Валькирии Восточной границы (СИ) - Виталий Абанов

нами Закрывающий! Я начинаю верить, что мы все же можем выжить! Неуязвимый Отшельник, Тигрица Страны Голода, Закрывающий князь Муравьев, генерал Троицкий… с нашей стороны — Сяхоу Чэн, Мастер Щитов, Лю Цин, мастер Каменных Копий, сам принц Чжи с его магией Клинков Бездны…

— И конечно ты — указывает Мещерская: — Мастер Парных Молотов Волчица Шаоци.

— У нас есть еще около двух сотен низкоуровневых магов… а у вас — эти ваши девы-воительницы…

— Валькирии. Да. — говорит Мещерская. Всадники позади нас — расходятся в стороны и со своей лошади вниз спрыгивает седой князь Муравьев в своей черной форме генерала от инфантерии.

— Я вижу у нас сложилось взаимопонимание, а? — говорит он и прикладывает два пальца к фуражке с высокой тульей: — честь имею, сударыня. Муравьев.

— Сиятельный Князь, генерал-адъютант, Закрывающий Маг, Муравьев Николай Николаевич. — с нажимом на слове «князь» произносит девушка с рыжими волосами, тут же появившаяся за ним.

— А вы… секундочку, милочка… да, вы и есть та самая Волчица Шаоци, которая в одиночку разгромила пятитысячный штурмовой отряд боевых магов Чосона? — поднимает брови князь Муравьев.

— Сиятельный Князь — склоняет голову Волчица Шаоци: — это преувеличения и не более того. Я очень рада что с нами Закрывающий.

— Я тоже очень рад, что я тут не для того, чтобы с людьми воевать — кивает Муравьев: — что у нас с вами общий враг. Я так полагаю, вы здесь за тем, чтобы заключить временное перемирие?

— И союз — поднимает голову всадница чжуров: — у нас около десятка сильных магов и две сотни низкоуровневых. Сравнимо с вашими силами.

— Разведка у вас хорошо поставлена. Или скорее — это наши ни черта скрывать не умеют — морщится князь: — хорошо. Мы примем любую помощь. Я так полагаю, полковник Мещерская уже поведала вам о нашей позиции?

— Да. Мы пожали руки. — отвечает Волчица.

— Подтверждаю полномочия полковника Мещерской на заключение временного перемирия и союза. В качестве жеста доброй воли… — его взгляд останавливается на мне: — Уваров, у вас была пленница из чжурчженей? Передайте ее. Она — маг и будет более эффективна среди своих.

— Слушаюсь. — отвечаю я. Действительно, не хватало мне еще за ней следить в бою. Вон, пусть со своими в одном строю сражается, она же к такому привычна, а в наших рядах — только мешаться будет. Волчица Шаоци при упоминании барышни Лан — только губы кривит. Вот нету между ней и барышней Лан мира и покоя, а есть какая-то вражда и интриги. Но мне-то что? Мне сказали отдать — я отдам.

— Хорошо. — продолжает Муравьев: — времени на согласование действий и сил нет. Идем на штурм сразу же после короткого отдыха в полчаса. Если вы возьмете на себя левый фланг, мы займемся правым, вот и все.

— Цун мин! Все понятно! — коротко кивает Волчица Шаоци: — наши силы готовы выступать!

— Вот и отлично. Начинаю думать, что у нас может получится — вздыхает Муравьев: — было очень приятно познакомиться с вами лично, госпожа Чжао Шаоци. В свое время я знавал вашего отца, генерала Чжао Каменный Молот, он был великим воином и прекрасным человеком. Рад видеть, что его дочь продолжает традиции династии к славе своего рода.

— Вы… знали моего отца? — моргает Волчица Шаоци, застыв на месте.

— О… еще как. Я воевал против него в Шаньдуне. Самая тяжелая кампания за всю мою карьеру. Твой отец разбил армейский корпус наголову… и не его вина, что он проиграл в конце, ведь ему так и не дали подкреплений. Полагаю, закулисные интриги в штабе… но как тактику и стратегу — ему не было равных. — криво усмехается князь Муравьев: — к сожалению смерть забирает у нас лучших. Если о чем я и жалею, так это о том, что так и не познакомился с ним лично, думаю у нас получился бы разговор за чашкой чаю… или чего покрепче. Я бы с удовольствием сыграл со старым Чжао партию-другую в шахматы. Он был отличным воином и судя по тому, что я вижу сейчас перед собой — замечательным отцом.

— С-спасибо. — наклоняет голову Волчица: — я… не знала. Он действительно был… разным. Но если что — в шахматы играть он меня научил.

— Вот и замечательно. Может быть, когда это все закончится мы с тобой сможем сесть за стол вместе не как враги, а как союзники. — тепло улыбается князь Муравьев: — ступай, доченька и скажи своему принцу что мы выполним свою часть договора.

— Цун мин! — всадница легко взлетает на свою лошадь, взбадривает ее ударом плети и срывается с места в галоп, подняв снежную пыль в воздух.

— Уваров? — говорит Мещерская и в ее тоне я чувствую вопрос.

— Конечно. — я сажусь в седло и подъезжаю к своей пленнице, барышне Лан из рода Цин.

— И чего ты ждешь? — спрашиваю я у нее: — все, давай, езжай к своим уже. Вон за той девушкой в меховой шапке.

— Во бу хуэй ти — отвечает барышня Лан: — никуда я не поеду. Я уже твоя наложница. Куда я теперь, испорченная тобой? Как я в глаза родителям погляжу? Нет, у меня теперь судьба горькая… горемычная? Как сказать по-вашему — падшая женщина?

— Уваров⁈ — повышает голос полковник Мещерская: — я кажется русским языком тебе сказала! Какого черта⁈

— Да не трогал я ее!

— Как и ожидалось от Неуязвимого и Непокобелимого Похотливого Отшельника Уварова! — не может удержаться от шпильки гусар Леоне: — всех женщин вокруг испортил! А я-то думал он девственником помрет! А он смотри-ка! И когда успевает…

— А еще гвардии лейтенант — качает головой князь Муравьев: — нельзя же с пленниками так. И как быть? Я уже пообещал чжурчжэням что пленницу верну.

— А вот пусть вместе с ней к чжурам и едет, левый фланг защищать — советует ему рыжая девушка: — Ваше Сиятельство! Раз уж он ее попортил — вот пусть вместе с ней, муж и жена одна сатана.

— И то дело… Родовой Дар у него от обстоятельств не зависит, левый фланг с правым быстро перемешается… а так вроде жест доброй воли оказали… — размышляет вслух князь.

— Ваше Сиятельство, да не трогал я ее!

— А врать — нехорошо, гвардии лейтенант. — припечатывает меня на месте Муравьев: — ладно, поезжайте вместе с пленницей, будете чжурам помогать левый фланг держать. Мария Сергеевна — вы не против?

— Не против! — складывает руки на груди Мещерская: — глаза мои бы этого кобеля не видели!

ЭПИЛОГ

Лошадь идет легкой рысцой, взбивая копытами снежную пыль, справа и слева от меня всадники в меховых шапках, они наращивают темп, держа сабли на отлете. Впереди — спешившиеся валькирии своей магией — засыпали ров обломками стены и выровняли проход. Мимо меня со свистом проносится небольшая секирка «Юг» —