Владимир Ящерицын - Договор

Кстати, пленных иллитидов я поручил целому отряду обращённых в атар светляков. Их препровождение свелось к довольно простому действу: одна жрица несла в своих терах этих осьминогов, а остальные маги охраняли её.

Передвигались мы медленно и шумно. Нет, не подумайте, тёмные эльдары даже пешком могут передвигаться очень тихо, а вот полторы сотни ничего не соображающих рабов… Казалось бы, если идут молча – откуда тогда шум? Но это только на первый взгляд, а на самом деле: мало того что шаркают, так ещё загребают ногами землю, шумно дышат, толкаются и так далее. Почти как мертвецы, только те ещё и стонут при ходьбе… Хорошо хоть не падают… Тьфу, накаркал: один из рабов поскользнулся на оплывшей от жара облицовочной плите и упал навзничь. Идущий следом раб свалился на него, и почти мгновенно образовалась куча вяло шевелящихся тел. Наш конвой остановился. Мне оставалось только качать головой, глядя на то, как пара старших жриц растаскивает и ставит на ноги вялые тела.

Подобное случалось не раз и не два, в результате чего небольшое в общем-то расстояние, километров шесть-семь, мы преодолели хорошо если за четыре часа…

Когда мы наконец выползли из города, я обнаружил возле лагеря две огромных готовых звезды, вписанные друг в друга. В их многочисленных остриях были расположены связанные коленопреклонённые пленники. Между ними сновали, словно муравьи, многочисленные эльдары. Среди них я заметил мелькнувшую позолоченным доспехом Элтруун.

Наше появление в лагере было встречено волной открытой радости и изумления. Ну, вот ни в жизнь не поверю, что это не наигранные эмоции. Да нас постоянно вели патрули, а Тиалин, по-моему, амулет связи вообще не выключала…

Меня встречала Эльвиаран, которую вынесли из комнаты на кресле Арихитос и Аэриснитари. Они, поставив кресло на возвышение на пороге общей пещеры, заняли положение у забинтованной великой жрицы за спиной.

Я соскочил с Мисса и, прежде чем подняться к ней на возвышение, отдал знак построиться всей нашей армии. Понаблюдав, как мои войска быстро выстроились, разделившись на ратши перед замершим драколичем, а татретт Тиалин занялся пленниками, я, знаком поманив за собой княгиню и полукровок, стал подниматься к Эльвиаран. За мной последовал весь десяток Золотой Стражи, а моя четвёрка личной охраны вышколенно и шустро заключила меня в большой квадрат.

Эльвиаран уже вполне уверенно сидит. Хоть до пышущего силой, властью и здоровьем Матриарха далеко, но уже большой прогресс. Бинты с её лица сняли, но, по-моему, лучше бы они этого не делали: изуродованное стягивающими шрамами, оно вызывало лишь жалость и немного отвращения.

– Приветствую Матриарха! – произнёс я, постаравшись скрыть свои истинные чувства за чуть самодовольной и властной полуулыбкой.

Похоже, мои старания что-то скрыть были впустую. Уж кто-кто, а две сестры прочитали меня влёт. Но если Эльвиаран лишь слабо и немного жалко попыталась улыбнуться, то на лице её сестры явственно проступило выражение отчаяния. У меня внезапно возникло ощущение, что она считает себя виноватой в происшедшем. Гм. Странно… Не ожидал, что смогу считывать эмоции древних… Мои размышления прервала Эльвиаран, произнеся чистым, глубоким и мелодичным голосом, который сильно диссонировал с её внешним видом:

– И я приветствую тебя, Ашерас. Как прошла вылазка?

А то ты не знаешь…

Конечно лицемерие, но, может, так надо? Вроде я знаю, что ты знаешь, что я знаю?

– Прекрасно. Все поставленные задачи выполнены. И кроме того, я пополнил наши ряды.

– Я вижу.

Не только. Ты – знаешь. Недаром же Тиалин докладывала о каждом моём шаге? Ненавижу болтологию… Решив сфамильярничать – всё-таки я теперь – сила, с которой стоит считаться, – я обратился к Аэриснитари:

– Да, Аэрис! Я захватил троих иллитидов, один из них – древний иллити. Я думал захватить больше, но не смог удержаться и забил остальных до смерти. – На лице сам собой появился кровожадный оскал.

У сестёр промелькнуло выражение растерянности.

– Благодарю тебя. Мы попытаемся выжать из них максимум информации. – В ответ Аэриснитари состроила гримасу удовлетворения.

Я постарался мило улыбнуться:

– Только осторожнее – меня не прельщает возможность того, что мне придётся оправдываться перед Элос за твою смерть. – И, уже обращаясь ко всем троим, спросил: – Не желаете осмотреть пополнение?

