Михаил Баковец - Улей. Игра в кошки-мышки

— Фу, — девушка сморщилась, — надевать одежду с зомби? Ни за что!

— Да не зомби это, не зомби. Они могут умереть точно так же, как ты и я от пули в живот. Просто обычные сумасшедшие, с повышенной агрессивностью. Вот через несколько месяцев они станут теми ещё машинами смерти, но нас в это время, здесь не будет.

— И всё равно, я — не надену.

М-да, сложно, всё-таки, с женщинами. Иногда, их логика выкидывает такие коленца, что мужской разум готов есть кактусы, лишь бы только отвлечься от попытки разобраться в чужих мотивациях. Такое чувство, что шутка о тараканах, в отношении женщин и не шутка вовсе, а вполне себе рабочая штука, и все закидоны исходят из тараканьих голов, чьи мысли транслируются в мозг представительницы слабого пола, вдобавок, попутно искажаясь.

Вышли в путь около пяти часов вечера и уже через час встретили уцелевших с военной точки.

Почти нос к носу столкнулись с парой молодых крепких парней в российском цифровом камуфляже, в тяжёлых бронежилетах, кевларовых касках и с автоматами в руках. Точнее, один нёс автомат за спиной, а в руке держал пистолет. У второго, в руках был ручной пулемёт с примкнутой спаркой длинных магазинов, связанных скотчем. У первого бойца, левая рука отсутствовала чуть ниже локтя.

Первым среагировал я и успел наставить на них пистолет. Вторым вскинул оружие пулемётчик и самым последним среагировал однорукий.

— Что случилось? — прошептала Сашка, вцепившись в ремень.

— Ты кто такой? — следом за ней спросил пулемётчик.

— Ой! — пискнула девушка и прижалась к моей спине. Если она так решила спрятаться то, в самом деле — ой.

— А ты? — буркнул я. Раз сразу перестрелка не началась, то все шансы есть на то, что мы разойдёмся краями.

— Главное разведывательное управление, спецбат, — важно сообщил боец. — Теперь твоя очередь?

— А часть какая? Страна? Удостоверение имеется? Вдруг вы шпионы или война началась, и сейчас напротив меня стоят враги из десанта?

— Слушай… — влез в разговор однорукий. — Ты… как там тебя…

— Ладно, ладно, — я опустил пистолет, — пошутили и хватит. Я гражданский, по закону, вы меня должны защищать. Увидел радар и решил попросить помощи.

— Издеваешься? Ты ещё скажи, что с рыбалки возвращаешься, а это у тебя спиннинг телескопический.

— О-о, вижу собрата-рыболова! У тебя точно такой же дома имеется? А марка какая? А то у меня импортная модель и паспорт на китайском, ну никак не прочитать…

— Ты, млин, — заскрипел боец зубами. — Рехнулся, что ли?

За моей спиной зафыркала девушка.

Чувство, что нам ничего не грозит, только крепло, вместе с этим накатила странная эйфория, кружащая голову.

— Сервий, ну, хватит. Скажи им про мутантов и заражение. Они же нормальные, не обратятся, так ведь? — сказала Сашка.

Оба бойца молчали, и не трогались с места. Только пулемётчик попытался заглянуть мне за спину.

— Парни, убираем оружие и давайте представимся друг другу. Я Сервий, со мной Кошка…

— Я Саша! — тут же перебила меня возмутившаяся спутница.

— Как скажешь, — согласился с ней. — Вот ты будешь Нельсон, а ты…

— Охренел? — набычился однорукий.

— Парни, вы с зомби сражались? Местность узнаёте? Связь с командованием имеется?

Незнакомцы промолчали.

— Вот то-то и оно, — продолжил я. — А мы разбираемся в этой ситуации, знаем больше, чем вы два здоровых лба, вооружённых до зубов и служащих в разведке. Считай, что вы только что заново крестились и ваш крестник — я. Так что, Нельсон и… м-м, Джон, присаживайтесь рядышком и открывайте уши пошире.

Я воткнул штатив в землю и медленно сел, держась за него, пистолет положил на землю рядом. Но даже сидя, нога продолжала очень сильно болеть, и пришлось лечь на бок, вытянув раненую конечность и облокотившись на локоть.

— Что стоим? Или вам неинтересно?

— Ладно, послушаем твои сказочки, про белого бычка, — буркнул Джон, опускаясь на японский манер на колени, в паре метрах от меня.

Наша беседа затянулась на добрых сорок минут. Меньше половины этого срока, я знакомил новичков с реалиями новой для них жизни, говорил не только парням, но и Сашке, которая до этого момента, получала от меня только обрывки информации. Оставшееся время я отвечал на вопросы, вал которых буквально захлестнул меня. На первом месте был тот, что задала мне сегодня девушка — можно ли вернуться обратно.

