Кровь волка (СИ) - Дамиров Рафаэль

Безмолвный лазурный океан плещет о борт двхумачтового парусника. Изумрудная вода под лучами утреннего солнца просматривается на многие метры в глубину. Необъятная гладь простирается до горизонта, словно истинная бесконечность. И так — дни, годы, столетия, вечность. Мы рождаемся и умираем; человек уходит, а океан остается.Крики чаек стихли еще неделю назад, когда корабль далеко отошел от берегов королевства. Вот ужу вторую недели мы с Гертом жили на судне, идущему к Арабскому материку.— Какой он огромный! Конца и края нет! — восхищался Герт океаном, свесившись через борт. — Если он захочет нас проглотить и разверзнет пасть, ему даже напрягаться не придется.— Смотри не упади, там могут быть акулы! — улыбнулся я.— Рыбы зубастые что ли? Да они не больше сапога.— Это у берегов королевств акулы маленькие, а вообще они вырастают до размеров коня.Герт отпрянул от борта, вытирая рукавом бледный лоб:— Сколько нам еще болтаться? Уже и пища не лезет от постоянной качки…— Потерпи, чуть больше двух недель осталось.Зазвенел корабельный колокол.— Обед? — Герт приподнял брови и вытаращил глаза. — Рано же еще…На палубе забегали арабы, что-то выкрикивая на своем родном языке.— Что случилось? — Герт завертел головой.Я давно успел освоить язык иноземцем с помощью красного камня, но пока держал это в тайне от них.— Они говорят, — стал переводить я шепотом. — Что близок Ачар. — Это еще кто?— Кто-то кого они боятся. Видишь буруны? — ткнул я пальцем влево от корабля. — В воде явно кто-то есть…Арабы высыпали на палубу, хватая копья, багры и сети. Судно распустило все имеющиеся паруса и вильнуло в сторону от водных барханов. Но гребень развернулся и настырно пошел за парусником. Арабы загалдели, что-то горячо обсуждая. Из-за трепета парусов и шума волн я различал лишь отдельные фразы: “Нам не уйти!”, “Ачар близко!”, “Рабов за борт!”, “Пусть сожрет!”.— О чем они? — встревожился Герт, вытаскивая из ножен меч. — Сам не пойму, но нас кто-то преследует.— Акулы?— Акулы кораблю не страшны. Может здесь они другие?Парусник разогнался до максимальной скорости, но подводный преследователь легко обогнул корабль и ударил снизу.Бух! Сильнейший удар чуть не перевернул судно и не переломил мачты. Затрещали борта, заскрипели шпангоуты. Парусник пытался вырваться из невидимых объятий но через мгновение встал. — Спуститесь вниз! — к нам подбежал Ахиб, сжимая в руках ятаганы. — Здесь опасно!— Чем мы можем помочь? — спросил я, нащупывая рукой молот.— Не путайтесь под ногами!Бух! Новый удар накренил судно. Стоны деревянных балок смешались с криками людей.— Пошли вниз! — Герт дернул меня за рукав.— Тебе не интересно кто на нас напал?— Рыбина наверное, я воин, а не рыбак! С морскими тварями бороться не обучен!— Настоящий воин бьет врага в любом обличье!— О боги! — Герт вытаращил глаза, тыча пальцем в нечто у меня за спиной. — Смотри!Я обернулся и похолодел. Гигантские щупальца обвили корму, пробираясь на палубу. Тридцатиметровое судно на миг показалось утлым суденышком в лапах чудовища.Ачар! Ачар!!! — блажили арабы, тыкая баграми в щупальца.Парусник стонал и качался. Из глубины показалась голова чудовища. Твою мать! Гигантский кальмар размером с грузовик смотрел на меня огромными глазищами. Тварь накинула кольца на одного из ближних воинов, мгновенно затолкав его себе в пасть. Герт отскочил назад, выставив вперед меч.— Бери копье! — Если взберется на палубу — нам конец! — крикнул я и бросился на помощь корабельной команде.Воины тыкали тварь баграми, но щупальца успели смести за борт еще двоих. Обратившись в первача, я сходу ударил молотом по мерзкой длани. Присоски лопнули, выпуская скользкую жижу. Я пригнулся, уворачиваясь от удара шипов другого щупальца. Кальмар наседал, взбираясь все выше. Я отбросил молот и выпустил когти. Укрываясь за оборванными парусами, я пробирался к чудовищу. Вот рухнула мачта, придавив одного из воинов. Люди отступали, щетинясь копьями. Герт бил багром по шипам и присоскам.— Бейте по глазам! — заорал я.Несколько копий взметнувшись вверх, впились в голову чудовища. Но до глаз не достали. Плохо дело! Уже несколько человек погибло…Вот до монстра осталось несколько метров. Я выскочил из укрытия и рванул вперед. Прыжок! И вот уже, вцепившись когтями в скользкое тело, я кромсаю его кинжалом — что слону дробина. Увернувшись от колец с шипами, я пробирался к глазам чудовища. Воодушевленные моей храбростью, арабы поднажали. Еще один из-них проглочен. Вот и глаз! Размером со сковороду! Хрясь! И кинжал ушел в “желе” по самую рукоять. Глаз лопнул обдав меня мерзкой жижей. Монстр дернулся, пытаясь схватить меня щупальцами. Я перекатился по его телу, очутившись с другой стороны, чуть не свалившись в воду.— Отвлекайте тварь! — заорал я, пробираясь ко второму глазу.Крики и беготня на палубе усилились. Где-то мелькала фигура Ахиба. Он ловко уворачивался от шипов, кроша их ятаганами.До второго глаза метр, я с трудом держался на скользкой туше. Ближе… Ближе… Замах! Но тварь накинула на меня кольца и стиснула до хруста костей. Ребра лопнули, проколов легкие. Кровь хлынула изо рта. Из последних сил я кромсал обвивший меня щупалец. Чудовище оторвало меня от себя и потащило в пасть. Писец! Принять смерть от моллюска! Переломы ослабили Люпуса. Удары кинжалом становились все реже. Вдруг, белая фигура скользнула рядом. Ахиб! Вскочив на голову монстра, он полосовал его клинками. Кальмар выпустил меня и переключился на араба. Я грохнулся на скользкое тело, уцепившись за мантию твари. Переломы срастались. Ударом щупальца тварь сбила Ахиба в воду. Тот глубоко нырнул, прячась от смертельных присосок. Я полз словно клещ, пробираясь к глазу. Чудовище на миг забыло обо мне, отбиваясь от копий и багров.На несколько щупалец удалось накинуть рыболовные сети. Это замедлило тварь. Балансируя, я встал на скользком теле. Замах кинжалом. Прыжок! Удар! И второй глаз лопнул, разбрызгивая содержимое. Тварь замотала головой. Щупальца отпустили корабль и поползли в морскую пучину. Монстр сполз в воду и скрылся в глубине, оставляя мутные потоки слизи.Мне и Ахибу бросили веревку. Его изящные ятаганы утонули. Я сумел сохранить верный мне кинжал, вцепившись в рукоять мертвой хваткой. Измученных нас выволокли на палубу. Мы грохнулись на дощатый пол не в силах встать на ноги. Кости мои еще срастались. Вокруг сновали арабы. Мелькнула улыбающаяся рыжая физиономия.Какое голубое бездонное небо… Как хорошо жить…***

