Купец II ранга - Павел Вяч

— Двадцать золотых коту под хвост, — прокомментировал фамильяр. — Мо-ло-дец.

Я же, надев на солдата зачарованный тулуп, потянулся за флягой с восстанавливающим зельем.

Оставалось его буквально на донышке — бо́льшая часть пошла на маму и брата Дениски, но солдату хватило и пары глотков.

— Стой, кто идет! — вот каковы были первые слова пришедшего в себя стражника.

— Макс Огнев, — усмехнулся я. — Купец первого ранга. Возвращаюсь из Николаевки. Везу рыбу.

— Егерь Немиров. Сколько рыбы везете, ваше благородие?

— Десять телег.

— Десять серебряных, ваш благородие.

Я молча протянул замёрзшему стражнику десять монет и с сочувствием посмотрел на его ноги.

— Вот, — я достал из Инвентаря зачарованные валенки, снятые с одного из магов, и протянул их солдату.

— Минус двенадцать золотых, — пробурчал Виш. — Макс Огнев — купец года!

— Не буду спрашивать, за что тебя так, — я, проигнорировав слова фамильяра, посмотрел на стражника. — Но просто так на холодную смерть не посылают.

— Офицеру в морду дал, — разоткровенничался солдат. — К Аленке моей полез.

— Сочувствую, — сил смотреть на то, как стражник пытается снять обледеневшие валенки со своих обмороженных ног было выше моих сил, и я ему помог.

— Спасибо, ваше благородие, — по щеке солдата скользнула одинокая слезинка. — Силой клянусь, все верну.

И действительно, стоило мне присмотреться, как я заметил едва тлеющий в груди огонек дара.

— Увольнялся бы ты с такой службы, Немиров.

Егерь посмотрел на меня, как на умалишенного, но ничего не сказал.

Я же, убедившись, что сделал все, что мог, дождался, пока стражник отогреется до такого состояния, чтобы выдать мне торговую бирку, и поехал дальше в город.

— Все верну, ваш благородие, — сказал мне на прощание егерь Немиров. — Не извольте сомневаться.

Кивнув стражнику на прощание, я оседлал свою мотособаку и двинулся дальше.

Стен, как таковых, у города не было, и я направился по самой широкой улице прямо на рынок.

Сказать, что мое транспортное средство произвело фурор в торговых рядах — ничего не сказать!

И хоть по причине позднего вечера и плохой погоды на рынке практически никого не было, но торговцы моего механического коня оценили.

К тому моменту, когда я доехал до лавки Хомутова, мне трижды предложили продать мой агрегат, что навело меня на интересную мысль.

— Здравствуй, Макс, — Игорь Андреевич встречал меня у входа в лавку. — Вижу, ты не с пустыми руками?

— Как и договаривались, Игорь Андреевич, — я кивнул на грузовые короба. — Помните, у нас был разговор о качественном продукте? Прошу оценить.

Приказчик не поленился и проверил каждый из коробов. Причем он брал рыбу не только сверху, но и с самого низа.

— Отличный товар, — наконец-то признал Игорь Андреевич. — Вот только много выручить с него не выйдет. Торговцам без разницы, что закупать, их интересует только прибыль.

— А вы продавайте её как заморскую, — предложил я. — Учитывая, что основа вашей торговли — это рыба с Прокола, то и выходы на купцов первой гильдии у вас найдутся.

— Возможно, — уклончиво ответил приказчик. — Заберу все за пять сотен серебром или девять золотых монет. И сделаю скидку на соль и бочки.

Цена, которую предложил Игорь Андреевич, была хороша, и я даже не стал торговаться.

Мы ударили по рукам и принялись обсуждать следующую сделку.

Я взял у Хомутова сто пудов соли и десять дубовых бочек под рыбное филе, а он, в свою очередь, согласился выкупить у меня всю королевскую сельдь.

Ну а поскольку сделка была серьезной даже по меркам Хомутова, мы договорились встретиться с ним ещё раз — уже после того, как я открою счет в банке и оплачу взнос в третью гильдию.

Тысячи золотых у меня пока что не было, но проблем с получением купеческой грамоты быть не должно.

Во-первых, мой Путь давал мне право заниматься торговлей, во-вторых, главное было уплатить ежегодную пошлину, билетный сбор в пользу Империи и десятину от каждой совершенной сделки.

Встретиться с Игорем Андреевичем мы договорились утром следующего дня, как только я закончу все свои бумажные дела.

Грузовые короба я оставил у Хомутова, а мотособаку благоразумно убрал в Инвентарь, как говорится, береженого и Бог бережет.

Гостиницу я снял неподалёку от банка, без сожаления отдав за постой десятку серебром.

Ужин и горячая ванна встали мне ещё в десяточку, но оно того стоило.

Я с удовольствием понежился в исходящей паром воде и, плотно поужинав, завалился спать.

Вишу достался уже классический стакан молока и место в камине — из-за близости Стужи, фамильяр постоянно мерз.

Ночью я ожидал неприятностей, но к моему удивлению, никто и не подумал заявиться ко мне в гости.

И я, честно говоря, рассчитывал, что у меня а запасе будет еще пара спокойных дней.

Пока Уваровы выяснят, что маги-наемники не справились со своей задачей, пока доложат об этом начальству, пока назначат нового исполнителя…

В общем, по этому вопросу я выражал осторожный оптимизм.

В том, что на охоту вышли Уваровы, я не сомневался — а кто, собственно говоря, это мог еще быть? — и был уверен, что мне удастся поводить их за нос.

Да и потом, по правде говоря, мне понравились трофеи. По грубой оценке, после реализации хабара я мог выручить от сотни золотых монет!

Поэтому, как говорится, приходите, будем рады!

Больше всего я переживал за сделку с Анисимом. Уж слишком много там было неучтенных факторов.

Сам Анисим, Пахом, погода, дорога до Николаевска…

Сегодня меня видели слишком многие, и я был более чем уверен, что в следующий раз в лесу