спелый томат.

― Успокойся, Юми. Сходи, проветрись пока что. ― Приказал я. ― А мы с этим молодым человеком немного побеседуем.

Юми недовольно фыркнула, звонко топнула ногой, но развернулась и ушла к краю стены, наслаждаться с высоты лесными видами.

― Тяжелая у тебя служба, Холтес.

― Да и у тебя, Артур, я вижу, работа не легче. ― С сочувствием произнес Холтес, глядя на Юми.

Я лишь едва кивнул.

― Слушай, мы же не просто так вскарабкались на эту стену. Не знаю, что наговорила тебе эта бестия, но поручение у нас серьезное, аж от самого Фениора Штруса.

Холтес стоял твердо и непоколебимо, как натянутая струна. Виднелась в нем настоящая солдатская подготовка.

Я продолжал:

― Повадился тут по ночам разгуливать вокруг города сомнительный тип. То подсмотрит, то что-то запишет на бумажку. Видел ли ты или кто-то из твоих солдатиков эту личность?

― Знаешь, Артур, тут всяких хватает. ― Тяжело, с выдохом выдал Холтес. ― Ночью мамаши своих нежеланных младенцев в лес относят на корм волкам. Или, где девицу четверо зажмут, дело с ней сделают и бросят в грязи голую. А ты тут со своими художниками. Ну нравится человеку живопись, пусть