Новая жизнь Смертопряда. Том 1 - Кирилл Смородин

Ознакомительный фрагмент

Нужно брать ситуацию в свои руки. Срочно. Немедленно. Но как? Будь со мной моя сила, эта мразь уже бы валялась парализованной, с вывернутыми назад коленями. Но в нынешних условиях я смогу одолеть парня лишь в честном спарринге. Возможностей для которого нет. Тот вооружен, у него живой щит в виде насмерть перепуганной женщины, а я дрищеватый шестнадцатилетний пацан, способный использовать магию только на самом себе. У меня нет ничего, что могло бы быть опасным. Или же… есть?..

Та черная сила, которую я «отфильтровывал». Сегодняшним утром я хорошенько ее изучил. Просто развеять эту ауру нельзя, как и отпустить в свободное плавание, но вот направить на какой-нибудь объект… Такое вполне возможно.

— Я предлагаю тебе наилучший вариант, поверь, — продолжал маг. — Просто убери автомат и сдайся.

Неужели этот лощеный кретин не понимает, что разговоры бесполезны? Почему бездействует? Его магии что, хватает только на защиту? Нахрена тогда он вообще здесь нужен? Обо всем этом я думал, начиная осторожно работать со скопившейся вокруг меня «грязной» аурой.

Та словно приклеилась ко мне. И отпускала крайне неохотно. Однако постепенно, сантиметр за сантиметром, я освобождался. А потом, сосредоточившись на трясущемся вооруженном ублюдке, скомандовал отцепившейся от меня силе «фас».

Расстояние было невелико, «грязная» аура нуждалась в новом приюте, а потому все случилось буквально за мгновение.

Едва сила влилась в парня, как тот замер. Автомат выпал из ослабевшей руки и грохнулся на пол. Алиса среагировала тут же, с визгом рванув в сторону.

Умница.

Ну а несостоявшийся террорист буквально рухнул на колени. Стал хрипеть и трястись, остервенело мотая лохматой башкой. Темная сила вовсю пировала у него внутри.

Маг и бойцы наконец-то опомнились, и спустя несколько секунд парень уже лежал на животе с заломленными руками. Только все это было уже не нужно, потому что… Ну а какой смысл делать что-то с тем, кто уже умер?

Я поднялся и кинулся к Алисе, поспешил обнять ее. Женщину трясло, по щекам текли слезы.

— Тише… мам, — зашептал я, начиная гладить ее по голове. — Все уже кончилось. Страшное позади, сейчас все хорошо.

В палате появились еще несколько бойцов и людей в штатском. Позади них я увидел бледного как смерть Сан Саныча.

— Что здесь? — спросил один из них. Явно главный. Пожилой и широкоплечий, он слегка вспотел и очень нехорошо щурился. Вот уж кто-кто, а этот тип явно не стал бы тратить время на переговоры.

— Да непонятное… что-то… — принялся объяснять полный маг. Он убрал с себя и здоровяков защитные чары, и я увидел, что ему лет двадцать пять от силы. Глаза бегали, мышцы лица подергивались. Ну, все ясно: пухляша можно поздравить с первым заданием по освобождению заложников. Которое он просрал самым блестящим образом. От мысли, что жизнь Алисы какое-то время зависела от этого отъевшегося мудака, у меня зачесались кулаки. — Я вступил в переговоры. Он, — кивок на труп, — начал огрызаться, угрожать, что всех убьет. А потом… Потом он просто замер, выронил оружие и упал. И вот. Мертв.

— Хм, — пожилой подошел к мертвецу, опустился на корточки. Все еще щурясь, лизнул нижнюю губу, и было в этом движении… что-то змеиное. — Интересно.

Я напрягся. Маг вполне может почувствовать «грязь», которая убила парня, если та не исчезла, сожрав его изнутри. А исчезла она или нет — этого я не знал. Но очень надеялся на первый вариант, иначе у этого внимательного товарища могут возникнуть вопросы.

— Разрешите предположение, — вновь заговорил пухлый недомаг.

— Ну давай, — равнодушно ответил пожилой, продолжая изучать труп. Ох, не нравится мне его внимательность…

— Думаю, я не ошибусь, если скажу, что этот отморозок — наркоман.

— Не ошибешься. И этот парень, и все, кого мы ликвидировали в других частях больницы, любили… — очень нехорошая усмешка, — покайфовать.

— Ну и вот… Скорее всего у него началась ломка. Плюс стресс из-за происходящего. Уверен, раньше он никогда не брал в руки автомат и не захватывал больницу. Парень явно был на взводе. Поэтому, когда я применил силу для обездвиживания, его сердце не выдержало.

Чего-чего?.. Я почувствовал, как мои собственные брови поползли вверх.

— Так ты переговоры вел или магию использовал? — пожилой был удивлен не меньше моего. Даже повернулся и окинул пухлого очень проницательным взглядом. — Определись уже.

— И то, и другое, — ага, сука, и можно без хлеба. — Сначала пытался уладить дело миром. Потом, когда понял, что бесполезно, решил обездвижить. А учитывая, что этот негодяй наверняка принимал какую-нибудь замешанную на магии дрянь… В общем, получилось вот так. Моя магия сработала иначе, чем должна была.

— Хм. Ну, возможно, все так и было, — маг наконец поднялся и окинул собравшихся внимательным взглядом. Повезло, что мы с Алисой стояли, загороженные одним из бойцов. — Что же, нам здесь больше делать нечего. Можно приступать к уборке.

На Сан Саныча было жалко смотреть, врач едва не плакал. Впрочем, ничего удивительного. Сначала в больницу заявились отморозки-наркоманы с оружием, затем силовики с магами. И вся эта чудная компания устроила в отделении локальный апокалипсис. Часть оборудования в кашу, почти все окна выбиты, а на дворе, между прочим, середина октября. Чтобы привести свою вотчину в божеский вид, Сан Санычу придется потрудиться. Плюс не забываем о шоке его пациентов, и с этим тоже придется разбираться врачу.

— Ну, Илья, — сказал он, когда мы с Алисой уже были готовы покинуть больницу, — будь здоров. Чудо, что ты выкарабкался. Да еще так быстро. И будь добр, не попадай больше в такие истории.

Я в ответ кивнул, заверил, что буду осторожен, и вслед за Алисой наконец-то вышел под холодное осеннее небо. Женщина, кстати, держалась великолепно, хотя что у нее сейчас творится внутри — хрен знает.

Вскоре мы ехали в трамвае, готовом развалиться в любой момент. Я смотрел на серые безликие пятиэтажки, загаженные улицы, торопящихся по своим делам прохожих и старался вспомнить хоть что-то…

И память парня смилостивилась. Подсказала, что Илья с мамой живет в каком-то очень хреновом месте, которое оба ненавидели всей душой. Причем на самой окраине этого города-жопы. На жилье получше денег не хватало,