Новая Жизнь 4 - Виталий Хонихоев

будет — напишите. И… а, вот вы где… — я поворачиваюсь левее: — Айна сегодня не в смену? Ну да ничего, Сато-сан, передайте и ей мою огромную благодарность. Только благодаря операторам ночной смены мы все тут спим спокойно и знаем, что сенсация мимо нас не пройдет! — на самом деле я благодарю ночных операторов за то, что пару раз они выключали камеры тогда, когда надо… или уничтожали записи. Сато, худощавый мужчина, больше похожий на подростка в своем неизменном худи — кивает головой и улыбается.

— Наверное я все-таки должен сказать вам — совет да любовь? — прищуриваюсь я и Сато тут же давится чем-то и машет рукой.

— В любом случае — жду приглашения на свадьбу. — серьезно говорю я: — как иначе?

— Да уж тебя-то не забудем пригласить! — выкрикивает Сато: — сдал нас с Айне! Вот спасибо!

— Она сама попросила. Сказала, что ты так и не решишься… так ведь?

— Ох… — качает головой Сато и поворачивается ко остальным: — ну да, у нас с Айне свадьба… но нескоро! Мы сперва к ее родителям, а потом…

— Ура! — кричит кто-то: — Сато и Айне — жених и невеста!

— А давайте шампанское откроем?! — предлагает оператор: — все равно тут стоит…

— Не трогать шампанское! Это реквизит! — кричит с места Шика: — Это ненастоящее шампанское!

— Да как не настоящее… — говорит оператор, держа в руках бутылку. Хлоп! — стреляет в потолок пробка, идет дымок, он принюхивается к горлышку: — самое что ни на есть настоящее!

— И это еще не все! — поднимаю палец вверх я: — Минами — сама скажешь?

— Эх… трепло ты Кента-сан… — Минами встает и вздыхает: — У меня будет ребенок. И… нет! Не от Кенты! У меня муж есть между прочим! Что значит «ну и что»?!

— Да какая разница от кого! — радостно рычит оператор: — Есть повод!

— Что значит «какая разница»?! — возмущается Минами, упирая руки в бока: — Есть разница! Это вы, операторы только и думаете, а у нас в монтажной — целибат!

— Извините! — поднимает руку Киоко, девушка из монтажной: — А я… я поняла, что бисексуальна…

— … — наступает тишина. Все смотрят на девушку из монтажной, она краснеет.

— Ну… раз уж все равно Кента про всех расскажет… и мы вроде как отмечаем… — говорит она, опуская голову.

— Это же прекрасно! — тут же сориентировался я: — Коллектив! Поддержим нашу Киоко в ее сексуальной ориентации! Как там говорится — лишь бы человек был хороший!

— Да! В самом деле! — поддерживает меня пузатый-бородатый Накамура-сан: — вон, Кента знает, у меня дочь практически твоего возраста, я ей ничего не запрещаю! До-кун, Кей-кун — открывайте шампанское, отмечаем свадьбу Сато и Айне, ребенка Минами и эту… ориентацию у Киоко! И ты, куда ты собрался, Кента-кун? Никуда не пойдешь, пока коллективом не отметим! Нам тебя будет не хватать! — по павильону прошел гул одобрения. Я пытался сказать что никуда я не ухожу пока, что еще даже не все проголосовали, но мне уже всучили бокал с шампанским, хлопнули по плечу и сказали что «мал еще, но повод серьезный».

— Так! — бьет ладонью по столу Шика: — а ну прекратили бардак! Вы же взрослые люди! Профессионалы! Все по местам! Отметим, как отснимем этот эпизод!

— Как так — отснимем? — хмурится Юрико: — Это же прямой эфир должен быть и …

— Какой вам прямой эфир?! Вы видите, что творится?! Это вам говорим, что прямой эфир, чтобы не расслаблялись! — закатывает глаза Шика: — А ты, Кента-кун — заканчивай свою речь уже и садись, все равно все вырежем. Другим дай голосовать.

— И конечно же я хотел сказать большое спасибо Накано-сама, которая поверила в нас и пригласила на это шоу. — закругляюсь я: — Было честью участвовать в этом проекте с такими замечательными людьми как вы. Спасибо. — я кланяюсь и сажусь на место. Обращаю внимание на пристальный взгляд гостя нашего шоу — Бьянки.

— Кента! — горячий шепот в ухо. Кимико.

— Кента, а Кента… а ты откуда их всех знаешь? — спрашивает она: — у них же маски на лицах… и вообще. Я их сразу практически замечать перестала, а сейчас как пелена с глаз упала — они же… люди.

— А ты хорош — бросает на меня взгляд Сора: — как и ожидалось от Воина, овладевшего Путем Любви.

— Вот только ты меня не подначивай, а? — искренне прошу я и вижу, как в уголках ее губ проскальзывает улыбка.

Глава 27

Сижу, ерзаю. Жду подведения итогов. Настроение вокруг сбитое, немного праздничное. Это у меня забот полон рот, а народ чему-то радуется. Если вдуматься, то самое главное сейчас — это темпа не потерять. И Кума и Тэтсуо мне считай кредит доверия выдали, оба взрослые люди, а один еще и весит чуть ли не полтонны, это я еще про его вес в определенных кругах общества не говорю. Вот застряну я на этом шоу еще на … ну ориентировочно могу и на два месяца. И что? А у меня обещание сформировать профсоюз и начать уже показывать что-то. За два месяца любой ажиотаж вокруг любой диковинки, показанной на телевидении, пройдет, а я отсюда выйду и ничего у меня на руках нет. Не, надо ковать железо пока горячо, а делать это из студии, с постоянным нахождением под прицелом видеокамер — не комильфо. Неудобно в общем. Половина из того, что я планирую делать — на самой грани закона, прямо на такой, что стоишь как Чарли Чаплин в конце фильма «Пилигрим» на мексиканской границе — одной ногой уже в Мексике и одной ногой еще в США. И это только начало, есть у меня стойкое предчувствие, что дальнейшие события вполне могут меня за эту грань толкнуть, что в принципе меня не пугает. В отношении закона правила простые, и они не в том, чтобы никогда и ничего, а в том, чтобы не попадаться.

Так что находиться в студии «Токийского Айдола» и планировать (а также осуществлять) свою активность в области профсоюза AV-индустрии будет так же удобно, как танцевать вальс с мешком