Обитель Серебряных Волн - Владимир Сергеевич Василенко

вцепиться Калаану в лицо. Тот, завалившись на приборную панель, отпихивался от разъярённой фурии ногами. Джигги тоже орал что-то, пытаясь отодвинуть капитана от приборов — кажется, тот что-то нажал ненароком. Вдобавок ещё и та штука в углу продолжала противно визжать, издавая короткие тревожные сигналы каждые пару секунд.

— Уберите от меня эту бешеную стерву! — чуть заплетающимся языком прорычал Калаан, поправляя сбившуюся набок шляпу.

— Змея! — прошипела Намира. — Ты за всё ответишь!

— Да отцепитесь вы от руля! Мы сейчас в скалу врубимся! — рявкнул Гремучка.

Я, наконец, оттащил дерущихся от приборов и, подавив в себе желание врезать им по подзатыльнику, спросил:

— Так, а теперь спокойно и коротко! Времени мало. Что за Рувазир?

— Я не раз слышала это имя, — тяжело дыша и не сводя взгляда с Калаана, прорычала Намира. — Когда мы были в трюме, в клетках. Кто-то из матросов упоминал, что это наш покупатель.

— Работорговец?

— Да! И эта тварь всё-таки привезла нас прямо к нему!

— Вы сами решили идти к Каменной короне! — огрызнулся Калаан. — Я вас за язык не тянул!

— Но ты ведь мог и предупредить!

— Это в наш уговор не входило!

У меня от их криков уже голова начала гудеть. Ещё и эта противная жужжалка в углу…

— Да что там орёт? — поморщился я. — Можно как-то отключить эту штуку?

Джигги молча щёлкнул какой-то рукояткой. Сигналы, действительно, прекратились, но внутри линзы вспыхнуло зеленоватое свечение, сложившееся в объёмное изображение — что-то типа голограммы. Качество было так себе, к тому же по поверхности линзы то и дело пробегали полосы помех. Но вполне можно было разглядеть нереально жирного типа, из-за отвисающих подбородков похожего на жабу.

— Рыжий Пёс! — прохрипел искажаемый помехами голос из раструба справа от линзы. — Испытываешь моё терпение? Ты опоздал на три дня. А теперь ещё и на связь не выходишь!

Говорил он не на кси, так что смысл фраз доходил до меня постепенно, с серьёзной задержкой. Похоже, язык алантов, ещё и с каким-то экзотическим акцентом.

На всякий случай я попятился от прибора, чтобы ненароком не попасть в обзор. Остальные тоже отступили. Калаан, наоборот, шагнул вперёд, поправляя шляпу. Прочистив горло, неохотно ответил:

— Нас здорово потрепало недавним штормом. Вынесло на рифы. До сих пор кое-где течи в трюме…

— Отговорки эти можешь засунуть туда же, откуда их выковыривал! — презрительно проскрипел жирный.

Это у него реально голос такой мерзкий, или прибор искажает?

— Опоздание будет стоить тебе четверть от цены. И моли своих северных богов, чтобы мне понравился товар! Десять дюжин крепких лаари, способных работать на рудниках. Так мы договаривались, помнишь?

— Помню, помню, — проворчал Калаан. — Только… возникли ещё кое-какие сложности…

Собеседник, к моему удивлению, не начал угрожать или сыпать оскорблениями. Наоборот, притих и, судя по тому, как исказилось изображение, наклонился ближе к раструбу, служившему микрофоном. И добавил притворно-ласково:

— Тащи-ка сюда своё корыто, Пёс. Посмотрим, чем можно помочь в твоём горе. Зря, что ли, я делал такой крюк? Я ещё неделю назад мог быть на Медных островах!

На этом сеанс связи прервался.

— Ну всё. Нам кранты! — уверенно, будто подводя невидимую черту, заявил Джигги. — Вот теперь уже точно! А я тебе говорил, Пёс! Вести дела с Рувазиром — это всё равно, что глубинную мурену кормить. Как ни старайся — кончится тем, что она тебе самому задницу откусит!

— Пошёл вон из рубки! — вместо ответа рявкнул капитан. — Тебе нечем заняться в трюме? Говорю же — проверь заплаты!

— Да проверил уже! Но делать-то что будем?

— Это уже не твоя забота! Дуй обратно в трюм и следи, чтобы пробоины опять не вскрылись.

Харкин возмущённо фыркнул, но приказу подчинился. В рубке после его ухода повисла напряжённая тишина. Мы все втроём — я, Намира и Линьфао — буравили взглядами капитана.

— Ну, чего вылупились? — огрызнулся он, оскалившись, как загнанный в угол пёс. — Сделка должна была состояться три дня назад. Я надеялся, что Рувазир не будет дожидаться столько времени. Да и место встречи он указывал в пяти ксефах к западу отсюда…

— Или ты всё же надеялся, что встреча состоится, и ты сможешь сдать ему выживших пленников и нас впридачу, — скрестив руки на груди, спокойно возразил Линьфао. — Просто не повезло, местечко очень неудобное. Если бы мы встретились в открытом море — Рувазир бы уже бросал сходни к нам на борт. Мы бы и опомниться не успели.

— Говорю же, он предал нас! — выпалила Намира.

— Ай, думайте, как хотите, — отмахнулся Калаан, обессиленно опираясь спиной о стену и выудил из кармана камзола початую бутылку с мутноватой тёмной бурдой. Сделав несколько больших глотков, отдышался и продолжил, глядя осовелым взглядом куда-то сквозь нас:

— В любом случае — нам всем конец. Гремучка прав. Я сейчас слишком слаб. А Рувазир — мстительная и жестокая тварь. Не удивлюсь, если за опоздание и за недостачу товара он просто выгребет у меня всё более-менее ценное, а самого отправит на дно вместе с кораблём.

— Туда тебе и дорога! — презрительно бросила Намира.

— Да, да, все мы не в восторге от нашего бравого капитана, — вклинился я. — Но сейчас нет времени собачиться. Мы всё ещё в одной лодке. Так лучше подумаем, как выкрутиться. Какие есть варианты? Сбежать? Драться?

— Издеваешься? Мы кое-как держимся на плаву! Нас догонят в два счёта. И у Рувазира не меньше двух сотен отборных бойцов в абордажной команде!

— Но он пока далеко. И между нами — целая прорва подводных камней, между которыми его громадина не пройдёт. Ему придётся делать большой крюк.

— А Мангуст прав, — поддержал меня Солёный. — Не зря же он ждёт, пока мы сами подойдём. С его осадкой соваться в этот лабиринт опасно.

Калаан, отхлебнув ещё из бутылки, снова достал подзорную трубу и некоторое время, прищурившись, разглядывал корабль Рувазира.

— Ну да. Он, похоже, даже не собирается сниматься с якоря…

— Значит, у нас есть немного времени. И кое-какое пространство для манёвра.

— Да какие манёвры? — прорычал пират. — Куда мы от него денемся?

— Куда и собирались, — пожал плечами Линьфао.

Он уже когда-то успел раскурить свою трубку с длиннющим мундштуком