Фрирен – И даже умереть не успеть. Том 1 - Tired God

спасибо Богине, ни то, ни другое нам не пригодилось.

Привал на обед — новая работа. Пока караванщики едят, я проверяю лошадей Кригера с Трама. Снимаю с них седла, протираю потную кожу, подбираю свежую траву или мешки с зерном, кормлю. Если что-то порвалось или сбруя натирает, надо сразу починить — не зря же кожничать учился. Потом приходится опять бегать между телегами: кого-то нужно подменить, что-то перенести, где-то накинуть холст, если облака грозят дождём.

В общем, рутина каравана.

Вечером начинается моё «свободное время» — если, конечно, не осталось дел у купца в кабинке. Нужно ставить лагерь, но тут уже каждый сам за себя. Костёр Кригера — это моя главная и единственная обязанность. Дрова я обычно собираю на ходу, по пути даже. Заранее примечая, где можно прихватить сухие ветки.

Огонь не должен гаснуть всю ночь. Опытные воины говорят, мол не только защита от зверей, но и знак — мол, караван здесь не беспечный, лучше не трогать.

Дальше — еда для стариков. Если есть тренировка — ещё и арена. Хотя тут уже как пойдёт: в последнее время Кригер даже утренние разминки через раз пропускает. К концу тренировки уже начинает темнеть.

Вообще, сам пердун любит иногда проводить свои учёбы под покровом ночи, как сегодня. Говорит, лучше быть готовым к ночному нападению. Начальник поддерживает, так что приходиться балансировать делами, чтобы успевать.

Так дни и проходили. Работа вроде однообразная, но тяжёлая. Этот месяц вообще, чувствую, как уже не держу темп: десять лет — это всё же, даже в, фактически, мире фэнтези ни о чём. Хотя, стоит сказать, что я совершенно точно сильнее и крепче одногодок с бывшей родины.

Вспоминая кадры с манги и аниме — там вообще пацаны с мой возраст уже вовсю мечами махали да монстров мелких рубили…

Собственно, подбросив дров в костёр, лёг уставший, как пёс. Уснул сразу.

* * *

— Ах! — резко вкрикнул, поднимаясь.

— ТРЕВОГА!!! — послышался громогласный ор под ухом.

Кричал Кригер.

Какого…?

Крики, отовсюду доносились крики! Кричали наши. Короткие окрики друг-друга, звуки ремней, десятки шагов, звук проливаемой воды и шипение костров, которые гасли один за другим.

Пинок под зад заставил меня резко всё осознать. И мгновенно поднять тело на ноги:

— Лук, отродье демоново! — вместе с коротким приказом Кригер уже затягивал на торсе свою броню, — Быстрее, блять!

Через десяток секунд, первым делом взяв свой лук, спрятался за ближайшей повозкой, натягивая на себя самодельные бинты. Рука болела — оказывается, прилетевшая из-за кустов стрела успела поцарапать кожу за пару сантиметров от запястья, на предплечье. Неглубоко, но неприятно.

Кригер уже пропал где-то за повозками.

Поверх, под адреналином не ощущая всей палитры «кайфа» от такой раны, накинул кожаную куртку. Глаза начали привыкать ко тьме. И я побежал к месту, откуда доносились крики Хандлера и рычащие приказы старого воина.

Крики не затихали. Уже не только наших — гневный ор незнакомых голосов прорезал пространство не хуже стрел, что свистели за спиной. Прислушавшись, я понял — наши держат строй. Громогласные команды Кригера разрезали хаос, возвращая людей к порядку.

Я успел к центру защиты чуть ли не последний…!

— Хейст, падай! — я повалился на землю быстрее, чем осознал сами слова.

Кричавший, один из знакомых охранников, вышедший сзади из-за повозки, прервался. Звук пронзённой плоти чуть не заставил меня замереть. Едва повернувшись — пришлось дёргаться в сторону! Меня чуть не придавил труп убитого бандита!

Не чувствуя крови на лице, не чувствуя запаха — поднял руку подавшему ладонь мужику. Меня резко подняли на ноги, подтолкнув вперёд.

— Щиты! Замкнуть круг! — голос Кригера пробился сквозь удары мечей и звон стали.

Меня, едва ли пришедшего в себя, затянули за защиту образовавшейся стены щитов.

Всполохи света на мгновение осветили бой, разразившийся у края лагеря — некоторые, похоже не успели. Враги, словно тени, метались среди повозок, стараясь найти слабое место. Гибкие фигуры, вооружённые короткими мечами и лёгкими щитами. Разбойники. Никакой дисциплины, только ярость и жажда наживы.

Я перебежал к ближайшей повозке, прижимаясь к её деревянным стенкам. Рука вообще не болела — от прилива адреналина всё, кроме паники исчезло.

Неожиданно осознал, что в руках всё ещё был лук. В колчане осталось пять стрел: остальные вывалились.

Лук натянут, стрела на тетиве. Панический вдох.

Перед глазами во тьме — хаос. Не разобрать кто есть кто: ор, удары стали о щиты, звон металла, стоны и истерические крики.

Дальний нападавший, непонятная фигура во тьме, явно ищущая путь на «фронт». Щелчок тетивы — и стрела пропала в ночи. Он не упал, а я тут же нырнул обратно в укрытие, выхватывая новую стрелу.

— Малец! — рявкнул Трам, замечая меня, — Стреляй в того!

Я кивнул, хотя он вряд ли это заметил, и лишь потом нашёл глазами крупного разбойника, что орал что-то за спинами своих, очевидно, подчинённых. Начавшийся за его спиной пожар — горела одна из наших повозок! — неожиданно удобно подсветил его силует.

Я снова ставлю ногу на выступающую часть впереди кареты торгаша, поднимаясь над нашим строем.

Первая стрела нашла цель, и разбойник рухнул, схватившись за живот. Вторая снова прошла мимо, как и самая первая.

Свист, стук над головой — и я ныряю.

— Блять! — ругательство на русском вылетело изо рта само собой.

Какой-то меткий лучник посадил стрелу прямо рядом с моей головой.

Я снова поднялся. Предпоследняя стрела прошла мимо. Услышав свист, подбежавший к, видимо, начальнику, бандит обернулся, но было уже поздно — стрела пробила его бедро.

— Задание выполнено, сопляк, — буркнул Кригер, отмахиваясь от крови на мече. — Держись поближе к лагерю.

Он вроде сломал копьё…

Чего…?

Когда это разбойники отступили?

Я стоял на том же месте, откуда стрелял. Наши охранники уже суетились, туша пожар. Лес проглотил фигуры бандитов, оставив за собой лишь трупы и пару стонущих тел на земле.

Я привалился к ближайшей повозке, не выпуская лук из рук. Сердце всё ещё гулко стучало, хотя бой, похоже, уже закончился.

— Хорошо сработано, — услышал я за спиной. Обернулся и увидел Хандлера в металлической кирасе да при шлеме, опирающегося на копьё. Его