Верховный жрец (СИ) - Старый Денис

— Поэтому мы выбрали тебе женщину, которая согласна возлечь, — сказала Севия и гордо подняла носик.

Я не знал, смеяться или плакать. Ситуация выглядела комично, между тем, создалась такая неловкая атмосфера, что даже мне стало немного стыдно. Однако, я взял себя в руки, с осуждением посмотрел на Севию и ответил:

— Так, девки, мне хватает вас двоих. И, если я освободил вас от трудной работы, то это не значит, что вы станете лениться и не будете меня ублажать. В конце концов, есть разные способы.

— А я тебе говорила, и предлагала, — пробурчала Крайя, бросив взгляд на задумчивую Севию.

— Снимай штаны! — потребовала главная жена, хитро улыбаясь.

А я че, я ниче. Мне сказали снять штаны, я и снял. И ничего, если еще месяца три поживу на «сексуальных перекусах», чтобы уже потом отведать полноценный комплексный обед.

* * *

Время текло. Когда что-то делаешь и понимаешь важность своих действий, как мне кажется, ход времени ускоряется. Вот он, декабрь, и у меня рождается первенец.

Уже январь, и я, наконец, начинаю обучать пока что только взрослых грамоте. Нужно было подстроить известный мне алфавит под звуки местного языка.

Уже март, природа словно сходит с ума, сразу же одаривая солнечными днями, которые как по графику сменяются дождем. Такое ощущение, что канцелярия работала сутки через трое — три дня солнце, один день лил дождь. Мне тогда принесли необычайно много продуктов, благодаря и за пережитую зиму, и за необычайно выгодную для сельского хозяйства погоду.

Потом был сумасшедший апрель, когда, уже засеяв поля вокруг Глебска, я отправился в сельскохозяйственное турне со своим плугом. Особенно меня ждал глава рода Армит. Разрабатывали там поля, потом отправились на земли племени Ужей, я также консультировал и Огневиков, делясь с ними семенами.

Но самым главным событием для меня стала поездка в «Киев». Нет, радовал не сам факт попытки переговоров с племенем Орла, обосновавшегося на месте будущего Киева, как вдохновляло путешествие на полноценной ладье, ну или драккаре. Получилось у нас нечто среднее. Шли под парусом, на веслах, везли с собой животных. Совсем другой уровень путешествия, как и открывшиеся возможности для речных сражений и более качественной переброске воинов.

С орлятами тогда не удалось договориться и все говорило о будущей войне, но становилось понятным, что мы сильнее и сможем покорить племя Орла.

Жизнь текла своим чередом. И я, видимо, оказался не лучшим родителем, так как вопросы воспитания Максимки и Настеньки, интересовали меня по остаточному принципу. Крайя родила девочку. Возможно, когда эти два крикливых комочка подрастут, я смогу им дать больше отцовской любви, но пока моими детьми занимаются жены и у них в помощницах еще две женщины. Конечно же, процесс ухода за детьми не обошелся без моего внимания. Я настаивал на кипячении воды, диете кормящей женщины, полоскании и стирании детского белья только в чистой воде и с использованием щелочи с золой. Но, когда я увидел, что дети окружены заботой и вниманием, полностью удалился от процесса воспитания, взяв продолжительный отпуск в качестве папы.

Было то, что меня оправдывало — так делали все. Воспитание мальчиков до пяти лет — задача сугубо женская. Лишь после отцы начинают как-то влиять на своих детей. И то, воспитание происходит в форме нечастых советов или осуждений действий. Короче, все те нормы воспитания, которые в будущем считаются непреложными, здесь попраны начисто. И тогда возникает вопрос: а как получаются адекватные люди, любящие своих родителей и чтящие традиции? Но мне нужно выполнить еще слишком многое, прежде, чем заняться написанием трактата о правилах воспитания детей.

Главное, племя Рысей не только выжило, но из всех интриг, войн вышло победителем, той основой, на которой должна возникнуть новая цивилизация. И я, Верховный Жрец, — ключ к новому обществу. Только нельзя расслабляться и работать. И тогда все получится, не сразу, но получится!

