Тринадцатый VI - А. Никл

А затем зависли в воздухе, превращаясь в десяток световых стрел.

— Защита иной раз важнее атаки, — сказал я и махнул рукой, посылая стрелы к своим убийцам.

Я контролировал каждую. И каждая нашла свою цель.

Стрелы пронзили сердца врагов одновременно. И даже до целителя долетело, который и начал эту заварушку.

Кабинет заполнили стоны боли, а потом всё затихло.

Я поспешил закрыть потайную дверь, перешагивая через трупы. Пока оттуда не пришло подкрепление.

И только потом выглянул в коридор и нашёл Евгения сидящим у стены. Он весь дрожал, а голова была опущена к коленям.

— А имел бы магический дар, мог бы защититься, — сказал я ему и протянул руку. — Вставай, нам пора уходить.

Брат поднял на меня взгляд и вздрогнул.

— Ты их… того… кирпичом, что ли?

— Сбрендил? А магия мне на что? Вставай давай, кому говорю.

Видимо, он плохо понимал, что произошло. От шока и не такое бывает.

На кирпиче крови не было, зато я сам знатно испачкался. Ну ничего, где-то здесь должна быть уборная. Отмыться и поменять рубашку не проблема. Особенно, когда в этом зале, откуда не доносится никаких звуков, мы с братом остались вдвоём.

Женя поднялся сам. Заглянул в кабинет на мгновение, а потом спешно закрыл дверь, прижавшись к ней.

— Чёрт… да там всё в телах и крови, — затараторил он.

— Это те, кто хотел нас убить. Не вздумай их жалеть, — строгим тоном ответил я.

А то сейчас только жалости к мертвецам не хватало. Тут было всего два варианта: либо они меня, либо я их прикончу.

И так сложилось, что я оказался… нет, не сильнее, пока что. Но опытнее. В последних схватках большую часть победы мне присудила мгновенная реакция.

— Пошли домой, пока на нас снова не напали, — попросил Женя.

— Рано. Сейчас мы пойдём вон в то помещение. Там я отмоюсь от крови и переоденусь. А ты умоешься. И мы выйдем в общий зал, как не в чём ни бывало. Понял?

— Серьёзно?

— Да, Жень, серьёзно. Императора нам пока не убить, а вот его шавок — можно, — я достал из кармана склянку с ядом и продемонстрировал брату.

— Но как?

— Скоро всё увидишь. Давай скорее, время не ждёт!

Я снял с одного из охранников, вырубленных снотворными иглами, белую рубашку. Конечно, не огнеупорная, но зато без пятен крови. А на моём чёрном костюме их особо видно не было, так что его не стал менять.

Сам умылся, тщательно вымыл руки и привёл себя в нормальный вид. Женя же взбодрился. И уже трезвой походкой направился к залу.

Я приоткрыл широкие створки и поймал на себе удивлённый взгляд ещё двух охранников. Двое громил стояли у дверей и никого не пускали. Ждали, пока нас убьют. А вот фиг там! И обратно в коридор при всех гостях они нас тоже загонять не станут.

Поэтому мы с Женей вышли, как не в чём ни бывало, а двое громил просочились внутрь. Ох, и знатно же они офигеют от увиденного…

Мы направились в гущу толпы. Лесси и Лиза стояли рядом. Одна держала в руках стакан апельсинового сока, а другая медленно пила шампанское.

— Вы долго, — обеспокоенно сказала Лесси.

— Да, пришлось задержаться, — ответил я и взял сок из рук Лизы.

Она неоднозначно на меня посмотрела. Прошлась взглядом с головы до ног. А я залпом выпил кислый напиток. Не компот из столовой училища, но тоже неплохо.

— Нам лучше уходить, мой князь? — шёпотом спросила княжна.

— Нет. Уйти, значит показать, что мы боимся.

Лиза, без сомнения, всё поняла. Ей, как одной из немногих трезвых на этом балу, внимательности было не занимать.

И она прекрасно видела, как охранники стягиваются в коридор, откуда вышли мы с братом.

— Что тогда делать? — осторожно спросила Лиза.

Она говорила так, чтобы больше никто из проходящих мимо гостей нас не услышал.

— Позови Свету и Машу с питомцами.

Княжна кивнула и направилась к столу. По пути она столкнулась с Русланом и намекнула, чтобы пригласил Свету на танец. А Макса и уговаривать не пришлось, Маша сама подошла к нему.

Лесси тем временем едва слышно расспрашивала Евгения, потому что не понимала, что случилось. И он отвечал тихо ей на ухо. И с каждым сказанным словом глаза красноволосой становились всё больше и больше.

Двое братьев и Маша со Светой спустились в общий зал. Заиграла музыка вальса. А я в очередной раз мысленно выругался, что расписание этого бала составляли для каких-то стариков.

Я последние месяцы учился сражаться, а не танцевать. Поэтому избегал сложных танцев, а вальс для меня был одним из таких.

Поэтому пока Маша и Света танцевали с моими братьями, мы с Лизой стояли в стороне, у стола с закусками и шампанским. Здесь была целая пирамида из бокалов, которую слуги постоянно обновляли.

— Что