Ты волшебник, Гарри! - Сергей Викторович Вишневский

и Лариса растеряно спросила:

— Один, два, три, четыре и пароль?

— А ты не безнадежна, — хмыкнул парень и добавил: — Только там еще и пятерка после четверки.

Закрыв крышку и защелкнув крепежи, он вручил коробку бухгалтеру.

— Прошу. Пользуйтесь на здоровье.

— Петь, а когда мне его возвращать? Сроки там или...

— Это списанное барахло.

— В смысле?

— В прямом. Я главному отчет сегодня отнёс. Эти стеллажи списаны. Тут ничего живого нету. Только так, по отдельным частям. А из-за этих имперских закупок у нас взаимозаменяемости на семнадцать процентов.

— Понятно, — вздохнула Лариса. — Ладно. Спасибо тебе большое.

— Пожалуйста, — махнул рукой парень и поплёлся к своему креслу с монитором. — Кстати, ты Филипенко увидишь — напомни ей, что она у меня десятку занимала до зарплаты.

— Катя? Так она с этой недели в декрете.

— Чего? Как в декрете? — вскинул брови парень. — Хотя, судя по тому, что про нее говорят — не удивительно.

— И что про неё говорят? — нахмурилась бухгалтер, поставив стальную коробку на стол.

— Говорят ша... Поведение у неё лёгкое.

— В смысле?

Парень тяжело вздохнул, оглядел женщину и, усевшись в кресло, спрятался за монитором.

— Я знаю троих, что, вроде как, с ней спали и обсуждали её татуировку в паху, — ответил наконец парень. — Ну, и слухи ходят, что она тут много с кем...

— Мда? Может, и про меня слухи ходят? — сложила на груди руки женщина.

— Нет. Ничего такого. Так, мол, трудоголик и трое детей. Вот и пашешь, — не вылезая из-за монитора, ответил Пётр.

— Один, — ответила Лариса.

— Что?

— Ребёнок у меня один. Просто так сложилось, что долгов много, и ему скоро в школу. Хорошая школа — это дорого. Вот и работаю на износ, — ответила женщина и взяла ящик в руки. Она уже собралась уходить, но остановилась и повернулась к парню, что высунулся из-за монитора. — Знаешь, про тебя тоже слухи ходят.

— Что я задрот компьютерный?

— Нет. Это и так всем понятно. Говорят, что ты с мужчинами любишь, а пару раз я слышала версию, что у тебя секс-робот дома есть. Вот ты к нашим девочкам и не подкатываешь.

— Чушь какая, — буркнул парень и спрятался за монитором.

— И не говори. Что только люди не напридумывают, — кивнула Лариса и вышла из кабинета.

Парень же откинулся в кресле, пару секунд слушал удаляющиеся шаги главного бухгалтера, а затем поднялся. Пройдясь по своей каморке, он резко рванул к двери и выскочил в длинный коридор.

— Ларис!

Женщина обернулась.

— Может, сходим как-нибудь, попьем кофе?

— Мне к завтрашнему дню переделать отчет за квартал надо, — хмыкнула она.

— Ну, тогда послезавтра... или завтра... — смутился парень.

— А не боишься, что слухи окажутся правдой, и у меня трое детей? — приподняла одну бровь главный бухгалтер.

— Нет.

— Тогда завтра после обеда, — кивнула Лариса и отправилась дальше по коридору, не видя, как покраснел Петр, и затряслись его руки.

Он и не думал уходить, а Лариса уже подошла к лестнице, как вдруг её осенила мысль.

— Петя, а что за отчет ты сегодня подал главному?

— Так... этот... на списание оборудования. Он еще обложил меня трехэтажным за то, что заявку поздно сдал, и нам в следующем квартале денег на железо не дадут. Потом еще долго звонил куда-то, договаривался. Премии лишил, черт лысый...

Лариса развернулась и направилась обратно к парню. Лицо было бесстрастным и спокойным, но когда она подошла, на нём появилась лёгкая улыбка.

— Петя...

— Что, — сделал шаг назад местный сисадмин, кожой чувствуя, что эта улыбка напрочь фальшивая. — Ты это...

— Петенька... я тебя убью... — прошептала Лариса, глядя ему в глаза.

— А я чего? Я же ничего не сделал, — сделал ещё шаг назад парень.

— Петенька, сукин ты сын... какого... — прошептала главный бухгалтер с глазами полными ненависти.

***

— Ну, я это... — пробормотал Пётр и передал в руки женщины собранный компьютер. — Я пойду.

Лариса приняла стальную коробку и кивнула. Парень замер в нерешительности, но затем спросил:

— Слушай, а у тебя сын или дочь?

— Сын. Гарри, — ответила женщина.

— Красивое имя, — кивнул Петр и потёр до сих пор красную щеку, на которой был слабо различимый след от пощечины.

— Прости, нервы. Не каждый раз попадаешь на полную переделку отчета... Да и за волосы прости.

Парень хмыкнул и, почесав свою лохматую шевелюру, махнул рукой.

— Да, ладно... бывает.

— Спасибо, что помог донести, — кивнула Лариса.

— Как будто у меня был выбор, — вжал голову в плечи парень и с опаской взглянул на главного бухгалтера.

— Прости ещё раз, — смутилась теперь уже женщина. — Я в последнее время слишком много работала.

Парень кивнул, после чего пожал плечами и произнёс:

— Ну, я пошёл.

— До завтра, — кивнула Лариса и направилась к подъеду пятиэтажки.

— Ларис! — раздался голос у неё за спиной. — А кофе в силе?

— Всё в силе, — кивнула женщина и с легкой улыбкой вошла в подъезд.

Улыбка не сходила с ее губ, пока она поднималась на лифте и не сходила, когда она открывала дверь, чтобы порадовать своего сына ранним приходом.

Однако улыбка застыла на ее лице, а глаза расширились, когда она заглянула в комнату.

На полу ровными колоннами маршировали тараканы. В каждой колонне пять десятков усатых насекомых. Колонны — три штуки. И все они лапка в лапку шагали в сторону кухни.

Гарри, ее сын, до школы которого оставалось всего два месяца, стоял чуть в стороне и мотал головой вверх-вниз. При этом левая рука была вытянута и изображала какой-то аккорд, а правая тряслась в районе таза.

— Литс! — прохрипел он не своим голосом и начал притопывать, изображая марш. — Литс ту драй фиар...

— Гарри... — растеряно произнесла Лариса, чуть не выронив компьютер из рук. — Гарри... что... что происходит?

Мальчишка замер и поднял взгляд на мать, затем опустил его на замерших тараканов с поднятой лапкой.

Он опустил руки, затем выпрямился, сложил их за спиной и стараясь держаться уверенно произнёс:

— Все нормально, мама. Я волшебник.