Эпилог 1

Эпилог 1

Я стоял на борту корабля и наслаждался встречным ветром. Да, приходится работать веслами, но ничего, пусть ребята разомнутся. А то и по Днепру все шли по течению вниз и на парусах, потом и в Черном море получалось словить ветер. Так мужчины расслабятся, того и гляди залезут в трюм за выпивкой. Хотя, нет, на кораблях законы суровые, точнее их исполнение.

А расслабляться нельзя, земли начинаются более чем обжитые, тут ухо нужно держать востро. Прошли Крым, не заходя даже в свою же факторию на ремонт и пополнение провиантом. Удачно получилось пройти пороги на Днепре, пусть частью и пришлось корабли тащить волоком.

— Отец, пришло время молитвы, — ко мне подошел Максим.

Старший сын был уже взрослым, тринадцать лет. И это без сарказма. Он, действительно, и выглядел на все шестнадцать и обладал острым умом, не свойственным его ровесникам. У меня уже притупились воспоминания из будущего, но, я понимал: таких разумников в тринадцать лет в покинутом мной варианте истории, не было.

С пяти лет я взялся за его образование и вырастил человека, который знает полезной для этого мира информации, может и больше, чем я. В какой-то момент именно Максу я хотел раскрыться, но что-то сдержало меня. Может это «что-то» является тем, что послало меня в тот мир?

— Так проведи молебен сам! Ты знаешь молитвы и люди верят, что осенен Божью благодатью, — сказал я под одобрительные взгляды Корна.

— Спасибо за доверие, наместник Бога, — торжественно отвечал Максим, при этом кланяясь в пояс.

Я не стал одергивать сына. Наместник Бога, пусть так и будет. В конце концов те же папы римские то же провозглашают себя наместниками. А я и есть первосвященник.

— Смену вырастил себе? — умиляясь действиями своего крестника, спросил Корн.

Да, ввел я такое понятие, как «крестный отец». Кстати, очень нужная для общества религиозная инициатива. Если погибал кормилец, то крестный папа брал своего крестника на попечение, что снимало немало проблем.

— Дети всегда должны сменять своих родителей, таков круговорот природы, одобряемый Господом нашим, — отвечал я.

— Наместник, это записывать? — спросил Фаск, старший сын Карика.

Фаск стал одним из моих, можно так сказать, апостолов. Он записывает мои изречения, составляет биографию. Пусть. Людям нужны легенды и святые. На таких историях, если их правильно записать, без пошлости и лишней крови, учат детей. Подобные сюжеты ложатся в основу морально-этических систем. Я не святой, понимаю это прекрасно, но ради будущего хозяев Большой Воды, государства, названное нынче Норией, готов и притвориться.

Нет, и долгое время еще не будет, более важной скрепы для любого общества, чем религия. И чем больше в религиозной системе правильных сюжетов, тем более она сильна.

— Напомнишь мне после, я перефразирую и что-то из этой мысли запишешь в «Деяния», — сказал я и стал наблюдать за молитвой.

— Тополиный пух, жара июль… — пел священную песню Максим.

И вот такие «молитвы» стали одной из причин, почему русский язык не стал распространяться. Теперь по-русски умеют разговаривать только члены моей семьи, и то не все. Севия некогда выучила русский, после и Максима натаскала в знании великого и могучего. Ну а больше… Да никто, Андрей только что, это мой второй сын, учит русский. Дай Бог, не прекратится мой род по мужской линии, так и русский язык станет звучать на лет так три тысячи раньше.

Эх, напортачил я некогда, когда скорее стебался, чем всерьез задумывался, что в итоге получится из моей системы новой религии. Спел песенку, а до того, поставил ее на бумбоксе. А люди заполнили. После двух исполнений, многие посчитали эту песню, на ряду с некоторыми иными, одной из главных молитв, которые слышит Бог. Вот попадет в Бронзовый век кто-нибудь из Иванушек, например, Рыжий, а тут ему в лоб «Ночи такие лунные…». Наверное, сразу подумает, что это его персональный рай.