Дариар. Дорога к дому (СИ) - Екатерина Аникина

— Хм, а какой смысл от помощи, если имеются такие побочные эффекты? — Он быстро огляделся и посмотрел куда-то за мою спину, вероятно, в направлении Лорена и Иельны. — Поверь мне, они того не стоят.

— А кто стоит? Может быть ты? — я рассмеялся, отвлекая его внимание от семейки Райс.

— А мне твое сочувствие и сопливые эмоции не нужны. — Он перевел взгляд на меня.

Подул резкий, принизывающий до костей, ветер, и неожиданно ливень, на который я уже практически не обращал никакого внимания, прекратился. Жаль только, что огонь, похоже, не собирался тухнуть, а судя по тому, что становилось светлее и одновременно с этим тяжелее дышать, огнем уже охвачена большая часть леса. Я как-то отстраненно подумал о том, что даже если бы я попросил, то драконы и эльфы в данной ситуации на помощь бы мне не пришли. Слишком мало времени прошло с нашего расставания, да и не только времени. Карниэль ничего мне не должен, пророчество сбылось и без моей помощи, если верить лже-Сиэане, а гуманизмом он вряд ли заражен. Да, слишком это матерное слово. А драконы не станут помогать, ведь помощь мне сейчас одновременно означает помощь лесу Дальмиры. В этом случае, они только поддадут огонька, и я не в праве буду их винить. Отстраненно я отметил, что моя рука до сих пор сжимает монету, которую мне сунул Лорен. Может, бросим все и сбежим? Где-то я слышал эту на самом деле гениальную фразу, как никогда подходящую под сложившиеся обстоятельства.

Я обернулся, чтобы увидеть, как Иельна обнимает Лорена и, захлебываясь слезами, старается привести того в чувства. Как Лорен вытянулся на земле и не подает признаков жизни, лучше уж блевал бы, честное слово, так, по крайней мере, я мог понять, что он еще жив. Как мои дружинники уже молча, не стараясь прорваться за периметр, смотрят на то, что происходит за преградившей им путь стеной. Я разжал руку и посмотрел на монету. Время словно остановилось, все происходившее воспринималось отдаленно, словно отодвинулось на задний план. Только я и действенный способ сбежать отсюда. Я щелчком подбросил монету, и отстраненно смотрел, как она очень медленно летит, переворачиваясь вверх. Вот она замерла в одной точке, а затем так же медленно полетела обратно ко мне на ладонь. Остался только я и самое главное решение в моей жизни. От того, что я выберу, будут зависеть мои дальнейшие отношения с моими людьми. Они бы этого хотели. Лорен, Айзек, Морган, Элойд, Эвард. Они сотни раз обсуждали этот момент, и готовились к нему. Они все умрут, если я сейчас активирую эту проклятую монету, но умрут с честью, и их имена станут в один ряд с другими Тенями, ушедшими, сохранив чувство собственного достоинства. Психи, что сказать. Я перевел взгляд на Айзека, который решительно кивнул и вскинул к небесам сжатый кулак в последнем приветствии.

Монета упала на раскрытую ладонь, и время возобновило свой привычный бег. Я резко сжал ее в руке, размахнулся и бросил подальше от себя в направлении защитного барьера под опешившие взгляды моих людей. Как бы то ни было, выбор сделан, и они все теперь не только мои подчиненные, но и друзья, которых у меня никогда не было. Я улыбнулся им и резко повернулся к Трейну, который почувствовав что-то неладное, сделал шаг вперед и перестал играться со своим кинжалом.

— А вот и наш немного опаздывающий гость, которого, собственно, мы все так долго ждали, занимаясь милыми непотребными глупостями на этой живописной полянке, — Саймон криво усмехнулся и вложил кинжал в ножны одним отточенным движением, даже не глядя, что именно он делает. Повернувшись ко мне спиной, совершенно не опасаясь удара в спину, он сделал несколько шагов к горящему лесу, из которого начал валить густой розоватый дым, который рассеивался даже раньше, чем приближался к нам, но в воздухе начало пахнуть чем-то приторно-сладким и неестественным, я бы даже сказал, не живым.

Вместе с очередным выбросом этого едкого дыма на поляну вышел человек в черном длинном плаще с капюшоном, полностью закрывающим его лицо.

— Я так понимаю, ты не добился успеха? — Трейн сделал несколько шагов и встал напротив него.

— Это мои проблемы, — хриплый знакомый голос пробрал не хуже, чем если бы рядом со мной сейчас ударила бы молния.

— Нет. Это мои проблемы. Ты здесь только благодаря мне. И только благодаря целям, которые у нас так кстати совпадают. Ты задержался и не выполнил то, что тебе было нужно, усложнив при этом и без того сложную задачку. Нужно быстро убираться отсюда, потому что очень скоро сюда прибудет полчище эльфов, которое, скорее всего, из-за ступора еще не очухались и не принялись выяснять, что же здесь происходит, и почему горит их драгоценный лес.

— Откуда ты знаешь?

— Одна птичка на хвосте принесла. Забирай этого герцога недоделанного и убирайся, а я зачищу тут все.

— Люмоус? — я, наконец, смог произнести это имя, постепенно отходя от шока. — Этого просто не может быть.

Человек в балахоне, который по определению не мог быть старикашкой Люмоусом, подошел ко мне. Я хотел сделать шаг назад от него, но не мог пошевелиться. Капюшона он так и не снимал, но я чувствовал и знал, что это он.

— Почему? — раздался хриплый приглушенный смех, а единственное, что я мог делать — это дышать и говорить, спасибо хоть на этом.

— Может быть, потому что я убил тебя?

— Некроманта довольно легко убить, Кеннет. В этом мы ничем не отличаемся от обычных людей. Но нас необычайно сложно уничтожить. Только глупый некромант, который не может сдружиться со своей силой, умудряется умереть сразу в первый раз и чтобы без вариантов. Как, например, твой дружок. Но ничего, Доргон уже ждет его. Дважды он от ворот ада не отвернет, можешь мне поверить.

— Я сказал, хватит болтать! — Выделяя каждое слово, со злостью, повышая голос, прервал Люмоуса Трейн. Я не видел, чем он занимался, все, что я мог делать — это стоять и тупо пялиться на голову, покрытую капюшоном. Мои собственные голова и глаза, да вообще все части тела не двигались, словно меня парализовало, а поле зрения концентрировалось на темной фигуре так внезапно ожившего мага. Раздался короткий вскрик Иельны, который сразу же затих. Нет, только бы это было не то, о чем я