Глава 5

Ачар унес жизни семерых воинов. Еще трое арабов слегли с переломами. Старик Мансур не отходил от раненных, отпаивая их какими-то травами и настойками. Вероятно, кроме должности советника при эмире, старик еще был его личным лекарем. Сам Ахиб отделался порезами и ушибами.

Корабль лениво покачивался на якоре. На палубе кипела работа по восстановлению поваленной грот-мачты и сорванных парусов. Словно обезьяны, арабы сновали вверх и вниз по канатам оснастки, крепя такелаж и натягивая белоснежные полотнища.

Вечернее солнце на горизонте с шипением погружалось в воды океана. Могучая стихия, казалось, мирно дремлет. Или усыпляет бдительность? Сколько монстров она таит еще в бескрайних водах? Таких кальмаров в моем мире нет. А крабы здесь тоже гиганты? Не хочется об этом даже думать. Если так, то броня у них будет, как у танка. Прочь пессимизм... Я не из тех людей, кто лучшие свои годы проводит в ожидании худших времен. Я сейчас, как этот океан… Спокоен и умиротворен. Но как и он, я не знаю, что ждет меня завтра: шторм или штиль, гроза или солнце. Но в одном я уверен — я должен жить и выживать. Ради сына, друзей, близких и просто ради себя…

Мы с Гертом стояли на палубе, наблюдая за закатом. Сзади скрипнули доски. Шагов мягкой поступи не слышно. Я обернулся. Испещренный порезами и синяками Ахиб встал рядом:

— Это самый большой Ачар, которого я встречал. Спасибо, Молот, за помощь… Без тебя мы бы погибли.

— Ну и без твоей команды я бы не справился. А ты спас меня.

Мы пожали руки.

— Скоро ужин, — улыбнулся Ахиб и удалился проверять ремонтные работы на палубе.