Последний ранг - Анна Кондакова

позовите с собой друга, — прозвучало напоследок.

В итоге я обещал подумать, чтобы сразу не отказывать дочерям ближайшего друга ректора. Кажется, от них тоже пахло «Обнажённой Герцогиней» (судя по всему, бизнес у Виринеи шёл неплохо).

Кстати, насчёт Виринеи.

Я не видел её всю неделю. Отделение Некромантии было закрыто, и девушка там не появлялась, а сам я пока к ней не совался, хотя уже зудело узнать о предварительных результатах насчёт Лича.

И вот однажды вечером, когда я опять изучал бумаги из чёрной папки и сам делал некоторые пометки на полях, Эсфирь вдруг вскочила с кресла, где рисовала карандашами в альбоме.

— Алекс! Хочешь рисунок покажу?

Я аж вздрогнул от её звонкого голоса — настолько погрузился в исследование Басова.

— А?.. Ну… давай, — пробормотал я, не отрываясь от бумаг.

Она сунула мне под нос альбом.

На рисунке был изображен скелет, немного обросший мясом и даже одетый в мешковатое платье.

— Ну почему ты не рисуешь солнце и деревья, как все нормальные дети? — усмехнулся я, покосившись на Эсфирь.

— Почему же? Рисую, — серьёзно ответила она. — Но сейчас важнее эта нежить, которая идёт к тебе в гости.

И тут кто-то постучал в дверь.

Ах ты чёрт…

У меня даже холодок по спине пробежал.

* * *

Открывая дверь, я приготовился к нападению, но ничего не случилось.

По крайней мере, пока.

В коридоре стояла Виринея. На этот раз без топора, зато с саквояжем, а вместе с ней пришла и нежить в том самом мешковатом платье.

— Э-э… — Я даже не нашёлся, что сказать.

— Можно мы войдём? — спросила Виринея таким тоном, будто ежедневно приходит ко мне в гости в сопровождении нежити.

— Мы — это ты, твой саквояж и твоя нежить? — задал я дурацкий вопрос.

— Это не просто нежить, — ответила Виринея. — Это моя нянечка Аглая. Она завещала мне своё тело после смерти. Аглая так меня любила, что захотела помогать мне даже мёртвой. Ну так можно мы войдём?

Я посторонился, пропуская в комнату всю эту странную некромантскую компанию.

Увидев Виринею, Эсфирь внимательно оглядела её с ног до головы и уселась обратно в кресло с альбомом в руках.

На нежить она вообще не обратила внимания, будто так и должно быть. Ну нежить и нежить. Делов-то.

— Извини, что без предупреждения, — сказала Виринея, ставя саквояж на пол посреди комнаты. Затем посмотрела на Эсфирь. — Привет. Ты не боишься мертвецов?

Эсфирь пожала плечом.

— Нет, если они добрые.

Её больше интересовала сама Виринея, поэтому она задала ей вопрос, от которого мне захотелось провалиться от стыда:

— Ну и как тебе мой брат? Понравилось проводить с ним «послезавтра»? Наверняка, он очень старался.

Виринея выдержала её острый взгляд, хотя вряд ли поняла, о чем речь.

— Мне всё равно на твоего брата. Хоть сегодня, хоть послезавтра.

— Врёшь, — тут же сощурилась Эсфирь.

Пришлось вмешаться.

— Так, а теперь поясни, что это вообще? — обратился я к Виринее, указывая подбородком на нежить.

Девушка открыла саквояж и достала оттуда пробирку с кровью, что я ей дал.

— Предварительные данные говорят, что неизвестному Личу не меньше ста лет, — прямо сообщила она. — А ещё, что это, возможно, некромант двенадцатого ранга. У него мертвое тело, а ещё есть примесь другой магии, но я не пойму какой.

— Магии крови? — тут же спросил я, делая свои выводы.

Виринея посмотрела на нежить, которая встала у моего рабочего стола, ожидая приказа хозяйки.

— Вот я и хочу узнать, — ответила девушка, после чего обратилась уже к нежити: — Ляг на пол, Аглая, и приготовься.

— Да, Тёмная Госпожа, — ответила нежить замогильным шёпотом и расположилась прямо на полу.

Мне осталось только наблюдать за некромантскими выкрутасами Виринеи.

— И что дальше?

Она взяла меня за руку и потянула к креслу.

— Сядь туда. И пока не вставай. Я вызову кое-кого… — Она замялась. — Да, я говорила, что при тебе не буду этого делать, но мне кажется, она захочет говорить именно с тобой.

— Кто? — на всякий случай уточнил я, хотя уже понял, о ком она говорила.

— Ведьма, — подтвердила Виринея мою догадку. — Не зря же она тогда к тебе приходила. Но сейчас я не дам ей использовать моё тело, поэтому привела сюда нежить. Я насильно вызову дух Ведьмы и вселю в это мёртвое тело. Совсем ненадолго. И если она захочет, то всё расскажет насчет Волота.

Я покосился на нежить, что устроилась на полу.

Мертвец в платье уставился в потолок пустыми глазницами, мерцающими зелёным светом Эреба, и просто ждал своей участи.

— Это опасно? — спросил я. — В прошлый раз она подавила тебя. Что мешает ей сделать это ещё раз?

— Я буду контролировать нежить, а значит и Ведьму, — уверенно ответила Виринея. — К тому же, Ведьма знает, что если я захочу, то упокою её прямо тут. Только когда будешь с ней разговаривать, задавай точные и конкретные вопросы. Она ответит не на всё. Не забывай, что это сильная и хитрая Ведьма. Она может даже попросить что-то у тебя взамен на ответы.

Я даже не хотел представлять, что она бы могла у меня попросить.

— И что например?

— Не знаю, — нервно произнесла Виринея: она сама этого боялась. — Призванные духи могут просить что угодно. И здесь нужно быть осторожным, нельзя обещать того, чего ты не сможешь исполнить. Если она совсем обнаглеет, то лучше отказаться вообще. — Она куснула губу и добавила почти неслышно: — Мне бы не хотелось, чтобы Ведьма причинила