Тёмный Хогвартс. Второй курс - ВеенРок

барсука в его норку, — я злобно оскалился. — Я снимаю щит для атаки, будь готов уклоняться от чар.

— Понял тебя, — кивнул Рон.

— Экспеллиармус! Ступефай! Локомотор! — закружился я в танце используемых заклинаний.

Что не говори, но сколь бы полезной ни была моя функция защитника — с чувством атакующего заклинаниями соперника это было не сравнимо.

Уэйн Хопкинс потерял свою палочку при первом же «Экспеллиармусе», а другие два заклинания ещё и выбили его из арены, подняв при этом в воздух. Я же моментально переключился на троицу оставшихся воронов, с которыми во всю перекидывался чарами Драко.

Вороны явно приуныли после своих первых потерь, став выбывать один за другим. По итогу, спустя какую-то минуту боя, на арене остались лишь мы с Роном, один вымотавшийся ворон да Драко Малфой.

А когда последним когтевранцем пал Роджер Мэлоун, Драко бросил свою палочку на пол, признавая нашу победу и добровольно выбывая из состязания.

— Удивительно! Какой накал, какие эмоции! В этом году второкурсники уж точно не оставили никого равнодушным! И-и-и… Победа Гри-иффиндо-ора-а-а!

Зал взорвался овациями и криками, хотя Слизерин был явно недоволен поступком своего протеже.

С Симуса сняли чары парализации, а остальных участников турнира быстро подлатали и вернули в строй. Даже Гермиона уже стояла на ногах и вроде бы даже неплохо себя чувствовала, выпив какое-то зелье, предоставленное девочке из специальных запасов Дуэльного клуба.

Пока Рон наслаждался своей минутой славы, я подошёл к Драко:

— Зачем ты это сделал?

— У нас была договорённость — не использовать данное проклятие, — Драко скрестил руки и нахмурился.

— Нотт этого не забудет. Стоило оно того? — пытался я вывести мальчика на более подробное объяснение. Кто знает, быть может у Малфоя был какой-то другой, более скрытый мотив?

— Пусть помнит. Мы договаривались играть честно, а он чуть не убил эту… Гермиону. Справедливо, что выиграли именно вы. И слепому ясно, что ваша подготовка и рядом с нашей не стояла.

— Я этого не забуду, — протянул я руку слизеринцу, после чего тот недоверчиво её пожал.

— Ладно, Голден, я пошёл к змеям — выслушивать всякое.

— Наберись терпения, — махнул я Драко и тоже направился к лавкам собственного факультета.

Вот уж не думал, что по итогам турнира Драко Малфой серьёзно вырастет в моих глазах. М-м-да…

Но морду Нотту я всё равно набью.

* * *

Взбудораженные победой и уставшие от поединка, мы заняли места среди зрителей, а Ли Джордан уже вовсю стращал зал перед появлением третьего курса.

— Ты точно в норме? — спрашивал я у Гермионы, которая при любом движении еле заметно кривилась от боли.

— Да, мне сказали, что в течение часа боль окончательно пройдёт. Магические раны пусть и сложны в заживлении, но заклинание было на грани темномагического, а помощь мне оказали своевременную и качественную — у них даже нашлось специальное зелье против этой дряни.

— Главное, чтобы шрамов не осталось, — проворковала Лаванда Браун с соседнего места.

— Вообще не понимаю, как Нотту удалось выучить подобные чары, — возмущался Рон. — И ведь они специально заточены под «Протего»!

— И ты правильно сделал, Кайл, что сказал мне развеять заражённую защиту. Мне и самой нужно было сообразить… — сказала она тихо.

— Так, не кори себя! Ты молодец, Гермиона! Все мы молодцы! — сказал я уверенно.

— Кайл прав. Мы же победили! Вчетвером против семерых! — сказал воодушевлённо Рон.

— Ну, вообще-то, впятером против шестерых, если уж смотреть правде в глаза, — сказал ехидно Симус, намекая на переметнувшегося в горячке боя Малфоя.

— Не-е-е, звучит уже не так круто, как прежде, — отнекивался Рон. — Начинали мы при каком раскладе? Вот то-то и оно.

— Хочешь, я побью его, Гермиона? — сказал внезапно Гарри.

— Кого, Малфоя? — спросила Гермиона потеряно. — За что его-то?

— Да нет, — закатил глаза Гарри. — Нотта. То, как он с тобой поступил… — Гарри сжал кулаки. — Его надо проучить.

— Не стоит, из-за меня…

— Стоит, Гермиона, ещё как стоит, — возразил я девочке. — Он захотел играть подло. Рискнул ради собственной победы твоей жизнью. И урок ему преподать просто необходимо. Но после, ребят. Давайте сейчас, раз все целы-здоровы, сосредоточимся на турнире. Ведь самое трудное всё ещё впереди.

После моих слов ребята и правда собрались, прекратили болтовню и начали наблюдать за третьим курсом, что уже шёл к арене для выступления.

Моё заявление не было преуменьшением. Уже совсем скоро, после выступления всех курсов, нам вновь предстояло принять участие в турнире.

До недавнего времени вторым актом сего мероприятия было противостояние курсов, когда младшие старались победить более старших и заработать тем самым почёт и уважение. Но потом случилась та драка с Клубом исследователей и… Эту часть турнира заменили на Свалку, в которой участвовал каждый дуэлянт одновременно. В формате «все против всех», мы должны были сражаться до тех пор, пока не останется одного единственного ученика-победителя.

Данный вид состязаний и его назначение сверху сразу не понравилось старшим курсам. Они-то нам и объяснили, что в подобной мясорубке добраться до выбывших внутри арены нельзя до того момента, пока сама схватка не закончится. И если уж ты валяешься посреди сражения, то будь готов принять своей тушкой ещё с десяток случайных заклинаний, что по воле случая будут из раза в раз попадать по тебе неизбежными рикошетами, ибо участников будет очень много, а предоставленного пространства слишком мало.

— Что же, настало время и третьему курсу показать, что он не уступает своими навыками нашим звёздным новичкам! Когда я скажу — бой, можно начинать создавать чары…

На третьем курсе ситуация с составом дуэлянтов была совершенно другая. Из Гриффиндора был один лишь Ричи Кут, из Слизерина — трое во главе с моим знакомым Учи Акимбо, который ещё на перроне Хогсмида в начале учебного года показал свой высокомерный нрав. И воронов, и барсуков было по двое.

Когда пропорции между факультетами не столь разнились, как это происходило в нашем случае, интриги, принятые в Дуэльном клубе за норму, раскрывались куда более креативно и приводили к неожиданным последствиям.

В некоторых случаях и количественное превосходство играет факультету лишь во вред, так как с более сильными соперниками никто объединяться не спешит. То есть чем вы сильнее, тем одновременно слабее. Мы — самый яркий пример данного парадокса.

Но тут Слизерин третьего курса смог забрать преимущество себе с самого начала. Практически сразу пуффендуйцы ополчились на одинокого Ричи, тогда как тройка змей разделывалась с двоицей воронов.

— Зачем они на него полезли-то! — кричал Симус из зала. — Змей мочите, зме-е-ей!

— Они тебя не послушают, — сказал Перси Уизли, что сидел неподалёку. — Их либо подкупили, либо