Том 2. Рожденный для мира / Том 3. Рожденный для любви - Ярослав Маратович Васильев

Почти сразу Михаил кинул уже свой многослойный щит Воды из прослоек жидкости и пара. Удар робота был страшен, защиту двух неслабых магов, способную отразить шрапнель близкого взрыва гаубичного снаряда, прошило первой же очередью насквозь. Однако, пробивая основную броню, пули теряли в ней большую часть энергии. Как учили на занятиях по военной подготовке — ещё один сдвоенный щит в полуметре дальше, уже из вязких слоёв, гасил рикошеты. Вдобавок он принял на себя разряды электричества, которые несли на себе пули. В коридоре полыхнули фиолетовые молнии, помешав роботу сразу прицельно открыть огонь снова. Этого хватило завернуть за угол, где буквально в полутора метрах коридор перегораживала другая стена, на которой голубым прямоугольником мерцал проход, перекрытый каким-то пологом. Неторопливо проверять, что будет за пологом, никто не стал, а ухватившись за руки, все трое сразу прыгнули вперёд.

В глазах потемнело, рёбра сдавило и уши заложило, как от прыжка с обрыва сразу на большую глубину. И почти мгновенно всё прекратилось, оставив людей судорожно заглатывать воздух.

Когда в глазах прояснилось, стало понятно, что они стоят посреди вытянутого помещения-параллелепипеда. Стены были отделаны белым пластиком, светодиодные панели заподлицо с потолком давали голубоватый свет. За спиной — точно такой же голубой прямоугольник прохода. Справа почти всю стену занимал пустой стеллаж с полками разных размеров, от часы положить до рюкзак оставить. Слева штук пять обычных герметичных дверей из двух расходящихся половинок. Точнее, обычных скорее для какого-то научно-фантастического фильма. Но именно тут такие вот двери смотрелись самым естественным образом.

— Есть! Получилось! — чуть не взвизгнула от радости Алиса. — А чего он нам такого говорил, что вы оба аж покраснели? Нет, не сразу, а потом?

Михаил поперхнулся, пытаясь сообразить, как бы поделикатнее объяснить. Оля оказалась чуть решительнее, хотя и тоже немного запиналась:

— В общем, Миша оказался прав, когда говорил — это не чужая планета. Ну да-да, я хотела верить, но поверила не до конца тогда. Нам сказали — мы входим в контрольный центр Полигона, который почему-то называется «Венера». Не знаю, кто такой альврад, за которого система приняла Мишу, но нам сказали, что альвраду разрешается с собой провести только одну шлюху, а на второе лицо нужен отдельный пропуск. И от Миши потребовали сообщить, кто из нас его личная любовница, а кого задержать, потому что паспортов у нас нет.

Михаил пожал плечами. Возможно, в чём-то перевод Оли был точнее, может, он и в самом деле насчёт рабов и чипирования себе дофантазировал. Комментировать не стал, лишь уточнил:

— Альврад — это какой-то важный чин, вроде статского советника. Не знаю уж, чего там намудрили, когда меня готовили Столешниковы, но в кои-то веки от их планов польза.

— Надо бы тебе как вернёмся, Миша, провериться у специалистов нашей безопасности. Как бы не получилось, что твой дед нашёл какой-то артефакт-идентификатор и смог вживить тебе. Тогда в Крыму именно он и мог запустить установку.

— Хорошо, — покладисто согласился Михаил.

Хотя и точно знал, в чём дело.

— Зато сейчас повезло, — подвела итог Алиса. — Что ни делается — точно всё к лучшему.

Съязвить, что зато как раз к лучшему-то обычно и не делается, Михаил не успел. Мелодичный голос заявил:

— Всем прибывшим из зоны полигона «Венера». Напоминаю о необходимости цикла биоочистки. Прошу оставить вещи и пройти через зону биологической защиты. Внимание, повторяю. Оставьте снаряжение для выхода в зону Полигона и пройдите в зону очистки.

Люди переглянулись. Михаил высказался за всех:

— Думаю, надо идти. Рюкзаки, штормовки и оружие оставляем здесь. Я так понимаю, как раз для этого стеллажи и предназначены.

— Согласна, — вздохнула Алиса. — Револьверы нам точно не понадобятся. Бесполезно, если вспомнить котика на входе. Да и кощунство это, стрелять по действующей лаборатории альвов. Я ведь правильно понимаю, это был какой-то исследовательский центр?

— Наверное, — пожала плечами Оля. — Тогда, судя по надписям, которые вон на тех дверях появились, Мише вон в ту дверь, нам — в следующую. Алиса, чего будет непонятно — сразу спрашивай, я переведу.

За дверью оказалась маленькая комната со шкафчиками. Всё тот же голос уведомил:

— Прошу полностью переодеться. Напоминаю, что необходимо оставить все вещи и надеть на себя технический комбинезон.

В углу и в самом деле было что-то вроде вешалки, на которой висели розовые комбинезоны. Причём если поначалу Михаил испугался, что его размеров нет или будет сидеть в облипку как латекс, оказалось, ткань очень хорошо тянется. Михаил быстро переоделся. Просторный комбинезон застёгивался сбоку на кнопки, и оставалось надеяться, что девушки про них сообразят: здесь до кнопок пока не додумались. Хотя молнии же уже изобрели? Значит, и с кнопками сообразят.

Стоило переодеться, как открылась следующая дверь. Но едва Михаил собрался шагнуть дальше по коридору, внезапно раздался резкий звонок, и коридор перед ним перегородила решётка. Над дверью замерцала белая полоса. Михаил растерялся, дальше глянул на правую руку — часы остались при нём. Пришлось возвращаться и положить часы к остальной одежде. Решётка мгновенно испарилась, похоже, это была разновидность твёрдых иллюзий.

Длинный коридор за комнатой переодевания был зеленовато-голубого пластика и пах какой-то медицинской химией. По дороге Михаил несколько раз прошёл через сплошное облако пара со странным запахом, слегка отдающим хвоей — похоже, какое-то ароматизированное дезинфицирующее средство. Дальше пришлось шагать метра два по неглубокой ванночке с явно дезинфицирующим раствором. Заканчивался коридор тупиком с бассейном. Несколько минут Михаил простоял, пытаясь сообразить, в чём дело. Потом увидел, что ниже поверхности жидкости есть широкий проём. Ещё одна линия дезинфекции, чтобы входящий погрузился с головой. Но едва он сделал первый шаг по ступенькам спуска в бассейн, раздался предупреждающий голос:

— Вы забыли отправить одежду в утилизатор. Напоминаю, что линия воздушного отсечения проходится без посторонних предметов.

Оставалось лишь развести руками. Ну да, у входа стоял какой-то ящик, над которым горела надпись. Но поскольку язык чужой, над любой надписью приходится останавливаться и вдумчиво её разбирать. Михаил же торопился и проскочил мимо. Пришлось раздеться, выбросить комбинезон в ящик, самому же нырять в бассейн. Дальше его подвергли ультрафиолетовому и инфракрасному облучению, заставили ещё раз нырнуть в бассейн, и только после этого Михаил вышел в раздевалку, где уже ждал комплект нательного белья, серебристый комбинезон и серебристые с оранжевыми вставками полусапожки. Здесь же было зеркало, посмотрев в которое Михаил ощутил себя на съёмках кинофильма «Отроки во Вселенной». А ещё