Наруто - Лабиринт теней - Денис Мухин

на личном опыте выяснив, что нити киндзюцу просто поджаривались от контакта с чистой молнией, когда сработала стандартная атака масок на ближней дистанции. Более-менее отбилась только имеющая футон — оказывается, владение сердца стихией даровало не только способность применять соответствующие ниндюцу, но и не особо умело напитывать оружие — создав из своего тела подобие меча и покрыв режущей аурой, повредившей конструкта. Какузу среагировал очень быстро, пока мои создания трепали его тварей, стремясь добраться до единственного уязвимого места — впитав маску воздуха, пока остальные отбивались единым фронтом и даже не складывая печатей, рубанул рукой, отправляя почти незаметное серповидное лезвие. Несмотря на скорость выбранного целью кота, чисто у него увернуться не получилось, потеряв отсечённой правую заднюю лапу, но тут же ее восстановив.

Пока бакенэко отвлекали врага, пользуясь сравнительной физической неуязвимостью и слабость к райтону киндзюцу нукенина Такигакуре, сверху посыпались сверкающие иглы, усиливая конструкты при попадании и доставляя немало неприятных мгновений врагам. Причинить серьезный урон им не получилось, но даже секундное отвлечение на защиту нитями предоставило отличную возможность не только нам подобраться поближе, но и демоническим кискам совместно достать огненное сердцу, пусть и ценой уничтожения одного из них Какузу. Правда, молния из нарушенного ниндзюцу не развеялась бесследно, а притянулась к наиболее близким источникам похожей чакры, разом увеличив оставшихся конструктов до трехметровых размеров и подарив по второму хвосту. Размер не только влиял на размер доступного резерва, но и позволил сопротивляться природной слабости — древний шиноби убедился на этом самостоятельно, когда второго кота не получилось развались с такой же легкостью, что и первого, лишь распороть половину бока, что на боеспособностью не сильно повлияло. Видя, насколько неудобными противниками оказались бакенэко для врага, оставалось только усмехаться — привык старик, что в рукопашную с ним мало кто сравнится, а тут карта легла другой стороной.

Выигранные несколько секунд дали мне возможность, не только подобраться на необходимое расстояние, но и почти закончить подготовку, скрывая за клоном приготовления, и я расплылся в кровожадной улыбке, буквально чувствуя, как вверху начала собираться природная молния, готовая излиться на землю смертоносным потоком.

— КИРИ-гах.

Глава 37

В тот самый миг, когда техника находилась на последней стадии активации, и я предвкушал неминуемую победу над Какузу или хотя бы уменьшение его боевого потенциала, какая-то белесая хрень на моем теле стремительно вспучилась и пошла расти бешеными темпами, обволакивая и фиксируя конечности. Уже летя на землю в обездвиженном состоянии и со сбитой концентрацией в результате нарушения циркуляции в керакукей внезапным всасыванием чакры, не позволившей завершить Кирин, с одного взгляда на белую массу и образовавшиеся на ней три головы с зелеными волосами, скалившихся наполовину обезображенными лицами, меня молнией прострелила мысль — Широзецу! Чёрная тварь, без которой недочеловеки и шагу не сделают, выбрала меня целью для устранения, подгадав наиболее важный момент! В месте с этим, пришло простое понимание, пробрав до самой печёнки и холодного пота — меня сейчас будут убивать, беспомощного и скованного, с гарантией. Потом сожрав труп или прибрав для дальнейшего использования!

Не сумев сохранить в полной мере воспоминания прошлого мира, я успел очень основательно записать мельчайшие детали, еще остававшиеся в памяти, которые касались главных врагов и их возможностей, а недавнее изучение принадлежавших первому Хокаге ниндзюцу мокутона позволили понять, что дело мое швах и если в следующую пару секунд не избавиться от гротескных подобий мокутона, то дальше можно и не рыпаться. Как назло, никаких уязвимостей этой хрени не приходило на ум и даже боевой коктейль в крови начинал не справляться с притуплением эмоций, мешая мыслить рационально и отстраненно.

Естественно, первая реакция применить свою недюжинную физическую силу, напитав мышцы рук-ног по максимуму, провалилась с треском, так как масса бесформенных тел оказалась весьма упругой и немного растягивалась, но рваться вовсе не собиралась. Кроме того, сволочи здорово нарушили мой контроль и даже постепенно росли, еще больше распространяясь по телу, что делало данную затею еще более сложной. Следующим очевидным решением было применение фуиндзюцу для запечатывания — какие бы не были эти уродцы всасывателями чакры, но даже Самехаду можно запечатать и у меня имелись соответствующие свитки, но вот с доступностью существовала огромная проблема, так как все карманы униформы и подсумки так же оказались покрыты телами клонов, не говоря о том, что руками действовать было затруднительно. Хрен там с нормальным запечатыванием, но даже печать хранилища на руке оказалась вне белой массы и использовать ее для этой цели не представлялось возможным, так вступать в контакт с тем участком открытой кожи твари вовсе не спешили, очевидно, осведомленные о моих способностях. Что самое странное, это полное игнорирование великого меча у меня на спине — к нему просто не прикасались, оставляя широкую полосу свободной, но толку мне от этого не имелось вообще, разве что отпустить Самехаду.

— Босс! — заметил мое состояние бежавший впереди каге буншин, но прийти на помощь у него не получилось, так как пришлось прикрываться барьером от тарана суйтон техники, что все же успела выпустить одна маска в нашу сторону.

Почти вписавшись в землю носом, я титаническим усилием выпрямил полусогнутые руки и приземлился на ладони, воспользовавшись набранной инерцией, чтобы перекувыркнуться и приземлиться на ноги, только сейчас заметив, что одновременно с неожиданным нападением Широзецу, вокруг повылезали из земли нукенины Ивагакуре совершенно одинакового вида и в меня уже летели метательные снаряды с враплениями заостренных каменных кольев.

Проклятье!

Благодаря их относительно небольшой скорости, у меня получилось вовремя отреагировать и увернуться, воспользовавшись налипшими хренями в качестве защиты. Не от всех — часть увязла в массе Зецу, часть простых ниндзюцу ушла в защищенную мечом спину, рассыпавшись крошкой, несколько железок отскочило от почти целой металлической брони, пара лезвий оставили пару не опасных царапин на шее и скуле, полностью защищенными внутренними костяными пластинами, но один кунай вонзился в икру левой ноги, еще один в бедро немного выше колена и сразу три сенбона пробили кисть и запястье многострадальной правой руки. Боль от полученных ранений не помешала мне быстро крутануться на месте, защищаясь от второй волны от нескольких запоздавших врагов, на этот раз без опасных попаданий и одновременно с этим, преобразовав чакру в тенкецу в стихийную и тут же выпустив ее наружу в попытках поджарить прилипших уродцев. Молнии забегали по клонам мокутона, но кроме подергиваний и вырвавшихся стонов троицы, более значительного результата получить не удалось, а на хоть сколько-то длительное воздействие, наверняка