Идеальный мир для Демонолога 12 - Алексей Ковтунов

из самых опытных специалистов в этом городе. Как-никак, сто двадцать лет практики — это не шутки! И все сто двадцать лет он принимает пациентов в этом роскошном кабинете.

Правда за это время в дверь постучались всего три раза, и Психовал никак не мог понять, зачем ему все это. Какой смысл, если серафимы слишком любят себя и потому особо не нервничают.

Причем два раза в дверь постучались так как перепутали адрес, а еще один — это он сам себе постучал. Хотел почувствовать каково это, когда приходит клиент. Да и неопытный еще был, просидел в кабинете на тот момент всего лет тридцать.

— Ну почему они не болеют? — взвыл Психовал. На самом деле он каждый день тут сидит и воет, все-таки в кабинете прекрасная шумоизоляция. Установлены артефакты звукоподавления, чтобы пациенты могли чувствовать себя уютнее и безопаснее.

*Тук-тук*

Послышался стук в дверь и серафим не сразу поверил, что это все взаправду. Но вскоре стук повторился и он резко подскочил со своего места, тут же бросившись к двери.

— Нет, я же лучший специалист! — Психовал резко замер и одернул руку. Он и правда лучший, ведь больше психологов в городе нет. Так что серафим вернулся в свое кресло, тихо прокашлялся, и спокойным голосом пригласил посетителя войти, — Проходите! Но сразу хочу сказать, что это кабинет психолога! Микрозаймы дальше по коридору и налево.

— Господин Психовал, мы к вам… — послышался голос из-за двери, — Можно нам войти?

— Их еще и больше одного! — проскулил психолог и едва не пустился в пляс, — Заходите все!

— Правда можно? — обрадовались те, и спустя минуту в кабинете закончилось место. Все-таки внутрь ввалилось около сотни перепуганных серафимов и все они с надеждой смотрели на психолога.

— Да ну? — опешил Психовал, — Серьезно? И все пришли лечиться? Нет, это точно соседи из микрозаймов подшутили! Сколько вам заплатили за это издевательство? Всё, уходите, мне не смешно.

— Господин Психовал, но мы правда пришли лечиться!

Минут двадцать пациентам пришлось потратить на уговоры и только тогда он начал понимать, что это действительно его клиенты. Снова захотелось поплясать, ведь работать он действительно хотел, и все эти сто двадцать лет практики мечтал, чтобы в его кабинете всегда были клиенты.

Так что успокоившись, Психовал попросил остальных выйти и начал по очереди расспрашивать их о причинах визита. Что действительно странно, причина у всех оказалась одна, и довольно странная… Недавно каждый из них разговаривал с одним серафимом, и тот вбил им в голову мысль, что они на самом деле не добро. А даже наоборот, чуть ли не чистейшее проявление тьмы и зла.

— Гм… — задумался Психовал, когда очередной клиент покинул кабинет и отправился в зал для ожиданий. — А ведь я обязан сообщить об этом куда следует… Это ведь нарушение правил, всем известно, что серафимы исключительное добро и ничего добрее в природе существовать попросту не может… — он снова задумался.

Да, с одной стороны в разуме этих бедолаг прочно поселилась истинная ересь, а ересь должна быть наказана. Это правило всем известно и даже во время учебы в академии о нем рассказывали на каждом занятии. Но с другой стороны работа… Психовал впервые за долгое время смог почувствовать себя полезным!

— Ой, да насрать, — махнул рукой Психовал, — Ересь и ересь, всякое бывает. Не буду писать никакую жалобу, а наоборот… Если увижу того серафима, руку ему пожму! Пусть хоть весь мир рухнет, если теперь у меня есть работа, я буду ее выполнять! И кто вообще придумал давать профессию раз, и на всю жизнь?

Глава 21

Да уж, весело тут у них. Есть куда сходить, где выпить и вкусно покушать. А главное — серафимы оказались очень интересными собеседниками. И основной интерес в том, как забавно они начинают переосмысливать все свои ценности прямо во время разговора.

Первые пару минут многие еще как-то пытаются убедить меня в том, насколько они хорошие, светлые и вообще, за добро. Но затем в мозгу начинают шевелиться шестеренки, понимание начинает накрывать разум, и всё, серафим впадает в глубокую депрессию.

— Хозяин, тут такое дело… — дернул меня за рукав Рембо и указал в сторону толпы серафимов, — А вы часом не перестарались?

И действительно, на улице собралось чуть ли не несколько сотен бедолаг. Стоят, смотрят в пол, думают о чем-то своем, грустном. Даже без очереди не лезут, просто ждут.

Причем очередь эта выстроилась к неприметному с первого взгляда зданию, на котором красуется давно выцветшая и потрескавшаяся вывеска: «Срочная психологическая помощь в тяжелых жизненных ситуациях, лечение депрессии, помощь при отчаянии…»

На самом деле вывеска довольно крупная, а шрифт мелкий. Там еще целый список услуг так что владелец этого кабинета психологической помощи явно пытался покрыть все возможные потребности населения. И вот, покрыл. Никогда бы не подумал, что к психологу может выстроиться настолько большая очередь.

— Да уж, весело у них там… — помотал я головой.

— Хах! Ага, как же, — хохотнул торговец горшками, что разместил свою лавку на этой же улице, просто с другой стороны. — Я тут торгую уже сотню лет и за все это время не видел у него ни одного клиента!

— Аж за сотню лет? — удивился я. Вот уж настойчивый психолог оказался. Даже на какое-то мгновение захотелось тоже к нему зайти, но потом решил сжалиться над бедолагой. Обычно мои походы к психологам ничем хорошим не заканчиваются.

Разумеется, для психологов. Они сами после моего посещения обычно обращаются к коллегам за помощью.

— Ни одного, братец! — продолжил торговец, — Я даже сам шутки ради к нему заглянул как-то раз, ты бы видел его лицо! — расхохотался он, — Но теперь он вошел в десяток богатейших серафимов города… Чудеса какие-то, не иначе. Я даже не представляю, что такого могло произойти, чтобы великие светлые воины стали такими ранимыми. Видимо, настали тяжелые времена… Ну, или они бракованные, — задумался серафим.

— Думаешь? — усмехнулся я, — То есть ты считаешь, что все эти серафимы слабаки и поэтому решили обратиться за помощью?

— А как иначе? — возмутился тот, — Вот я уже не молодой, но никогда еще не ходил к психологу. Зачем? Мою волю не пошатнуть, а психика у меня словно из стали!

— Точно