Новая жизнь 7 - Виталий Хонихоев

остро пахнет порохом и кровью. БАНГ! Шшшнг-шшнг! БАНГ! Шшшнг-шшнг! БАНГ!

— Стой! Бросай оружие! — звучит приказ, и я усмехаюсь. Да, конечно, разбежались. Единственное что сейчас отделяет меня от полевого допроса и пули в голову — этот вот «Ремингтон» с дюжиной патронов, набитых крупной картечью.

— Стой я сказал! — голос звучит снова, и я замираю. Потому что говорящий — держит перед собой Натсуми, используя ее как живой щит. Он прижимает к ее голове пистолет и прячется за ее телом. Рассеянный свет фонариков освещает сцену.

— Если ты не бросишь оружие — я убью ее! — кричит он.

— А если я брошу — ты убьешь нас всех! — отвечаю я, положив ствол на станину станка и взяв в прицел Натсуми. Черт, жаль что это дробовик, точно выстрелить из него никак не получится, даже если этот хрен выставит голову из-за нее.

— У тебя не так уж и много времени! Я вышибу ей мозги! — утверждает тот, что спрятался за девушкой.

— Пожалуйста — говорит Натсуми: — мне не так много осталось. Вышибите мне мозги. А потом Кента-кун вышибет ваши. Мы с вами встретимся на небесах в разницей в пару секунд.

— Что?

— Кстати, да — говорю я, вставая из-за станка: — вышиби ей мозги. Она мне никогда не нравилась. И она скоро все равно умрет, так что стреляй. Я не стреляю только потому, что картечь застрянет в ее теле… а так ты ее убьешь, она упадет, а я убью тебя. Как вариант ты можешь держать перед собой ее мертвое тело, но … не удержишь же.

— Ах ты! — я вижу, как напрягается палец на спусковом крючке и …

— Стой! — кричу я: — не надо! Я бросаю оружие!

— … ага! Бросай на пол! И толкай ногой ко мне! — кричит он. Я опускаюсь на одно колено и кладу «Ремингтон» на холодный бетонный пол «Логова». Поднимаю взгляд.

— Толкай ногой ко мне! — требует противник. Из-за стеллажей и перевернутых столов — поднимаются его товарищи, они держат меня в прицеле. Свет тактических фонарей слепит мне глаза. Пятеро — если с ним. Где еще два? Спрятались? Решили не выдавать свое местоположение?

— Только не так как в прошлый раз — говорю я: — в горло. И руку проконтролируй.

— Что? — не понимает мой противник, он наконец высовывается из-за бледной Натсуми и отнимает пистолет от ее головы, направляя его в мою сторону: — что ты сказал? Ногой толкай ко мне!

— А я не тебе — отвечаю я: — понимаешь, первый раз не считается, но второй раз облажаться… я не пойму.

— Аргхх! — фонтан крови из перерезанного горла и Натсуми надает вниз, а позади ее — он оседает на пол, хватаясь за шею, а сразу за ним исчезает в полутьме неясный силуэт. Шизука.

— Второго раза не будет — обещает мне темнота. Гремят выстрелы, я падаю вниз, хватаю дробовик и, коротким броском — перемещаюсь к Натсуми. Она тяжело дышит, у нее на щеках расплылись алые розочки румянца. В руках у нее — пистолет упавшего типа. Старый добрый знакомый. Стечкин. Я едва не улыбаюсь, увидев его. Сколько лет, сколько зим, старина…

— Это «Общество Высшей Истины»! — кричит она мне: — это они! Им нужна Бьянка и формула зарина!

— Ну… формула то им известна, им скорее процесс… — замечаю я и вижу ее глаза, тут же поправляюсь: — ээ… неважно. А где Бьянка и девчонки?

— Не знаю! — отвечает Натсуми. Гремят выстрелы, и она вздрагивает всем телом. Я высовываюсь из-за станины и делаю два выстрела, заставив противников прижаться к полу.

— Они уехали за припасами и лекарствами! — кричит Натсуми: — я осталась! Ну… наверное Шизука где-то тут была! А они ворвались и собак убили, сволочи! Говорила я что надо их в первую очередь кончать!

— Какая ты кровожадная — качаю я головой. Мне становится очень спокойно. Девочек тут нет, больше заложников брать неоткуда, все в порядке… значит и боятся нечего. Темный толкается внутри, просится наружу, но эту партию я могу разыграть и без него.

— Эй, там, за принтером! — кричу я: — предлагаю вам уматывать отсюда! Вот, видишь бок цистерны? Она заполнена нервно-паралитическим газом!

— И что? — раздается голос в ответ: — вы же сами и помрете!

— Это да. Но вам-то он нужен! Вот пальну в цистерну и привет… вся портовая зона потравится… оно вам надо? Полиция, пресса, все дела… да и мы мертвые. Даже если… — снимаю с пояса неприятного типа сумку: — у вас есть противогазы… против зарина не поможет. И если поможет — задачу-то свою вы не выполнили.

— Что предлагаешь? — снова тот же голос.

— Сделку. Я вам — этот гребучий зарин, а вы — уебываете отсюда к херам. А чтобы вы меня не надули — я цистерну заминирую.

— Минус три — шелестит темнота и я киваю. Человек, умеющий передвигаться практически бесшумно, хладнокровный, умеющий обращаться с ножом, да еще на своей территории… снова гремя выстрелы. Я улыбаюсь. Мне не нужен Темный, он не умеет отличать друзей от врагов, мне достаточно того, что меня видно и слышно, а Шизуку — нет. Умный человек сейчас бы собрал команду в единый кулак, контролируя не только спину друг друга, но и воздух. Да, он самый. Человек с винтовкой — очень редко поднимает взгляд вверх, а Шизука привыкла быстро и бесшумно передвигаться по железным балкам под потолком…

— Еще немного и вас тут вовсе не останется — констатирую я: — лучше бы тебе соглашаться. Неужели вы еще не поняли, куда вы сунулись? Здесь нет обычных людей. Сейчас в темноте за вашими спинами в любой момент может оказаться она. Пусть и выглядит как обычная школьница… но если по-честному — сколько обычных школьниц смогли бы так? Хладнокровно перерезать глотки в темноте? И вы сами пришли сюда… это ж надо было додуматься. Ей в пасть. Все о чем вы должны думать — это о том, смогу ли я удержать ее, если мы договоримся. Она не любит, когда у нее забирают еду.

— Мы можем попросту убить вас всех — отзывается голос: — у нас есть гранаты и …

— И … минус четыре. Это не один из твоих людей только что испустил дух? — я продолжаю давить на психику. Невнятный звук, скорей всего никто не умер, но я не видел у них раций на поясах, у них нет связи, а перекрикиваться они не решаются, чтобы не выдавать себя лишний раз. В этих условиях очень легко