Лишний свиток - Антон Чернов

на груди. И морду состроил противную, и нос задрал повыше. А нехрен всяким дохлым призракам!

— И слышишь… это хорошо, — продолжал шелестеть дохлятина. — Дух предков я, придурок. И ты — знаешь, что и кто это! — протянул он призрачную лапу в мою сторону.

— Сам придурок, — отрезал я. — А ты что, у меня в башке копаешься? — возмутился я.

— Естественно, я же дух-предок, — отмахнулась дохлятина.

— Слушай, душевный папаша, — призадумался я. — А ты мне поможешь? Или хотя бы расскажешь?

— Не стоило бы, — заговнилась мертвечина. — Но подохнешь же, при…

— Хорош, а то тоже начну.

— Ладно, даэдра с тобой. А как тебя называть то, “потомок”? — очень ехидно прошелестел призрак.

— А чёрт его знает… не помню, — ошарашено уставился я на него.

— И я не узнал, — признал призрак. — Проклятый Дом Скорби… Ну да ладно, разберёмся. Давай поговорим, а потом найдём твоё имя.

— Ну, давай, — осторожно произнёс я, оглядываясь.

Вроде толп зевак вокруг не наблюдалось, и на мою беседу с дохлым призраком не любовались. Так что поговорить можно. А вообще — нужно!

2. Разговор с предком

И, для начала, дохлый призрак скелета представился. Был это Анас Фир, живший несколько сотен лет (сколько точно — мертвечина сама затруднялась сказать) назад. Маг и колдун. Причём “колдун” — это ни хрена не просто обозначение магического колдунца. Это — использующий конкретную школу магии, колдовство. Призыв даэдра и предметов из этого их обливиона, как назывался “даэдраический план”. И некромаг, оживитель трупов всяческих.

Причём, мне, как обычно, повезло — в духи предков мне достался некрохрыч! Причём злостный и ехидный, сволочь такая! Хотя, по мере рассказа, я ему часть сволочизма милостиво простил — нежизнь у типа была не сахар.

— Так я и оказался в Скайриме, прид… родственничик, — заключил рассказ о некромантии Анас.

— И на кой фиг — я не понимаю, — отрезал я. — В Морровинде, вроде как, колдовство — уважаемое и не запретное направление. А норды тоже, вроде как, колдунов, а тем более некромагов, не любят.

— Да сейчаз, щщщенок! Не любят, как же! В твоей дурацкой бестолковке, — изобразил дохлятина стук призрачным кулаком мне по вместилищу ума, — есть понимание, кто такие драугры?!

— Эм… ну да, — задумался я. — И что?

— А то, не слишком умный оберегаемый, что в Скайриме было знание того, что МНЕ нужно! А в Морровинде, — передёрнул призрачный скелет призрачными плечами, — меня бы точно казнили. Не родичи, так даэдра.

— А чего это тебе такое нужно было? — всерьёз заинтересовался я.

— Возможность остаться в Нирне после смерти, конечно, — заносчиво ответствовал он.

— А нахрена? — озадачился я.

— Ты дебил? — как-то умудрился изобразить черепом лица ОЧЕНЬ раздражающее снисхождение мертвечина.

— Сам дебил! Хорош, блин, обзываться! И будьте любезны, многоуважаемый предок, ответить на вопрос, пока я вас на… много куда не послал. Я могу, — предупредил я.

— Знаю, что можешь, — признала мертвечина. — Но вопрос — дурацкий. Души попадают в Обливион!

— И во владения всяких там даэдра и аэдра… и в этот, блин, как его… ну у нордов, Вальгалла вроде…

— Совнгард, бал… ну да ладно, я тебя понял. И ты меня. Да, туда. Вот только там…

И начал он рассказывать. И как-то посмертия всякие там даэдры и прочие личности обеспечивали… ну не слишком приятные. Даже “положительные”. Причём положительные они были в плане “положить на всех болт”. А которые не положили — клали на всех не болт, а пыточные приспособления и прочие веселые предметы. В общем, максимум, что ждёт души — вечный мордобой, вечная охота и прочее подобное. Боэтия, специальный “добрый” бог-даэдра — звиздец какой-то! Аспект — “интриги, подлые убийства, заговоры”, хотя это было атрибутом, в разной степени, всех даэдраических принцев. Так вот, в его плане рекрутированные души данмеров этим занимались вечность, друг с другом, добровольно-принудительно. В общем, с чего Фир не хотел в Обливион — я понял. И проникся.

А в Морровинде всякое колдунство полезно и почитаемо. Но вот уйти из ряда “предков”, в смысле помереть и не служить — нехорошо и наказуемо принудительным “на службу”. Причём, как подметил дух — не только и не столько данмерами. Хотя, если узнают, то и ими. Но в основном — даэдрами. Пришлют Золотого Святого, а то и Лорда, тот незадачливого “уклониста” и пристукнет. Мобилизует, так сказать, принудительно.

А вот у нордов как раз была развитая ШКОЛА привязки души к мёртвому телу. Кстати, к упырям, которые вампиры, предок относился крайне отрицательно. И вообще, и в плане их нежизни — мол, вечные страдания и жажда. Драугром лучше. И учитывая, что он таки был драугром — я склонен Фиру верить. Раз пробовал, то хоть частично знает, о чём говорит.

Так вот, направился Фир в Скайрим, провёл там почти сотню лет. Изучал всякие способы драугризации, методы драконьих жрецов. И залип, как я понял, на двемерах. Этаких вроде как гномах, которые хрен знает, как выглядят, потому что исчезли.

— Но живой двемер из твоих воспоминаний — это ОЧЕНЬ интересно, — аж подпрыгивал призрак. — Жаль, что картинка дрянная, да и не помнишь ты ни скампа…

— Простите-извините, — огрызнулся я. — Кто знал-то?

— Да уж, кто знал, — прошелестел Фир.

— Слушай, а тебя там другой Мир и прочее — не удивляет? — заинтересовался я.

— Чему там удивляться, — отмахнулся призрак. — Ещё один план.

И тут до меня дошло. Именно миропонимание жителей Нирна, а не мои представления. Они живут в Мире, пусть и ограниченного одной планетой, но гораздо обширнее и неограниченнее нашего! Не в плане “везде бывали”, конечно: чёрта с два в средневековье попутешествуешь, например.

В только для них “множественность Миров” — не мечта и фантастическое допущение. А реальный факт, данный в ощущениях, уровня тяготения. Много миров есть, есть конкретные доказательства на пощупать этого.

А что они называются “планами” — так это ничего не меняет. И для Фира был… занятен новый план Обливиона. Интересна история ЕГО Мира, потому что часть деталей из игр он просто не знал, ну и сетовал, что я такой не игроман.

Для него, в моём Мире, нет