Эльвиаран в ответ важно кивнула. Я отвернулся и сделал приглашающий знак отряду Золотой Стражи и спустился к построенным войскам. Внизу я оглянулся и увидел, как пара золотоволосых жрецов-атар, сцепив руки, заботливо несла забинтованную древнюю. На лице Аэриснитари была заметна тень неудовольствия: похоже, она сама хотела нести свою сестру. Забавные у них отношения.

Мы медленно пошли вдоль построения вампиров. Всматриваясь в лица разнообразных помесей, я начал ровным голосом говорить:

– Сто пятьдесят два атар, возвышенные Элос. Преданы лично мне. К сожалению, вооружение и броня только те, что мы нашли в местном арсенале. Дар Тьмы примерно тридцать две – тридцать пять тысяч эргов. Наилучшие мои приобретения – три полукровки союза светлых с тёмными. Их дар почти такой же многообразный, как и мой, но их дар Сил Света и Жизни больше моего раз в пять.

Дойдя до ближайшего полукровки, я остановился и посмотрел ему в глаза. Это вышло снизу вверх – всё-таки я был ниже взрослых. Полукровка опустил взгляд, и я увидел в глубине его бирюзовых глаз безграничную преданность. Гм. Может, обратить в Алых князей кого-то из возвышенных? Уж их преданность не поддаётся сомнению. Или воспоминания всё равно вернутся?

– А что насчёт обращенных светлых? Они преданы тебе?

Я повернулся на голос Элтруун и увидел её стоящей за левым плечом Аэриснитари. Ну что ж, вот и она.

– Да… Их дар получил большую переориентацию в сторону Тьмы, но, к сожалению, Смерть им на практике доступна не будет. – Чуть поведя рукой в сторону вампиров за моей спиной, я, улыбнувшись, продолжил: – Драколич и три с половиной сотни высших вампиров. Некоторая часть из них инициирована моей княгиней. Если кто-то из них выживет в свете грядущих неприятностей, я подумаю об их возвышении в князей. – Моя улыбка растянулась ещё больше. – Кстати, о неприятностях: чего боится наш великий полководец Элтруун? И почему я, как исполняющий роль посланца богини, до сих пор в неведении о грядущей опасности?

Пожалуй, её проняло. Но когда она уже открыла было рот для ответа, её опередила Эльвиаран:

– Связь с Домом прервалась тринадцать часов назад… Мы не знаем, что произошло или происходит в данный момент… Вполне возможно, мы откроем портал прямо посреди битвы, это в лучшем случае. Ну а в худшем…

Наступило красноречивое молчание.

Вдруг до меня донёсся скрежет чьих-то зубов. Окинув взглядом делегацию высокорождённых, я осознал, что это дело моих челюстей. Внутри меня медленно закипела настоящая буря чувств. Ненависть – она пульсирует, словно второе сердце. Ярость – она рычит, словно второе горло. Гнев – ослепляет, затмевая разум.

Мой крик щедро разбавлен силой феникса:

– Я – клинок Элос, сокрушающий её врагов! Какого мрака вы говорите мне об этом только сейчас?!

Все отшатнулись от меня, и только это удержало меня от того, чтобы не врезать по ним своими терами.

Голос Эльвиаран был спокоен, но, пожалуй, только она знала, чего ей стоило это спокойствие.

– Дом существует, пока жив хоть один атар. Мы живы, а значит, Дом будет существовать там, где придётся. Даже если это будет вне пределов Альверист’аса…

Я с бешенством воззрился на Элтруун и, с трудом сдерживаясь, чтобы не заорать на неё, спросил:

– К порталу всё готово?

– Д-да.

– Сколько он проработает?

– Специальные системы атов удержат его открытым час. Для того чтобы он продержался дольше, необходимо тратить тысячу эргов маны Тьмы ежечасно.

Мой разум постепенно очищался от заволокшего его багрового тумана.

– Мы притащили из улья большой накопитель. Возможно его использовать для подпитки портала?

Аэриснитари сощурилась и ответила вместо Элтруун:

– Конечно. Но мы думали, он тебе нужен для других целей.

Похоже, она что-то знает. Я где-то прокололся? Будем отталкиваться от худшего. Значит, им известно, что я обращаю тёмных эльдаров, невзирая на все предосторожности… И опять спешка! Я покосился на обнажённых чистокровных рабов, собранных в большую группу и усаженных на землю. Одежду с них стянули, очевидно, из-за того, что они не только не способны сами питаться, но, похоже, испражнялись под себя. Жуткое и печальное зрелище. Интересно, если я потяну час и попытаюсь хоть немногих из них превратить в атар – это будет критично? У меня просто нет времени. Что же делать?

– Сколько их?

Голос ответившей мне Эльвиаран ни с чем нельзя спутать:

– Триста шестьдесят… три? – Вероятно, она искала у кого-то подтверждение.