Бесконечный беспредел х2 - Роман Драксодий

— Я же чесаться буду, когда вы там ходить будете! Нет!

— Ты же помнишь, что всё, что на панцире разваливается при первой же возможности?

— Может ты просто херовый строитель, хозяин?

— С каких пор ты выучил слово «хер»?

— А тебе не похер ли⁈

— Ну, так-то да… — я махнул рукой и вывалил перед собой кучу разного хлама из пространственных хранилищ, среди которого обнаружился хрустальный маракас. — О, вот где, оказывается, фонарик!

— Ты чего удумал⁈ — начал паниковать черепах, наблюдая, как я попытаюсь приладить металлическую загогулину к середине древка серебряной алебарды.

— Буду тебя сверлить… — отозвался я, пытающийся сделать буравчик из того, что под руками, но пришлось это занятие бросить, ввиду бесперспективности, и вернуться к первоначальному варианту с древним фотонным излучателем: —.. или жечь. Что выбираешь?

Из артефакта в моих руках в небо ударил пронзительно яркий луч света, быстро сжавшийся до низко гудящей красной ниточки. Надо мной тут же что-то пшикнуло и на панцирь упали две агонизирующие дымящиеся половинки какой-то невезучей ночной твари.

— Обмен! — неожиданно заявил черепах, горящим взглядом сверля древний маракас в моей руке.

— Это⁈ — я с удивлением почал фонариком перед собой.

— Да, отдай это мне и научи пользоваться, а взамен можешь превратить мой панцирь в херов муравейник! — возбуждённо проговорил Долбоящер, чем крайне насторожил меня.

— Учти, меня этим не убить! — на всякий случай уточнил я, вообще не догоняя что он задумал.

— Да нахрена ты мне сдался⁈ Дай!

— Ну, давай попробуем…

Следующий час я потратил на установку девайса прямо в лобную кость черепаха и объяснение принципа его работы. К моему крайнему удивлению, тот, в отличие от Ибуна, довольно быстро всё понял и сразу начал играться с артефактом, меняя спектр его свечения, интенсивность и направление. Сейчас он был похож на дебильно улыбающийся, сумасшедший маяк, собравшийся поохотиться за кораблями в ночи.

Пока я ломал голову над тем, откуда у животного такие способности к обучению, прозвучало приглашение к ужину и я, прекратив думать о всякой фигне, поспешил к грубому длинному столу, сколоченному из половинок стволов, который тут уже умудрились установить, пока я читал лекции зверюге.

— Прошу, господин, — Мяу подчёркнуто почтительно указала на самый ровный пенёк из всех во главе стола, с которого даже кору сняли.

Не сказать, что стол ломился от угощений, но и пустым его тоже не назвать. Присутствовала и неизменная каша из кашура с кусочками распаренного вяленого мяса, и похлёбка из кашура с вяленым мясом, и отдельно вяленое мясо и лепёшки из кашура. Глаз радовали несколько видов грубо нарезанных салатов, печёные грибы, несколько десятков шампуров с золотистыми тушками падуков и довольно мясистая змея порезанная на сосиски. Над всем этим возвышались пузатые глиняные кувшины разных форм и литража.

— Вполне достойно, молодцы! — я сел на главное место, где кушанья несколько отличались от остальных не только сервировкой, но и количеством, и жестом призвал всех последовать моему примеру. — Давайте есть! Долбоящер, посвети нам.

Черепах без проблем разделил световой поток на несколько частей, всё ещё продолжая играться и крутить башкой, но луч, направленный на стол, ни разу не дрогнул. Честно говоря, только я мог в полной мере оценить сложность подобного трюка, и у меня на этот счёт были некоторые опасения, ну и чего греха таить, подозрения тоже были. Слишком уж легко черепах слился с артефактом, слишком уж умело им пользовался, будто лично присутствовал и ассистировал при его создании. Да не, бред какой-то! Может, он просто супер совместим, вон, у него и своя плазменная струя имеется.

В общем, под такие мысли я непрерывно поглощал простую, но вкусную еду. В принципе, минут двадцать все ели молча и лишь утолив первый голод, и соблюдя формальности наша разросшаяся компания разлила вино по разношёрстным стаканам и была готова к игре в вопросы и ответы.

— Ну, рассказывайте, — сыто рыгнув в кулак я воззрился на своё небольшое воинство, которому предстояло пойти туда, не знаю куда, и побить тех, не знаю кех… гхм.

Слово взял очкарик, как представитель-самовыдвиженец от группы. Впрочем, по мере его рассказа встревали и другие, дополняя и озвучивая свои мотивы.

Всё оказалось до смешного просто — им было страшно. Они поняли, что Орден Познания слишком силён при поддержке сект и противиться им не выйдет. А если ещё и учесть то, что все руководящие должности давно распределены, то шанса продвинуться по социальной лестнице не предвидится в ближайшую сотню лет. Эта группа была не единственной, кто решил последовать за мной, но единственной, кому удалось ускользнуть когда прибыло подкрепление и новые командиры революционеров. Также они огорошили меня тем, что наш маленький отряд объявлен врагом номер один и за наши головы можно получить не только дохреналион денег, но и статусные должности. Правда они сразу же клятвенно заверили меня, что хотят присоединиться исключительно из чувства справедливости и лишь чуть-чуть из-за опасений за благополучие собственных задниц.

Такой вот вышел расклад. Меня всё устраивало, и я, кратко описав основы возложенной на нас миссии, ещё раз предупредил их об ответственности за предательство. Все задумчиво умолкли, а я беззастенчиво ковырялся в зубах мелкой косточкой.

— Господин Ёпт, — ко мне подошла Ри, смущающаяся и прячущая руки за спиной. — Примите это в качестве извинений за мою дерзость и как благодарность за моё спасение, и за спасение моей сестры.

Она поставила передо мной изящную серебряную тарелку, на которой красовалось немного кособокое, но очень яркое пирожное, украшенное ягодами.

— Она сама делала, — с улыбкой, одними губами шепнула мне Мяу, сидящая рядом.

— Большое спасибо, Ри, ты молодец — очень красивый десерт. Я не сержусь на тебя, не переживай. Что до остального… Ну не могу я оставить девушек в беде, — произнёс я самой доброй улыбкой, на какую только был способен.

Девочка покраснела, окончательно засмущалась и убежала куда-то в темноту. А я, продолжая улыбаться, взял ложку и отделил небольшой кусочек от этой пёстрой, мягкой башенки.

— Господин Ёпт, подождите, — внезапно произнёс Сома с тревогой в голосе, — я видел как она его готовила и что-то злобно бормотали при этом. Думаю, вам не стоит это есть…

— Ну что ты, — произнёс я мягко, — малышка просто признала свои ошибки и извинилась от чистого сердца, нужно это ценить!

И отправил угощение в рот. Это… это… это оказалось просто великолепно на вкус! Я с восторгом в глазах за несколько секунд проглотил это чудо и даже тарелку вылизал под удивлёнными взглядами бойцов.

— Вы себя хорошо