— И рука точно отрастёт? — с надеждой спросил Нельсон. — Не врёшь?

— Отрастёт. Через месяц сможешь пользоваться ей, как раньше. А заплатишь знахарю, так и за неделю он тебе всё восстановит.

Руку парню отрубил Джон по его же просьбе, после того, как из предплечья вырвал кусок мяса один из заражённых. Точно так же, как и я однажды, он подумал про инфекцию зомби.

Перезагрузка кластера случилась вчера, ранним вечером, наверное, в тот момент, я как раз разобрался с элитником и валялся в отключке.

Сотня человек — обслуживающий персонал и охрана секретного объекта, просидела в ОЗК и противогазах, поднятые по тревоге, до сегодняшнего полудня, после чего произошло массовое обращение.

Бойцы с жалобами на недомогание обращаться стали ещё утром. Небольшой лазарет, за пару часов переполнился, и больных укладывали в столовой подземного объекта, где заняли оборону девяносто процентов личного состава. На улице остались только парные караулы и наблюдатели, всего четырнадцать человек. Нельсон и Джон были из их числа.

Что произошло с людьми под землёй, никто из парней не знал, но подозревали самое страшное. Никто же не знал, что укус заражённого, если он не повредил важного органа, не опасен. А напуганные люди легко начнут стрелять друг по другу или пускать себе пулю в голову при виде укусов.

Джон и Нельсон удрали с точки, оставив за спиной десяток мертвецов живых и окончательно упокоенных.

— А почему Джон и Нельсон? — поинтересовался последний. После обещания, что потеря руки в этом мире совсем не фатальное происшествие, парень взбодрился, депрессия исчезла без следа. — У него глаза не было, насколько помню. Это если ты про английского моряка.

— Про него, — кивнул ему. — Но с глазом у него, просто проблемы были, кое-как, но он им видеть мог, а вот руки у него было, точно. Даже есть памятник, где он без правой кисти.

— А Джон из какой серии?

— А потому что Рембо, — усмехнулся я.

— ???

— Ты с пулемётом, он с пулемётом, но так как твой ручник совсем не тянет на рембовскую пушку, то и полноценную фамилию ты не заслужил, всего лишь имя.

— Как же здесь у вас всё сложно, — вздохнул пулемётчик. — Клички, суеверия, правила, писаные и неписаные законы.

— Уже не у вас, а у нас. Привыкай. Что с техникой на точке?

Чего-чего, а всевозможных машин на радаре хватало. Бронированный «КамАЗ» — раз. Простой «Урал» — два. «Уазик» армейского образца, то есть, с чуть более длинной и широкой базой, чем гражданские варианты. Две БМП-2 с ПТУРами. И два «выстрела», которые числились за взводом спецназа. По словам моих крестников, последние броневики были выше всяческих похвал. Верить или нет — это уже на моей совести. Один из бронеавтомобилей имел автоматизированный комплекс, с двадцати трёх миллиметровой пушкой, у второго, имелась башенка от БРДМ с «кордом».

— А оружие где хранится?

— Большая часть, внизу, в бункере. Но по тревоге нам выдали немало всего, можно насобирать у наших… у заражённых, — Джон тяжело вздохнул.

— Понятно. А что именно?

— Пару пулемётов, точно найдём, пэкаэмы. Эсвэдэшку одну, пять автоматов. Патронов море, там по цинку на двоих дали, фанат пять штук на брата, даже снайперу. «Пламя» на позиции стоит, с двумя улитками и цинк фанат рядом. Вроде всё? — и посмотрел на своего товарища.

— Всё, — подтвердил Нельсон.

На брошенных позициях, прикрытых маскировочными сетями, бродили несколько человек в камуфляже. Я насчитал пятерых, Джон сказал, что видит шесть зараженных.

— Костик… Макс… Зингер, — шептал над моих ухом Джон. — Сервий, может ты их, а? Мы ничего тебе не скажем, сами бы да… эх. Сделаешь?

— Автомат давай, — я протянул руку.

— Автомат? Может, пулемёт.

— Мне всё равно, только время не трать.

Парень вручил мне оружие, потом поинтересовался:

— Прямо отсюда будешь стрелять? Здесь же метров триста будет.

— Зато видно половину территории.

Наша команда калек расположилась на холме, по соседству с радаром. Возвышенность немного ниже, чем та, где расположен военный объект, но кое-что и отсюда видно. Местность здесь была выстрижена едва ли не газонной косилкой, наверное, чтобы вражеские диверсанты не смогли укрыться. Будь на точке соображающие противники, то мы бы сейчас уже давно торчали в их прицелах. А после заражения, всем было плевать, кто там что делает, в нескольких сотнях метрах от секретного объекта. Мы поочередно смотрели в прицел от гранатомёта, который отыскался у Нельсона в мешке.