Моя попытка прожить жизнь Бессмертного Даоса VI - Ваня Мордорский

Все остальные — цзяньши, шуйгуи, духи и прочее, — следствие того, что эта тварь, иначе и не назвать, устроила вокруг себя кровавый культ-секту. Представляю сколько внутренней гордости в нем — целая секта подчиняется и служит ему верой-правдой уже сколько столетий? Не одно и не два.

Вот только это не отменяло того факта, что он так и не смог преодолеть Врата Дракона, и при этом не спешил делать повторную попытку их преодоления. Вместо этого он просто лишил подобной возможности всех остальных своих сородичей. Возникало несколько вопросов для меня, во всяком случае, логичных. А что другие драконы? Неужели они не могли не заметить, что больше среди них не появляется новых сородичей? Или врата дракона существуют не в единственном экземпляре? Или же, что теперь, после встречи с застывшими драконами, мне кажется логичным, драконы и сами не хотят, чтобы среди них появлялись новые особи? Тогда понятно, почему на проделки Золотого Карпа закрывают глаза. Новые драконы просто никому не нужны — ведь это новая, свежая сила, с которой придется считаться. Дракон может поменять расклад не только на окраинах Поднебесной, но и ближе к центральным районам. Нет, я верю что и дракона могущественные Практики могут убить, но дракон — это дракон.

Так просто со счетов его не сбросишь.

Я взглянул на беззаботного Лянга, который в случае успеха станет, как говорил Ли Бо, «дракон — воплощение стихии»?

Что ж, Лянг и так владеет водой лучше любого Практика, и это без использования всяких техник или других костылей. Просто потому что может, просто Воля и родословная позволяет. Как лисы — им не нужны техники для иллюзий, нужны навыки и контроль, а дальше всё сделает кровь. Впрочем, как показала практика, кое-какие человеческие приемы, вроде медитации, и им полезны.

Наверное, неизбежно перед каждым человеком проносятся события жизни и мелькают вопросы: «А правильно ли я сделал, поступил?». Вот только передо мной события проносились, а сомнений в том, что я сделал всё верно не было. Как было и в прошлой жизни. По сути единственное, что было неприятно в этой жизни — это контракт, нейросеть и, очевидно, божество, которое хотело сделать дырку в Поднебесной, — иначе сюда не попасть. Я уже примерно понимал, как это должно работать. И вот от этого, с Дао или даже будучи Святым, я избавиться не смогу. Поэтому я должен буду стать настолько сильным, чтобы убрать все последствия после. А еще, решить «проблемы» Неба до того как поставлю алтарь своему «нанимателю».

За то, что мне пришлось идти путем Праведника это, конечно, спасибо, но дальше я как-то сам. Не знаю, откуда была эта уверенность, но я знал, что и с этим справлюсь, и со всем остальным.

Я поднял меч и вернулся к тренировке. Она мне даже нравилась. Десять символов. Они вспыхивали одновременно. Все одинаковые и готовые к использованию. Почти. Нужно было только сконцентрироваться на одном и выпустить его. И так раз за разом. Это было похоже на решение одновременно нескольких математических задач и жонглирование яйцами — дико неудобно. Но и к этому я привыкал. К каждому символу тут же подлетали нефритовые пчелы одна за другой.

Сейчас я работал над «скорострельностью»: на один символ раньше у меня уходила, в лучшем случае, секунда, и это с замахом и движением тела и меча, а тут требовалось с десяток секунд подготовки — и за три секунды я «выпуливал» все символы. Не все были хорошей плотности, но это я уже исправлял тренировками.

Узел стал еще больше. Намного. Я даже не ожидал, что он будет таким большим: те размеры, о которых говорил Ли Бо, — в три-четыре раза больше обычных, — он перерос. Вернее, перерастянулся.

«Знаешь, Ван», — неожиданно сказал Бессмертный в один из дней, во время утренней «растяжки Узла», — р азмер твоего узла уже как у некоторых ядро.

Это была неожиданная похвала от существа, которое никого никогда не хвалило.

Однако в следующую секунду он всё исправил.

«Я тебя не хвалю, бездарь. Просто тебе повезло с телом — это ведь не от тебя зависит. Тут либо дано, либо нет. Твоей заслуги в этом нет. Хоть в чем-то повезло, а то ни родословной, ни таланта приемлемого.»

Я вздохнул.

Да уж, а чего я ожидал от Ли Бо?

Впрочем, он прав. Пока я не ощущал, что «добыл» что-то своими силами.

Поэтому продолжал тренировки. Монотонные и жизненно необходимые. Иногда стоит остановиться в каком-то месте, просто чтобы переосознать всё и освоить.

«Воспоминания» пчел, если не считать части, где были личные судьбы, во многом повторялись. За полторы-две недели я посмотрел этих воспоминаний не одну сотню, и не просто «смотрел» — я каждое из них потом записывал в Хранилище Сознания. В них могло быть то, чего я при беглом просмотре мог не заметить: применение техник, какие-то места, мысли…всё могло помочь мне на пути. Поэтому часть Хранилища пришлось потратить под воспоминания ушедших Праведников. Хотя, скорее под мои воспоминания об увиденном.

Несколько раз я пересматривал «сохраненные» воспоминания Цинь Юя, но кроме уже известных мне Символов и истории его жизни, а также особого взгляда на мир, с помощью которого он видел сломанные и не ушедшие души, я ничего не заметил. Эх, мне бы такой «взгляд» — и в этом месте я бы увидел совершенно иную картинку.

Но имеем то, что имеем.

Время будто стояло на месте. Ощущения от двух недель в пути по Диким Землям были одними, а вот от отсиживания задницы на плитах перед заброшенным храмом — совершенно другими. Тут оно немного застыло, как это бывает когда приезжаешь из города в деревню.

Начинаешь обращать внимание на другие вещи, которых раньше не замечал. Так я успел изучить каждую вмятинку на панцире Ло-Ло; делал я это когда возвращался в состояние Зеркала-сознания. Я видел складки на ее теле и понимал, что это старое существо, которое пытается быть веселым и энергичным, однако золотое сияние ее тела, очевидно, раньше было намного ярче. Несколько раз я предлагал дать ей своей Ци, зная, как она влияет на духовных животных, но она отказывалась.

— Только Солнце и Луна. — заявила она, — Другая энергия мне не подходит.

Я почесал голову и не стал спорить. Была мысль, что моя Ци может вылечить какие-то ее травмы, как было с лисами.

Теперь, наблюдая их внимательно каждый день, я увидел рост хвостов. Они,