Чародейка для кота - Полина Краншевская

дверном проеме. Как же я соскучилась по ней! Бабуля сидела возле окна и с грустью смотрела во двор, где моросил мелкий осенний дождь, и дул стылый ветер. Седые волосы были убраны в аккуратный пучок, брюки и свитер – в идеальном состоянии, натруженные руки лежали на коленях, а лицо в морщинках оставалось сосредоточенным.

– Ба, – тихонько позвала ее, чтобы не напугать, – я вернулась.

Она резко обернулась, вытаращила на меня глаза и заплакала, не в силах справиться с собой.

– Жива! – только и смогла она проговорить сквозь слезы. – Ася!

Я подлетела к ней и заключила в объятия.

– Ба, ну не плачь, пожалуйста! – уговаривала ее, как маленькую, гладя по голове. – Все хорошо. Все в порядке. Я дома. Опасности больше нет.

– Да, да, прости меня, дуру старую, – силилась она прийти в себя и никак не могла. – Просто без тебя совсем тоскливо стало. Всё мысли о прошлом одолевали. А это никогда ничего хорошего не приносит. Зачем былое поминать, когда уже ничего не вернешь. Лучше расскажи, как ты! Как там Рамина? Влад тебя нашел?

– Давай я чай нам сделаю, – предложила, улыбаясь. – И все тебе подробно опишу. Только мне бы переодеться. А то этот наряд иномирной барышни порядком поднадоел.

– Конечно, – кивнула бабуля, утирая заплаканное лицо. – Беги. Я подожду.

Прошла в свою комнату. Здесь всё было так же, как перед моим уходом. Только вещи были на своих местах, а не разбросаны. Как же давно я здесь не была! Кажется, целая жизнь промелькнула, а моя комната все та же.

Скинула с себя опостылевшие вещи и с непередаваемым блаженством влезла в простую белую футболку и узкие джинсы. Вот это кайф! Мои любимые вещи! Счастье-то какое! Полюбовалась на себя в зеркало и замерла в изумлении. У меня снова были мои родные русые волосы с рыжеватым отливом и голубые глаза. Задорно себе подмигнула и пошла обратно.

Вернулась на кухню и обнаружила бабушку у плиты.

– Ты чего, ба? – удивилась. – Я вроде сама хотела тебе чай сделать.

– Да ты садись, – отмахнулась она, – устала небось с дороги. Сейчас я тебя накормлю.

– Я только из-за стола, – заняла свое любимое место у окна. – У Рамины завтракала. Но чай с тобой с удовольствием попью. Там ведь нет этого напитка. Представляешь! Только какой-то горький травяной отвар.

Бабушка рассмеялась и заварила мой любимый черный чай с бергамотом.

– Держи, – поставила на стол мою чашку с котятами. – И конфеты твои любимые есть.

– Спасибо, ба, – от души поблагодарила ее, наслаждаясь домашним уютом и давно привычными вещами. – Ты садись. Не стоит из-за меня беспокоиться и суету наводить.

Мы сидели и пили чай, и это самое простое, казалось бы, действие возвращало меня к жизни, стирало из моей памяти все те неприятные события, которые со мной случились, делая их размытыми, оставляя лишь хорошее и светлое, что хотелось сохранить в душе на долгие годы.

– Как ты после всего этого? – с тревогой спросила Валентина Петровна, когда я закончила свой рассказ, избегая чрезмерных подробностей.

– Сносно, – ушла от прямого ответа. – Ты лучше скажи, что там с моей учебой? Меня отчислили?

– Нет, что ты! – воодушевилась она. – Я через знакомых оформила тебе больничный. Причину указали – перелом голени. С этим пару месяцев точно можно на учебе не появляться. Так что никто не сможет тебе ничего предъявить, если, конечно, ты нагонишь пропущенный материал и все вовремя сдашь.

– Попробую, – задумчиво ответила. – Нужно будет еще разобраться, что там творится. Завтра поеду в Новосибирск и все выясню.

– Так скоро, – расстроилась бабушка. – Может, хоть пару дней дома побудешь?

– Я бы хотела сначала все дела уладить и определиться с планами на будущее, – мягко отказалась, – а потом уже отдыхать, если это будет возможным.

– Да, конечно, – снова опечалилась она. – Я понимаю.

Мы еще посидели немного, и я пошла проведать нашу живность, чтобы хоть чем-то себя занять. До вечера помогала бабушке по хозяйству, убиралась в доме и наводила кругом порядок. Перед сном приняла ванную, а потом отправилась отдыхать.

Уже лежа в постели, все никак не могла уснуть. Мысли о будущем не давали покоя. Нужно купить новую флейту. Старую, скорее всего, никогда больше не увижу. Завтра утром необходимо разобраться с больничным, получить справку и мчаться в Новосибирск. Что там меня ждет?

Постепенно мысли перескочили на наш разговор с бабушкой. Правильно ли я сделала, что не сказала ей о смерти мамы? Или нужно было все-таки сделать это? Так и не решив этот вопрос, заснула.

Глава 28

Глава 28

С утра бабушка сама пришла ко мне в комнату. Сонно на нее взглянула и улыбнулась. Я уже отвыкла от того, что кто-то родной и любимый может вот так меня заботливо будить по утрам.

– Доброе утро, ба! Спасибо! Мне очень приятно, что ты обо мне подумала.

– Ты какая-то странная, – с подозрением покосилась на меня бабуля. – Вставай давай. Мария Павловна с восьми сегодня работает. Позавтракаем и вместе пойдем закроем твой больничный. Нужно ей хоть подарок какой отнести. Так нам помогла с тобой.

– Конечно, – кивнула, подскакивая. – Я мигом. Только умоюсь.

Быстро позавтракали и вышли из дома. На дворе стоял октябрь. Дождь моросил со вчерашнего дня. Но ветра не было. Поежилась, накидывая капюшон куртки, и раскрыла зонт. Удивительно. Когда покидала дом в последний раз, царила августовская жара, а теперь совсем холодно стало. Скоро снег выпадет. Все меняется и не стоит на месте, и природа не устает из года в год напоминать нам об этом.

В поликлинику пришли к самому открытию. Доктора еще не было на месте, но вскоре она прибежала, отряхиваясь от забрызгавших одежду капель дождя.

– Валентина Петровна? – удивленно узнала бабушку. – Что-то случилось?

– Здравствуй, Маша, – улыбнулась бабушка. – Нет. Все в порядке. Внучке моей лучше. Ты не могла бы закрыть ее больничный?

– Конечно, – кивнула она. – Только переоденусь и вызову вас.

Возле двери в кабинет начал собираться народ, выясняя, кто последний. Мы сидели в ожидании вызова. Лампочка мигнула, и бабушка уверенно