Попаданкам не изменяют, дорогой дракон, или Замуж за истинного - Ева Кофей

моём гардеробе должно быть что-то приличное на твой вкус. Полагаю, ты можешь выбрать что-то оттуда? Только, пожалуйста, попроще… А то принц и сам не против нарушить приличия…

Тут он спорить не решается.

И будто с желанием меня успокоить говорит:

— Это ведь хорошо, что он остался. Он так никогда раньше не делал, насколько я знаю.

— Ах, какая честь, — отзываюсь я.

Не понимая сарказма, бедняга кивает и хлопает в ладоши.

— Это всё моё платье… — слышу я его восторженный голос в коридоре. — Оно помогло принцессе вернуть прежнюю страсть!

Чувствую, будет весело — думается мне.

— Весело, — ехидно вторит моим мыслям Алиса. — Как тебе твой наречённый?

— Ну…

— Можешь начать прихорашиваться. Вы уже начинаете чувствовать зов истинности. Он придёт к тебе в спальню этой ночью. И уже не сможет выбирать других.

Я закрываю дверь поплотнее и подхожу к ней.

— Истинность не повод для…

Но — что ж ты будешь делать! — меня снова прерывают. В комнату, постучавшись для проформы, залетает темноволосая женщина в сером платье с белым передником. Скорее всего служанка.

— Простите, что так долго! — оттарабанивает она, помешивая в чаше какую-то больно вонючую смесь.

— Я уже и забыла про тебя, — стараюсь казаться непринуждённой… хотя, может, наоборот надо злиться? — Что там такое?

— Как же!

Женщина ставит чашу на стол рядом с книгой. Той едва ли очень приятно.

— Я сделала нужный оттенок! Принц уже был здесь? Ах, какая досада! Но ничего… он же останется на ужин? Вы появитесь перед ним с новой причёской и цветом. Это тот самый цвет! Чёрный с фиолетовым отливом…

Я бросаю взгляд на себя в зеркало. Мягкие, золотисто-карамельные локоны… Перекраситься? Да никогда!

Поправляю свои новые чудесные локоны, тем более что после драконьих лап это вовсе не жест только ради того, чтобы показать моё волнение — или как там обычно бывает в книгах?

Чудовище и вправду своими приставаниями обеспечил мне несколько неряшливый видок.

— А знаешь… — произношу легко, — я передумала. Не надо мне никакой краски на волосах. Убери это, пожалуйста.

Женщина таращит на меня глаза. У неё кожа цвета пергамента, желтовато-коричневатая. И всё равно ещё как заметно, что она бледнеет.

Эта прислуга в новом мире, видно, взялась меня шантажировать! Пугаются, расстраиваются… и приходится потакать! А я, между прочим, принцесса. Вроде.

Надо как можно скорее всё узнать. Всех выпроводить и остаться с Алисой в интимной обстановке.

Как говорится, по одному смутьяну за раз.

(Да ладно, никто так не говорит, это я сама придумала…)

— Ваше Высочество, принцесса Виктория, но ведь… госпожа Элинор несколько суток назад перекрасилась именно в этот цвет! Вы даже наняли своего человека, чтобы он убедился в этом, — тут она понижает голос, видно, это какой-то секрет. Из чего я делаю вывод, что с этой женщиной у принцессы были более или менее доверительные отношения. Ясно, запомним, намотаем на ус. — Что-то изменилось? Она вновь сменила причёску? Но так быстро… Ведь это очень вредно для волос…

— Нет, точнее, не знаю насчёт госпожи Элинор, но я хочу оставить всё как есть. Это ведь мой естественный цвет волос? Он мне нравится.

Да, я, конечно, сама беспалевность.

Не знаю даже, какой у принцессы настоящий цвет волос.

Но женщина так возбуждена новой информацией, что будто и не замечает моих маленьких странностей.

— Да-да, конечно, мы ведь вывели белую краску, с юга она такая стойкая, просто ужас… Целый месяц отваров, чтобы привести ваши кудри в порядок и подготовить к покраске перед парадом. Ох, и хлопот же было и будет… Неужели всё зря? Принцу ведь не нравится ваш цвет.

В отличие от остальных, она не смущается. Значит, слышала это от самой принцессы.

Я сажусь в кресло напротив зеркала и даю себе несколько мгновений, чтобы всё хорошенько обдумать. Вспомнить поведение остальных слуг и их слова.

Судя по всему, принцесса и принц официально в браке и должны играть свои роли перед народом и появляться на всяких официальных мероприятиях вместе. Но на самом деле каждый уже давно живёт своей жизнью. У Виктории есть фавориты, у Ричарда фаворитки. И все довольны. За тем исключением, что принцесса судя по словам дракона, переступает границы.

Что ж… вся эта ситуация довольно хороша для меня. По крайней мере, я не встала на место женщины, которую Ричард любил, по которой бы ужасно скучал. Хочется надеяться на это. И тогда, может, я смогу со спокойной душой действительно подумать о нём и этой… как её? Нашей связи.

Хотя если вспомнить радость Гарольда оттого, что дракон остаётся на ужин… И его уверенность в том, что я буду рада этому… то есть Виктория будет рада, можно сделать следующий вывод — принцесса пыталась вернуть расположение своего мужа.

И краситься собиралась, видно, потому что надеялась ему понравиться.

Бедняжка. Разве она не понимала, что под мужчину ни в коем случае нельзя прогибаться? Пусть любит такой, какая есть и не вы… и не драконится!

Тем более что она действительно очень красивая. И если Ричарду облик принцессы не по нраву, то это только его проблемы! Проблемы с головой!

— Вам грустно? — видимо, моё молчание затягивается.

Я поднимаю глаза на довольно приятную женщину и улыбаюсь ей.

— Просто думаю, как бы… понравиться Ричарду.

Чёрта с два! Говорю это только потому, что хочу проверить свою догадку.

Да, женщина нисколько не удивляется. Надо будет как-то узнать её имя и вообще имена всех, кого принцесса должна знать. Интересно, такая информация входит в пакет услуг Алисы?

— Так ведь ему нравятся холодные дамы из королевского круга… Может быть, вам всё же вновь попробовать вернуться в столицу? Там вы будете видеться чаще. И вы сможете брать пример с его фавориток.

Я открываю рот. Но слова как-то не идут.

— Я имею в виду — наряды, стиль… И, конечно, там он будет ревностнее относиться насчёт ваших любовников. Конечно, вас сослали сюда… Но ведь можно что-нибудь придумать.

Она ободряюще кладёт тёплую ладонь на моё плечо.

— Рано или поздно всё получится. Вы сможете поступить с ним так же, как он поступил с вами, Ваше Высочество. Небо Эсмара справедливо. Богиня всё видит.

Кожу кусает холодная дрожь. Становится не по себе.

— Как он по-твоему поступил со мной? — спрашиваю так, будто просто хочу услышать это