Тёмный Хогвартс. Второй курс - ВеенРок

молниеносно сократила расстояние и со всей силы отвесила змейке затрещину.

Пока Гринграсс приходила в себя от шока, её подруга Трейси уже ринулась на защиту, попытавшись оттолкнуть Гермиону. Та же в свою очередь уже отходила обратно под крылышко нашего квартета мальчишек.

— Стой на месте, конфликт исчерпан, — я достал палочку и направил её на девочку. Как ни удивительно, но Трейси послушала меня и остановилась в нерешительности.

— Да как ты посмела! Да я тебя, я… — Дафна чуть ли не задыхалась от возмущения, закрывая ручкой покрасневшую щёку.

— Скажи что-нибудь ещё, Гринграсс, и одной пощёчиной ты не отделаешься, — сказал я угрожающе.

Друзья тоже приготовились к новому витку конфликта, ведь на произошедшее обратили внимание проходящие мимо старшекурсники, среди которых запросто могли оказаться знакомые Дафны.

— Мне очень жаль, что она считает тебя своей собачкой, — обратился я к Трейси Дэвис. — Так быть не должно, и Гермиона ею не является. Так что, Дафна, — я перекинул взгляд на возмущённую виновницу произошедшего, — советую тебе убраться подальше и более не надеяться, что мы пойдём тебе навстречу после подобных слов.

К счастью, броня Ледяной Королевы дала трещину, а сама Дафна в спешке убежала в сторону подземелий. Трейси взглянула на нас грустным извиняющимся взглядом и отправилась вслед за своей хозяйкой.

Вот я и заполучил себе ещё одного врага. Малолетнего, но довольно влиятельного в будущем. Фанатики-гриффиндорцы с четвёртого курса, Блетчли, Нотт, Гринграсс… Теперь нужно быть готовым к различным пакостям с их стороны.

Хорошо, что я действовал довольно жёстко и держался уверенно в любых конфликтах с ними. Теперь, благодаря моей репутации, они несколько раз подумают над возможными последствиями моей ответки, прежде чем примутся за свои планы мести. По крайней мере, я на это надеялся — не должны же мои школьные враги быть настолько безрассудными!

* * *

Зал для мероприятий уже во второй раз смог меня поразить. Во время Дуэльного турнира он выглядел величественно и гротескно, а сейчас же, спустя каких-то двое суток, помещение изменилось до неузнаваемости.

По двум сторонам зала появились дополнительные колонны, центр преобразился в обширную плоскую площадку для танцев, а в самом его конце образовалась сцена, на которой располагались музыкальные инструменты.

Совершенно другой вид зал приобрёл и стараниями Женского клуба: девочки как следует украсили потолок и стены, добавили дополнительного освещения, использовали разнообразные магические штучки для создания атмосферы праздника…

— Ва-а-а-ау, — Рон открыл рот, разглядывая увиденную красоту.

— Не пялься так, — стукнула его Лаванда, — это выглядит неприлично.

— А что это там? — Симус указал на стойки по бокам, скрытые за колоннами, у которых ютилось значительное количество студентов.

— Это прилавки с разнообразными закусками и напитками, — ответила ему со знанием дела Лаванда. — Мы приготовили для гостей пунш и сливочное пиво, а у старшекурсниц можно достать и огневиски.

— Огневиски? А пунш тоже алкогольный? — спросил я с подозрительным прищуром.

— Да, — кивнула девочка, — но градус там совсем небольшой.

— Но разве это… Не запрещено? Я про алкоголь.

— Ну конечно нет, — Лаванда закатила глаза. — Просто достать спиртное достаточно трудно в замке, да и к тому же — как Женский клуб иначе заставит прийти всех остальных?

Пьяные подростки… Что может пойти не так?

Посещение бала другими студентами, которых должно быть как можно больше, являлось для клуба девочек и девушек первостепенной задачей на весь учебный год. Для этого они ухитрялись на многое: и поддерживали хорошие отношения с остальными клубами, и при помощи своих средств обеспечивали всех желающих парадной одеждой из бутика в Косом Переулке, и, как оказалось, снабжали мероприятие алкоголем, которое обладало нешуточной привлекательностью у подрастающего поколения.

Как рассказали нам Парвати с Лавандой, рейтинг участницы клуба напрямую зависел от того, сколько студентов они могли привести с собой на бал. Так, девочки заполучили себе в партнёры Рона и Симуса, а также уговорили пойти на мероприятие и меня с Гермионой, и Невилла вместе с Фэй Данбар, и Салли-Энн, и Гарри, который набрался смелости и взял себе в пару квиддичистку Эллу Уилкинс с факультета змей.

И вот таким составом, мы все вместе дружной компанией прибыли на место назначения.

— Пойдём перекусим! — воскликнул Рон и помчался к ближайшему столику с закусками, вызвав смех в наших рядах.

— От Рона ничего другого ожидать и не стоило, — Симус пожал плечами, улыбнулся и отправился вслед за другом.

— Смотри, Кайл! — Гермиона указала на сцену. — Музыкальные инструменты заиграли сами по себе!

— Это магия, Гермиона, — я усмехнулся от того, что девочку до сих пор иногда удивляли различные проявления волшебства. Усмехнулся по-доброму, конечно же.

Зал и так был заполнен студентами в момент нашего прибытия, но и после поток желающих поприсутствовать на балу не иссякал. Посещали мероприятие и преподаватели, оглядывая веселящихся студентов со своих специально приготовленных мест, к которым подростки от греха подальше не приближались.

— В этом году у девчонок определённо всё получилось, — услышал я разговор двух старшекурсников и решил его подслушать, — а я думал, что безрезультатные поиски убийцы всё испортят.

— Да брось, Генри. Возможность повеселиться, вкусно поесть и, что главное, бесплатно выпить никто не упустит. Даже в такое время.

— Вон, наши идут. Пойдём, может сумеем их потискать.

— Ха-ха, погнали!

Р-р-романтика. Я и раньше натыкался в замке на целующиеся тут и там парочки, но сейчас в зале, казалось, окончательно испарились все нормы приличия. Подростки обжимались и выпивали, а дверь на выход пользовалась большой популярностью у тех пташек, которые желали уединиться в любом гнёздышке, что только смогут для себя отыскать.

И даже девочки тринадцати-четырнадцати лет не обходили вниманием мальчиков, в том числе и меня. После триумфа на Хеллоуин, после недавней победы в турнире и отличного показателя в состязании «Свалка», практически все они при случае строили глазки или обсуждали мою персону в своём девичьем кругу.

Было пусть и приятно, но немного неловко — всё же морально я до сих пор был гораздо взрослее их всех, а крамольные мысли насчёт малолеток приобретали душок какой-то педофилии, из-за чего я тут же от них избавлялся.

Однако, пубертат вкупе с фруктовым пуншем давали о себе знать: всё меньше я задумывался об этическом вопросе и всё больше о том, какова на вкус одна из тех девиц, что подчёркивает свои округлившиеся прелести при помощи изысканного платья.

Да и реакция Гермионы, у которой проснулось некое чувство собственничества насчёт меня, забавляла и придавала происходящему особую толику пикантности.

— Ребята, хватит опустошать стол с закусками и глазеть по сторонам, сейчас начнётся первый вальс! — сообщила нам