Великан Севера - Юрий Корчагин

вам кое-что, что может доставить кучу проблем, если об этом услышат лишние люди.

— Хватит уже тянуть, говори прямо, что ты с нами сотворил, — сказал Бруни, — учитывая то, что мой слепой глаз начал немного видеть, думаю ничего ужасного.

— Ну как сказать… К сути, когда я проснулся вчера посреди ночи, на мне лежала бледная красотка, — парни за ухмылялись, — и активно высасывала из меня кровь, — ухмылки пропали с их лиц, — придя в себя я по отрывал ей руки-ноги и выскочил в коридор, где меня уже встречали её сородичи. Не буду вдаваться в подробности, но, когда всё было кончено, живыми из командиров остались только вы, и жить вам оставалось недолго, слишком много крови из вас выпили.

Приложившись к кубку, я наблюдал за реакцией моих собеседников, выдерживая небольшую паузу. Парни непонимающе смотрели на меня, Фрига о чём-то задумалась и лишь в глазах Лирис я увидел понимание.

— А так как терять я вас не хотел, пришлось пойти на крайние меры. Тогда я как раз находился в обороте, и поэтому напоил вас своей кровью.

— Какого хрена Эрик? Ты нас что, продал Хирсину? Да я тебя за такое…

— СЕЛ И УСПОКОИЛСЯ! — от моего крика задрожали даже стены деревянного дома, — Ещё раз меня перебьёшь и пеняй на себя. Понял? — от такого напора Фельд опешил, но сел обратно.

— Да братишка, — сказала Фрига, — успокойся, по крайней мере мы живы, а при смерти во сне от укуса вампира в Совнгард не попадают.

— Благодарю, — я кивнул девушке, — напоив вас свое кровью, я вас не только спас, но и как видите сделал немного сильнее, и то, что вы теперь умеете оборачиваться как я не имеет к Хирсину никакого отношения.

— В смысле? Всем же известно, что проклятье оборотничества идёт от него, и после смерти все оборотни попадают на поля вечной охоты.

— Это было верно до недавнего времени, и да, никакого проклятья у вас нет, то что вы сможете превращаться в медведей — это дар, причём крайне косвенно связанный с Хирсином.

— Да скажи ты им уже! — не выдержала Лирис моих рассусоливаний.

— Короче, нет больше никакого Хирсина, его место заняла богиня из другого мира.

— В смысле из обливиона?

— Нет из намного более дальних мест, что лежат за границами Эфириуса

— И чем это нам грозит? В смысле после смерти нас будут вечно пытать демоны или что-то такое?

— Нет конечно, хотя подробностей я не знаю, но если найдём бывшее святилище Хирсина, то стоит попробовать выйти на связь с новой принцессой даэдра.

— Ладно, избавиться от этого как-нибудь можно? — спросила Лирис.

— Ну, есть стандартный способ, работавший ещё при Хирсине, сжечь на специальном алтаре голову гленморильской ведьмы или заручится помощью аэдра или даэдра. Но думаю вас сначала стоит поговорить непосредственно с Марой, да именно так зовут богиню, заменившую Хирсина, хотя я думаю лучше использовать имя Морена, чтобы не возникало путаницы.

— Отлично, а за что эта твоя богиня отвечает? — устало спросил Фельд.

— Холод, смерть, возрождение и с недавних пор, насколько я понимаю, охоту. Так что побольше уважения, когда будете к ней взывать.

— Неплохой набор, прямо королева зимы, — хмыкнула Фрига.

— В принципе так оно и есть.

Дальнейший наш разговор строился вокруг того, что я пытался убедить родственников, что ничего страшного и непоправимого не произошло, а они искали подвох в моих словах. Только Лирис сидела молча, погружённая в себя, почти не участвуя в разговоре. По итогу мне всё же удалось убедить родственников в том, что ничего страшного не произошло и путь в Совнгард им не закрыт, а умение оборачиваться имеет свои плюсы как в мирной жизни, так и в бою. Когда Бруни, Фельд и Фрига исчерпали каверзные вопросы, они всё-таки поблагодарили меня за спасённые жизни и отправились обратно в город, оставив меня наедине с Лирис.

— Знаешь, Эрик, я давно с тобой путешествую и мы многое вместе пережили, да что там, я буквально обязана тебе своей жизнью и свободой, но вот скажи мне, как так получается, что ты откуда-то знаешь о существовании богов из других миров? Спокойно относишься к магии и даже сам её изучаешь, я же видела, как относились твои родные к творимым тобой заклинаниям твои родственники, когда мы гостили у них.

— Эххх, Лирис, ты действительно хочешь знать ответ на этот вопрос? Не подумай, я верю, что ты никогда никому не расскажешь, но как говорят умные люди: «во многих знаниях — многие печали»

— Если честно, я не уверена, но как я понимаю, ты готов поделиться со мной своей тайной?

— Да, готов, но поверь мне на слово, если ты её узнаешь, то это ничего тебе не даст.

— Ладно пока можешь хранить свою тайну, но однажды я приду к тебе с этим вопросом, и ты ответишь на него прямо и честно.

— Обещаю.

Закончив разговор, мы вместе с Лирис покинули дом, и в тишине отправились обратно в город, который отчётливо виднелся на горизонте. Идя по заснеженным полям, я чувствовал одобрение, не от кого-то конкретного, а от всего окружающего меня пространства.

После возвращения потянулись обычные дни, насколько это было возможно в условиях постоянного напряжения в ожидании новой атаки вампиров. Впрочем, ни кровососы, ни некроманты никак себя не проявляли, если не считать изредка попадающиеся то тут, там промороженных зомби, о недавнем нападении уже не осталось никаких напоминаний. Были, конечно, и неприятные инциденты: потерявшие родных и близких горожане, а точнее очень малая их часть, начали подозрительные шевеления, попутно утверждая, что нападение нежити — это кара богов за то, что в городе правит богомерзкий оборотень. Таких кликуш поначалу игнорировали, так как большинство населения города просто напросто игнорировало повредившихся рассудком соседей, но когда они, собравшиеся вместе, и напали на один из патрулей, пришлось отвечать жёстко. Все заговорщики, после показательного суда на главной площади, были развешаны на стенах, проявлять жалость и человеколюбие в такой ситуации было бы преступно. Причём, в таком радикальном методе решения проблем меня поддержал даже городской священник, который хоть и недолюбливал мою природу, но был достаточно умён, чтобы понять, что если бы не я, то весь город бы просто сожрали.

Как раз после решения вопроса с бунтовщиками, в город прибыл гонец от графа Крейна, с сообщением, что его господин, в сопровождении пятерых высоких господ, прибудет в город в течение недели. Такая новость значила только одно, придётся освобождать комнату, к которым я так привык, так как достаточного уровня комфорта покоев во всей