Правильный Драко - Tasadar

колючей шестерёнки, которая тут же укатилась с парты.

Драко справился быстро: его бумажная птица стала изящной серебристой фигуркой с чётко очерченными крыльями — и даже сумела взлететь, сделав аккуратный круг над его головой.

Он обернулся к Дафне, чтобы показать результат, но она снова сидела в своих мыслях, медленно вертя в пальцах уголок пергамента.

Свою птицу она явно упустила — та больше напоминала расплющенное металлическое пятно, чем законченную фигуру.

Именно поэтому на уроке Защиты от тёмных искусств, сражаясь в дуэли против Поттера, Драко был раздражён.

Они двигались по кругу, палочки вспыхивали в воздухе, выпуская заклинания одно за другим. Поттер, как всегда, шёл в атаку напористо, почти грубо — будто полагался не на технику, а на чистую магическую силу.

И силы у него, надо признать, было… предостаточно.

Как и положено «главному герою», мрачно отметил про себя Драко.

Сам же Малфой действовал иначе: точнее, вывереннее, собраннее. Его заклинания ложились одно за другим, и постепенно он начал брать верх — Поттеру всё чаще приходилось уходить в защиту, не успевая ответить.

— Protego! — выкрикнул Гарри, отражая очередной луч.

— Expulso! — отозвался Драко, и Поттер еле успел нырнуть в сторону.

Но в следующий миг Гарри вдруг споткнулся — будто кто-то ударил его изнутри. Он резко схватился за шрам, скривился и согнулся пополам.

Драко замер, но посланное им заклинание уже сорвалось с кончика палочки и ударило Поттера в грудь, отбросив его назад.

— Поттер! — крикнул Драко, мгновенно опуская палочку и бросаясь к нему.

К ним уже стремительно приближался профессор Корвин, двигаясь куда быстрее, чем обычно можно было от него ожидать. Он опустился на одно колено рядом с Поттером, голос его звучал ровно и холодно-собранно:

— Мистер Поттер, поднимите голову. Скажите, что произошло?

Гарри, морщась, сжал виски.

— Это… снова. Резкая боль. В шраме…

Корвин внимательно всмотрелся в линию шрама на его лбу.

Поттер тем временем начал приходить в себя — дыхание выровнялось, и он медленно поднялся на ноги.

— И часто вас мучают подобные боли? — тихо, но отчётливо произнёс профессор Корвин.

— Уверяю вас, профессор, в этом нет ничего страшного, — ответил Гарри, стараясь говорить уверенно. — Он просто иногда болит. Время от времени. Хотя в последнее время… чуть чаще, чем обычно.

К этому моменту урок уже подходил к концу, и ученики начали собирать вещи.

Когда Драко вместе с друзьями направился к выходу, он услышал спокойный голос Корвина:

— Мистер Поттер, задержитесь на минуту.

Идя по коридору, Драко то и дело бросал взгляды на молчаливую Дафну и тяжело вздыхал — вся эта её замкнутость уже начинала его раздражать.

Он наклонился к Теодору и тихо сказал:

— Ступайте дальше без нас, мы немного задержимся.

Он кивнул в сторону Дафны.

Теодор коротко взглянул на него, понимающе кивнул и, не задавая вопросов, направился вперёд вместе с Пенси.

Драко выждал пару секунд, пока они скрылись за поворотом, и тут же достал из внутреннего кармана мантии Карту Мародёров. Несколько секунд внимательно всматривался в неё, затем перевёл взгляд на дверь слева.

Судя по карте, класс за ней пустовал.

Он быстро спрятал карту, схватил Дафну за руку и, не дав ей опомниться, распахнул дверь и втянул её внутрь.

Зайдя внутрь, он сразу наложил на дверь запирающие чары и защиту от прослушки.

На ближайший стул — заклинание очистки.

Лишь потом подошёл к ошеломлённой Дафне, притянул её к себе, сел, а её усадил к себе на колени.

Похоже, только теперь до неё окончательно дошло, где и с кем она находится. Лицо порозовело от смеси смущения и злости.

— Малфой, ты что себе по… Ай! — взвизгнула она, когда он легонько ущипнул её за бок.

Драко смотрел на неё абсолютно серьёзно.

— Ну вот. Теперь, когда мы наедине и нам никто не мешает, может, ты наконец скажешь, что с тобой происходит?

— Пусти меня, — прошипела Дафна, хотя попытки вырваться выглядели скорее символическими.

— И не подумаю. Во-первых, это приятно, — он чуть улыбнулся уголком губ. — А во-вторых, мы отсюда не выйдем, пока ты не расскажешь, что случилось. Потому что уже не только я, а вообще все видят, что ты ходишь с таким видом, будто ты — Грейнджер, которой влепили двойку по какому-либо предмету. Так что давай, рассказывай.

Несколько мгновений они молча мерялись взглядами, но затем Дафна тяжело вздохнула и, к удивлению Драко, опустила глаза, почти обмякла и уткнулась носом ему в шею.

Он застыл, не зная, как реагировать, но, не будучи идиотом, просто обнял её и медленно провёл ладонью по спине.

Так они сидели несколько минут, пока она наконец не заговорила:

— Отец хочет забрать нас из Хогвартса и уехать за границу…

Драко напрягся.

— Он мне ничего не говорил, но мама присылала письма. Пишет, что в последнее время ему начали угрожать какие-то люди. Думаю, ты понимаешь, что это за люди — после тех событий на финале Кубка мира по квиддичу.

Драко продолжал молча гладить её по спине, не перебивая.

— Пока что они не переходили к действиям, но мама напугана, а отец не хочет рисковать нашей безопасностью. Он подумывает уехать в Европу… хотя бы на время, пока всё не успокоится.

— А что конкретно они требуют? — тихо спросил он.

— Ну… если ты знаешь, то… у моего отца есть влияние на большинство нейтральных семей. На собраниях Визенгамота они обычно голосуют так же, так как он их негласный глава. Мама не рассказывает подробностей, но… в Министерстве что-то происходит. Большинство радикальных семей зашевелились. Пока у них не хватает голосов, чтобы протащить нужные им законы, но… они явно что-то готовят.

— А твоя мать не писала, кто конкретно это был? Или кто приходил к твоему отцу?

— Не знаю. Вряд ли бы она стала писать о таком в письме — это не очень безопасно.

— Тогда можешь написать ей в следующем письме, чтобы она как-то завуалировано, намёками, попыталась сказать, кто этим занимается.

Дафна подняла голову с его плеча и посмотрела ему прямо в глаза.

— А тебе это зачем? — настороженно спросила она.

Драко лишь загадочно улыбнулся:

— Да так… просто интересно. Ведь я, если ты в курсе, тоже эмансипированный взрослый. Так что рано или поздно эти люди явятся и ко мне. И мне бы хотелось знать, к чему готовиться.

Дафна какое-то время всматривалась в него, будто пытаясь понять, врёт он полностью или только наполовину.

— Будем считать, что я тебе поверила, — сказала она и снова легла на него. — Хорошо, я спрошу у мамы. Может, она что-то