Кубок Канады 1989, часть вторая - Аристарх Риддер

встает Каменский — он стабильнее на вбрасываниях, чем Лукиянов, но для Гретцки легкая добыча.

Игра возобновляется, и с шайбой канадцы. Гиллис, получивший передачу от Гретцки, отдает на своего партнера по защите, Дюшена, а тот отправляет в среднюю зону Робитайла.

Люк очень быстрый и при этом техничный. Он, как будто бы, без проблем уходит со средней зоны, от Каменского, входит в нашу зону, делает небольшую паузу, а потом отдает назад, под бросок своего капитана. Гретцки уже готов завершать эту нехитрую двухходовочку, но не тут-то было.

Я поднимаю его клюшку своей, и шайба проскальзывает мимо канадца.

Выходит в среднюю зону, где ее тут же подхватывает Лукиянов. Игорь, как и Робитайл, секундами ранее, делает паузу, а потом отдает на противоположный фланг на Каменского.

Шайба чуть было не стала добычей Гиллиса, но, все-таки, Каменский ее получает и входит в чужую зону. Там следует еще одна продольная передача, с помощью которой шайба вернулась к Лукиянову, и Игорь в касание отправляет ее за канадские ворота.

Но не просто так. Это наша наигранная комбинация. Я, в момент передачи Каменского, обозначал борьбу на пятачке, и, вроде как, закрывал обзор Руа. И мои действия убедили канадцев, что Лукиянов бросит.

Поэтому передачу он отдает на свободную зону, а сам сразу же идет в центр чужой зоны.

На Лукиянова отвлекаются канадские защитники и один нападающий, а у меня появляется прекрасный адресат для передачи, Бякин.

Который опустился на дугу левого круга вбрасывания, в канадской зоне.

Я отдаю передачу, и Илья беспрепятственно бросает.

Руа выбрасывает вверх руку с ловушкой, но бросок слишком сильный, и шайба попадает в девятку канадских ворот! 2:1!

Первый период

Счёт 2:1, до перерыва 00:12

Рука главного арбитра поднята, и Ирбе бежит на нашу скамейку — отложенный штраф. Как только наш вратарь оказывается на скамейке, я выпрыгиваю на лед и на всех парах лечу в зону канадцев.

Там звено Федорова выводит на бросок Буре, но Паша, вместо того, чтобы самому завершать атаку, продлевает передачу, и шайба приходит ко мне. Канадцы этого не ожидали, и я совсем один.

Замах, щелчок, звон перекладины за спиной Руа, и божественный звук сирены! Есть третья шайба, и мы отрываемся в счете! 3:1!

* * *

Тихонов, как самый настоящий дирижер, руками показывает, что ему нужно наше внимание и тишина. В раздевалке моментально стихают все разговоры, и мы внимательно смотрим на нашего тренера.

— Ничего еще не кончено. Мы с вами уже много раз были в этой ситуации. И в роли преследователей, и в роли преследующих. Так что, сейчас нам нужно только одно. Вообще не думать о счете и просто играть. Играть внимательно и аккуратно. Но при этом, не трусить, а, наоборот, пользоваться теми преимуществами, что у нас есть. Хоккейного интеллекта у нас намного больше, чем у Канады. Об этом говорит то, как мы забросили свои шайбы. Что голевая передача Буре, после которой мы забросили третью, что вся комбинация при втором голе — это высший пилотаж. Вот так нам и нужно играть еще два периода. Внимательно, аккуратно, смело и умно.

Слова, конечно, правильные, но как их воплотить в жизнь? На другой стороне площадки не кисейные барышни, а сборная Канады в оптимальном составе. И она точно не хочет сегодня проигрывать.

* * *

Второй период

Счёт 3:1, до перерыва 13:21

Канадское большинство на этом турнире работает отлично. У них больше 28 процентов реализованных попыток, и когда нас на одного меньше, нужно играть максимально внимательно. Плюс, Канада еще и традиционно агрессивна на чужом пятачке.

Поэтому мы играем по схеме 1–3, где единичкой выступаю как раз я. За моей спиной наша первая пара Фетисов—Касатонов и Сергей Немчинов. Он очень хорош, как раз в оборонительных действиях, и на его долю приходится очень много игрового времени, при игре в меньшинстве.

Ну, а против нас лучшие канадские силы. Аж четыре центральных нападающих: Гретцки, Лемье, Айзерман, Мессье и Пол Коффи в роли единственного защитника.

Выбор Коффи не случаен. В регулярке он настрелял аж тридцать шайб и сделал 83 ассиста. Это недостижимый результат для большинства форвардов, а он — защитник!

И именно Коффи решается сейчас на бросок. Несмотря на то, что Пол достаточно скромный, по габаритам, щелчок у него чертовски сильный.

И я, в очередной раз, убеждаюсь в этом, когда ложусь под шайбу. Она попадает мне точно в правое запястье. Рука мгновенно загорается огнем. Ощущение такое, что мне ее, самым натуральным образом, полили расплавленным металлом. Отец рассказывал, что у них в литейке, у некоторых плавильщиков, есть развлечение — разрубать струю жидкого металла голой рукой. Мастерам этого дела ничего не бывает, но некоторым так не везет, что можно запросто получить серьезную травму. Вот у меня сейчас, наверное, такие же ощущения.

Но главное, что опасный бросок не доходит до наших ворот, а шайбу из под меня выгребает Касатонов, который выбрасывает ее из зоны. Можно сменится.

Добираюсь до скамейки и тут же попадаю в заботливые руки нашей медицины, которая уводит меня в подтрибунное помещение.

Доктору Нестеренко все становится понятно буквально сразу же.

— Перелом, — он дополняет диагноз ругательством. — Молодец, жонглер, допрыгался… — и еще одно ругательство.

— Да вроде бы уже и не болит почти, — отвечаю я. Это действительно так. Первоначальная боль прошла, и я почти ничего не чувствую. — Может вы мне руку замотаете, уколите что-нибудь и я продолжу?

— Как же ты меня достал Семенов! — Внезапно отвечает врач сборной и «Автомобилиста». — Вроде бы и здоровый ты, как бык, а постоянно что-то происходит. То зубы тебе выбьют, то ребра сломают. Ну или руку. Да не переживай, — тут же добавил он, — сейчас я все сделаю. Не хуже тебя понимаю, что ты нужен на льду.

В итоге Нестеренко провозился со мной до конца второго периода. Который наша сборная выиграла! Сразу