Наемник переродился на планете женщин! Или кратко: Хамелеон. Том 5 - Отшельник Извращённый

рука обняла его за шею, лицо прижалось к его груди. — Как же так… — прошептала она дрожащим голосом, — боги, ты жив! Жив… Я так счастлива…

Он, обнял её, погладил по голове и тихо сказал:

— Теперь всё будет хорошо. Больше никто не причинит тебе боли.

Алиса зарыдала ещё сильнее, сжимая пальцами его старый, потрёпанный плащ.

— Дима… — прошептала Петра дрожащими губами со слезами на глазах.

Он посмотрел на неё и улыбнулся.

— Здравствуй, Петра, ты всё хорошеешь, как дорогое вино.

Красноволосая сглотнула и, не в силах сдержать эмоции, поспешила к нему. Крепко обняла, прижавшись к нему всем телом.

— Я столько всего должна тебе сказать…

— Я тебе тоже, — кивнул он ей.

Она уткнулась ему в плечо, ощутив себя той самой молодой девчонкой, что и двадцать лет назад.

Он же взглянул на стоявшую одиноко Роут и виновато произнёс:

— Прости, Рин, я не сдержал обещание и не пришёл на наше свидание вовремя.

Она улыбнулась, вытирая слёзы.

— Лучше поздно, чем никогда, — и, подойдя к нему, обняла.

Воительницы «Медузы», окружавшие их, смотрели на эту сцену с неверием. Кто этот человек? И почему знаком со всеми советницами? Не каждый видел его прежде в лицо.

Тина, вышедшая из оружейной, застыла и воскликнула:

— Несущий Смерть⁈

— Это Несущий Смерть? — прошептал кто-то из толпы.

— Несущий Смерть пришёл… — сказала другая не только с удивлением, но и страхом.

— Он вернулся…

— Так он жив…

— И так молод…

— Легенды не врали!

Спустя десяток минут и сотни вопросов, все собрались в столовой убежища. За большим, деревянным столом, с чашками горячего супа, и рассказывали ему свои истории. Истории последних двадцати лет…

Димитрий слушал и не мог поверить тому, что слышит. Не только Америка, весь мир изменился. Вернее, его изменила Думс, устроив апокалипсис.

— И вы все эти годы сражались с ней?

— Пытались, — вздохнула Рин, — но она слишком сильна.

— А ты? — Алиса смотрела на него безотрывно, — как ты выжил? И почему не изменился? Столько лет ведь прошло.

— Не знаю, — пожал он плечами, — я очнулся сегодня на свалке… И для меня будто миг прошёл. Словно мы бились с армией Думс всего несколько часов назад. Может я каким-то образом застыл во времени и очнулся только сегодня? Спустя двадцать лет. Даже не верится. В любом случае, — он посмотрел на своих женщин и произнёс, — я рад, что увидел вас снова.

— Это мы рады…

После разговора дамочки ушли в душ. Димитрий посетил кабинет командующей, полистал документы и карты. «Медуза» каким-то чудом сохранила часть технологий. Системы связи, оружие, медицинский блок. Естественно, подобное в нынешних реалиях мира не могло не впечатлять.

Внезапно в прихожей штаба раздался крик дежурной:

— Смирно!

— Вольно! — ответил кто-то наспех.

По коридору раздались шаги. Быстрые, торопливые, кто-то бежал. Шаги резко остановились у двери кабинета. Секундная пауза. И дверь медленно открылась, на пороге появилась Хильда.

Чёрный форменный плащ командующей, на голове — фуражка с эмблемой ордена, а на правом глазу — чёрная повязка. Лицо бледное, как мел, губы сжаты в тонкую линию.

Димитрий повернулся и посмотрел ей в глаза. Что говорить, конечно она стояла в слезах, однако вопреки всему не бросилась к нему, не закричала, не заплакала. Просто стояла, как истукан.

— Несущий Смерть, — прозвучал, наконец, её голос громко и чётко, — орден «Медуза» переходит в ваше распоряжение. — Она откинула полы плаща и, опустившись на одно колено, склонила голову. — Как действующая командующая, я… — её голос предательски дрогнул, больше не выдержала. Она не робот, и он хорошо это знал, — я старалась успешно завершить войну с Думс, но потерпела ряд неудач. Личный состав…

— Ты хорошо постаралась, Хильда, — Димитрий подошёл к ней и присел на корточки напротив.

Слёзы текли по её щекам, падая на холодный, каменный пол. Он же поправил локон её волос.

— Теперь можешь положиться на меня, командующая Хильда.

Она подняла на него взгляд и прошептала:

— Господин…

Он обнял её, прижав к себе.

— Ты удивительная, я всегда это знал.

И Хильда, не сдержавшись, зарыдала…

…Вскоре Хамелеон и все его женщины уединились. Зрелые леди пытались взять всё за пролетевшие двадцать лет. Стоны переполняли стены убежища, нагоняя на одних тоску, а на других — зависть.

— Они трахаются уже четыре часа, — сглотнула одна из агенток.

— Вот же конь… — закусывала губы вторая, шаловливо копошась у себя в брюках. — Мне бы его хотя бы на минутку…

Ближе к рассвету Алиса, Петра, Хильда и Рин, выдохшиеся после бурной ночи, спали, да и те, кто слушал происходящее и помогшие себе самостоятельно, тоже. Лишь караульная, стоявшая у входа, не смыкала глаз, бдительно охраняя всеобщий покой.

Она повернулась на звук шагов и, увидев молодого юношу в сером плаще, сглотнула.

— Господин Несущий Смерть, вы… куда?

— Закончить начатое, — ответил он, застегивая верхнюю пуговицу.

И, пройдя мимо неё к выходу, остановился у порога.

— Если я проиграю сегодня, то…

— Погоди, Баретти, — раздался в этот момент слабый хриплый голос.

Из одной из комнат медленно выехала инвалидная коляска. В ней сидела уставшая седовласая женщина в очках. Худющее лицо, куча морщин. Но, даже в таком виде, Димитрий узнал её…

— Старс? — удивился он, — ты жива?

— Если это можно назвать жизнью, — усмехнулась она улыбкой, полной горечи. — Это наказание, Баретти. Плата за мою беспечность. — и сглотнула, пытаясь сдержать слёзы. — Не