Лекс. Книга 1 - Евгений Нетт
Впереди вашего покорного слугу ждал вечер, библиотека и очень, очень и очень много литературы, статей и прочих источников информации, которые мне предстояло изучить от корки до корки.
Жизнь продолжалась, и я наконец-то почувствовал, что она начала двигаться в верном направлении…
Глава 19
Резонанс Эрикса
На следующий день библиотека полнилась людьми настолько, что даже просто отыскать свободное и более-менее тихое место оказалось задачей со звёздочкой.
Абитуриенты ещё вчера беспечно гуляли по аллеям и коридорам, а сегодня все, как один хлынули в обитель знаний, зубами цепляясь за терминалы, учебники и «секретную» литературу, у которой не было аналогов вне этих стен. Помещения лекционных залов и аудиторий ломились от желающих послушать преподавателей, а на завтраки, обеды и ужины все ходили, как в армии — зашёл, сел, молча закинул продукты в желудок, встал и вышел.
Причина тому проста: в академию ранним утром прибыл лично принц Александр, и это событие, вкупе с суетой персонала, напомнило болезным о том, что они не на экскурсии, а через неделю тут останется от силы каждый третий. Конкуренция обострилась до предела, и даже я, человек максимально далёкий от местного социума, не мог не заметить начавшейся грызни по поводу и без.
Поэтому мне пришлось уходить не просто в самый дальний угол, а в одно из побочных помещений, откуда до стойки с выдачей литературы «в бумаге» по запросу было идти добрых три минуты. Мелочь, но если за день надо туда сходить с десяток раз — уже целый час набирается.
«Благо, я кое-что понимаю в оптимизации учебных процессов. Но на этих бедняг даже смотреть не хочется» — я качнул головой, наблюдая за очередной стайкой девчат, дружно отправившихся сдавать одну-единственную книжку. — «Этих можно сразу вычёркивать. Эх, молодость…».
Вдруг взгляд зацепился за знакомую светловолосую головку — следом за своей покровительницей в зал вошла Алисия. Она с сосредоточенным лицом кивала, слушая то, что до неё пыталась донести Белль Сориар, и даже отвечала, тыкая пальцем в экран новенького планшета.
И выглядела девушка совершенно спокойно, словно её всё устраивало.
Я отвёл взгляд лишь тогда, когда они разбрелись по пустующим рабочим местам. Достал телефон, открыл приложение «цифрового мира» академии, а уже в нём — мессенджер, примитивный донельзя, но свои основные функции всё-таки выполняющий.
«Вижу, у тебя всё хорошо. Как подготовка?» — набрал я и, помедлив, отправил сообщение Алисии.
Ответ пришёл не сразу — очевидно, что девушка была чем-то занята.
«Да, всё в порядке. Белль очень помогает. За меня не беспокойся, и сосредоточься на себе. Сейчас это важно. Удачи, Лекс».
Я усмехнулся, качнув головой. Вздохнул. Легко сказать — «не беспокойся». Вот только возразить мне всё равно было нечего, так что я напечатал в ответ лаконичное «И тебе», отложил телефон и размял шею, прогоняя лишние мысли.
«Сейчас действительно стоит сосредоточиться на другом».
Передо мной на листочке был выписан список литературы, которую я уже изучил или только планировал это сделать. История Первой Империи, — подозрительно молодой, — даты, правящие династии, ключевые конфликты, реформы — всё то, что составляло скелет любого теоретического экзамена по предмету.
Я исправно утрамбовывал это в своей голове на протяжении последних часов, но чем глубже погружался в даты, тем отчётливее ощущал явную, ничем не прикрытую неполноту.
Недосказанность, если не сказать грубее — кастрированность доступной даже плебсу истории.
«Об этом можно было задуматься и раньше, но слишком много дыр в событиях, составляющих последнюю сотню лет. И начинается всё это ни много, ни мало, а со дня, когда впервые начали упоминаться эрикс-искусства».
Я потянулся к клавиатуре терминала, вбивая в поиск очередной запрос. «Происхождение эрикс-искусств» — то, что я искал уже не единожды. Система задумалась на пару секунд, и выдала несколько сотен результатов, от книг и учебников до популярных статей и пропагандистских брошюр.
Но в этот раз я пролистал в самый конец ранжированного по «ценности» списка, открыв подборку «Аундбурдского Вестника» — газеты, в которой система академии по моему вопросу что-то, да нашла.
Датирована эта подборка была восьмидесятым годом от текущего момента, за тринадцать лет до момента появления первых катализаторов.
— Хм. Хм-хм-хм… Это уже интересно, — пробормотал я, заскользив взглядом по строчкам оцифрованного с погрешностями газетного листа. Внимание сразу привлёк кричащий заголовок, мимо которого, я полагаю, в те годы не прошёл бы никто.
«Императорская семья погибла! Кара Небес в Аундбурге! Экспериментальная Электростанция Сравняла с Землёй Целый Город! Тысячи пропавших без вести!».
Я нахмурился. Электростанция в мире пара и мускульной силы, где авиация — это дирижабли, а слово «компьютер» ассоциируется в первую очередь с большими терминалами, которые, по ощущениям, можно было и от педалей запитать, ощущалась чем-то не от мира сего.
Понятно, что у меня самого был смартфон и браслет, которые я заряжал от розетки. Были сотовая связь и интернет, были, в конце концов, электрические лампы, фонари на улицах и всё такое прочее… но всё это представлялось в объёмах, способных удовлетворить спрос разве что со стороны аристократии.
Мотнув головой и отбросив неустанное желание всё анализировать, я начал вчитываться в текст — и сам не заметил, как провалился в эту бездну с головой.
Старая Империя, предшественница нынешней, запустила в Аундбурге амбициозный проект: первую в мире крупную гидроэлектростанцию, призванную обеспечить энергией ни много, ни мало, а целый промышленный регион. Проект курировал лично император тех лет, видевший в электрификации будущее своей державы. Во многом поэтому на открытие, состоявшееся одним прекрасным летним днём, съехалась вся знать центральных провинций необъятной Империи.
Даже императорская семья присутствовала там практически в полном составе, так что значимость события для всего мира недооценить было сложно.
А вот дальше начиналось какое-то дешёвенькое фэнтези, описанное со слов «немногих выживших». При выходе генераторов на пиковую мощность, — невиданные доселе десятки мегаватт, — «внутри электростанции» начала образовываться некая субстанция.
Светящаяся, бордового оттенка, кристаллизующаяся и впоследствии рассыпающаяся туманом, она была обнаружена главным инженером проекта — Эриком Стивенсоном.
Он попытался инициировать аварийное отключение всего объекта, но, судя по всему, не успел.
То, что впоследствии назвали эриксом, — в честь погибшего «отца-родителя», — оказалось крайне нестабильным, и при контакте с воздухом — сдетонировало. Мощности взрыва оказалось достаточно, чтобы и здание станции, и все прилегающие постройки, и предместья Аундбурга дружно перестали существовать.
Но это было только начало, а дальнейшие события мне приходилось собирать по крупицам. И из этой подборки газет,
