Сила Чести (Третья жизнь Архимага) - Иван Николаевич Щукин

Почему я решил поехать именно сейчас? Не знаю. Скорее всего, просто захотелось чем-то отвлечься от мрачных мыслей, которые засели в голове после тризны. Уж лучше я сейчас поговорю о делах, чем буду сидеть дома.

Тем более, что Корневы, как ни крути, братский род. И маленький братишка Ярика приходится мне побратимом. Давно нужно было познакомиться. А я ещё и на тризне у Ярослава не смог присутствовать.

Во дворе усадьбы нас встретили только пара охранников, да ещё один боярский сын. Маслов с ним о чём-то пошептался, и на его лице снова появилось смущение.

— Прости, Маркус Святославович. Наш боярин ещё спит, — развёл он руками. — Но я велю сейчас разбудить…

— Да не надо, — отмахнулся я. — как проснётся, так и познакомимся. — Давай пока о делах наших поговорим. Вон, например, в беседке, чтобы в доме не шуметь.

Беседок тут, кстати, было несколько. Стояли они чуть поодаль от дома, практически вплотную к фруктовому саду. Так что место для разговора и в самом деле неплохое.

— Да как можно, боярин⁈ — возмутился второй боярский сын. — Чтобы мы гостя в дом не пустили⁈

— Нормально всё, — уверил я его. — Хочу на воздухе посидеть. Настроение после тризны паршивое. Кстати, мы не представлены…

— Ох, прости боярин, — сокрушённо охнул он. — Боярский сын Русинов, Виктор Владимирович. А насчёт тризны я тебя понимаю…

— Да уж… — вздохнул я. — И простите, что не успел на тризну к Ярику. Не мог раньше вырваться из столицы.

— Мы всё понимаем, боярин, — пожал плечами Маслов. И указал рукой на одну из беседок. — Прошу, проходи. А воины твои пусть в соседней располагаются. Я велю квасу подать. Или, может, чего посущественнее желаешь? Я распоряжусь…

— Нет, нет. Квас в самый раз.

Пока шли к беседкам боярские дети Корневых как-то странно переглянулись. Мне показалось, что Русинов посмотрел на Маслова с упрёком, а тот лишь развёл руками. Переживают, что ли, что я в дом не прошёл? Странные какие-то…

Расселись мы за большим столом. Я с одно стороны, а оба боярских сына с другой. Дождались, когда пара воинов, что приехали с нами, принесёт кружки с квасом, и лишь после этого перешли к разговору.

— Так что у вас за дела, бояре? — отпив из кружки пару глотков вкусного пенного напитка, спросил я. — Какие-то проблемы? Что-то случилось?

— Случилось, — кивнул Маслов, и вновь засмущался. Какой-то он странный мужик. Чуть что, так в краску. Хотя, вроде у некоторых людей такое бывает. Но, если не ошибаюсь, обычно у рыжих. А он черноволосый. — Понимаешь, Маркус Святославович, после гибели нашего боярина мы решили, что не хотим больше вести дела с твоим родом.

— Та-ак… — протянул я, поставив кружку на стол. — Мы — это кто? Вы вдвоём? Или может Всеслав пятилетний?

— Не серчай, боярин, — подал голос Русинов. — Совет рода так решил. Ты с Ярославом побратимом был, и к чему это привело? Так что мы лучше сами по себе будем.

— Понятно, — немного подумав, кивнул я. Видимо дети боярские хотят воспользоваться ситуацией, пока новый боярин ещё ничего не соображает, и себе побольше нахапать. В том числе и власти. От того, наверное, и постоянное смущение Маслова. Похоже, что стыдно ему. А вот по лицу Русинова эмоции не определишь. Лицо буквально каменное. — И что вы предлагаете?

— Мы хотим выкупить твою долю, Маркус Святославович, и сами всё производить.

— Хренасе! — офигел я от такой наглости. — А денег у вас хватит?

— Деньги найдём, — отмахнулся Русинов от моего вопроса как от чего-то несущественного.

— Значит, всё решили уже? — добавив в голос холода, поинтересовался я.

— Решили. Слово за тобой.

— У меня другое предложение. Лишь из уважения к Ярославу я вам эту глупость прощу. Но только в первый и последний раз. Долю вашего боярина я выкуплю. Уж у меня денег точно хватит. И на этом мы разойдёмся. Как я понимаю, с Всеславом вы меня знакомить и не собирались?

— Нет, боярин, ты не понимаешь, — покачал головой Русинов. — Это дело нужно нашему роду. В него вложено много сил и средств. В данный момент оно чуть ли не единственное, что приносит стабильный доход. Покойный боярин был уверен, что именно этим и нужно заниматься.

— Знаете, — снова немного помолчав, после его слов, произнёс я, — вы оба явно с головой не дружите. В общем так! Моё предложение вы слышали. Действовать оно будет ровно неделю. Затем я заберу всё силой. Понятно? В таком случае, мне пора.

— Не спеши, боярин, — всё так же без эмоций произнёс Русинов. И в этот момент оба боярских сына вытащили из-под стола два арбалета. Маленькие, почти игрушечные. Вот только болты, чьи наконечники смотрели мне в грудь, так и фонили силой. Причём силой какой-то недоброй. Словно мертвечиной от них пованивало.

«Купол» я активировал на автомате, даже не задумываясь. Лишь краем сознания отметив, что в нём действительно проскакивают золотые искорки.

— Дзинь! Дзинь! — два болта отлетели от моей защиты, очень сильно этим фактом удивив боярских детей.

— Треф! Засада! — выкрикнул я, одновременно с этим извлекая из-под куртки револьвер, и кастуя «Ускорение».

Но Витязь, как и другие четыре воина, среагировать не успели. Сзади послышался звук спускаемых арбалетов, и предсмертный хрип моих сопровождающих.

Резко обернувшись, я увидел пятерых воинов, что были вместе с Масловым. Они быстрыми движениями взводили тетивы таких же арбалетов, как и у боярских детей.

Не дожидаясь, пока они перезарядятся, я начал стрелять.

Четыре выстрела из пяти попали в цель. Причём стрелял я с такой скоростью, что оставшийся в живых враг, к этому времени только-только успел наложить новый болт на арбалет.

— Дзинь! — очередной болт отлетел от моей защиты. Одновременно с этим я послал в голову воину здоровенную сосульку. Так как защиты у него никакой не было, то получилось минус пять.

— Дзинь! Дзинь! — очередные болты не смогли пробить «Купол». Это уже боярские дети успели перезарядиться.

Снова повернувшись к ним, я оскалился, и принялся не спеша перезаряжать револьвер. Можно было бы и их убить магией. Но я был слишком уж зол на этих тварей. Поэтому решил посмотреть, как недоумение на их рожах сменяется